Демон (СИ) - Артем Петров

Салим же крепко сжал плечо Уильяма, не давая тому наделать глупостей.

— Таких, как вы, уже постигала суровая кара. Бродить вечно по земле… — так и не изменившись в лице, ответил священник.

— Перестаньте, я прекрасно знаю эту историю. Одну могу сказать, жалко меня не было на месте этого человека, который прекрасно знал, что представлял из себя первый крестоносец, и к чему все это проведет… вечная жизнь — это прекрасная возможность исполнить все мечты, а потом насладиться зрелищем их последствий…

— Хватит! — рявкнул бывший крестоносец, после чего Виктор обернулся и одарил его все той же снисходительной улыбкой, за которую солдату хотелось вбить его оторванную голову в землю.

— Не кипятитесь, «сэр» Уильям… я закончил, — после чего он мельком взглянул на священника. — Надеюсь, у нас будет возможность продолжить нашу дискуссию.

— С нетерпением жду новых умозаключений от потомка обезьян, — хмыкнул эльф и направился к Хэммету.

— Ну разве не прекрасный представитель служителя в рясе? — указав на нее ладонью, провозгласил Франкенштейн, глядя на остальных. — Побольше бы таких и, может быть, орден был бы не столь ужасен, как сейчас.

От такой концентрации ужасных слов, соскакивающих с бесстыдного языка доктора, у бывшего крестоносца не осталось больше сил злиться, даже пропало желание бросаться вперед и будь что будет.

— Прошу прощения… — тем временем, вежливо обратился отец Витторио к Хэммету.

— Просто Хэммет, святой отец, — не глядя на собеседника, опустив голову, представился тот.

— При всем моем уважении, вы единственный из этого отряда, с кем можно поговорить начистоту.

— Я польщен…

— Это не лесть. Лишь необходимость, — покачал головой священник. — Вы ведь планируете идти к легионам, не так ли?

— У нас есть выбор? Вернуться назад невозможно, равно как и пойти к другому порталу, — после чего Михаил внимательно посмотрел на собеседника. — Я знаю эти места, слишком хорошо. И последний раз был здесь совсем недавно, чудом избежав столкновения с Империей. И вас на этом месте точно не было. В каких местах вы здесь путешествовали?

— По разным. Сюда попал совершенно случайно, несколько месяцев назад. А дом так построил совсем недавно. Мои друзья, перед тем как покинуть мир живых навсегда, обучили меня выживанию…

— Вы быстро учитесь для молодого эльфа.

— Я совсем не так молод, — усмехнулся отец Витторио. — Но этот дом строил достаточно долго, из всех подручных инструментов, что попадались под руку. Жаль, что придется его покидать…

— Вы хотите отправиться с нами, святой отец? — удивился профессор.

— Почему нет? Разве ваши враги не столь опасны, что вы не можете выбрать между ними и Империей? Рана на вашей руке не дает в этом усомниться…

Словно проверяя, Михаил посмотрел на тыльную сторону ладони, где на костяшках пальцев появилась корка из запекшейся крови.

— Да, вы правы, выбор очень непростой. К тому же я отвечаю за этих людей… в том смысле… — Хэммет осекся. — Я привел их сюда.

— Понимаю. Признаюсь честно, я тоже завел своих друзей в западню…

— Но разве в вашем отряде главным был не ученый или крестоносец?

— Отнюдь. Я пытался идти путем, по которому шли наши предки. Строил башню в небо, чтобы найти всевысшего. Но за это предков справедливо покарали, дав им разные языки, а также превратив половину людей в другие расы… равно как и меня настигла кара за гордыню…

— Именно людей? — зацепился собеседник за одну из фраз. — Мне казалось, что церковники спорят об этом с самого зарождения веры, — Михаил был озадачен.

— Я эльф, — смеясь, напомнил отец Витторио. — Но вынужден признать силу человеческой расы. У нас была огромная империя, но мы ее потеряли по множеству глупых причин. И теперь ее отголоски правят здесь, отчаянно пытаясь напомнить о своем былом величии… за человечеством будущее.

— Оно уже было однажды в господстве. И это закончилось Армагеддоном…

— Путь к истине сложен и тернист. Вы тоже ее ищите, как и я. Только меня покарали за это, а у вас еще все впереди. Точно также Римская Империя пала, а люди добились гораздо большего.

Профессор серьезно задумался, отведя взгляд. Но священник как не пытался угадать, так и не мог даже догадываться о ходе его мыслей.

— Это была приятная беседа, святой отец. Но раз вы с нами, нам лучше выдвигаться, и как можно скорее…

— Взаимно, — кивнул священник. — Вам нужно исповедаться. Равно как и мне нужно выслушать исповедь…

— Я не из тех, кто исповедуется, святой отец, — мягко возразил Михаил. — Моим грехам нет числа, не хватит места во всей огромной библиотеке ордена.

— Когда-нибудь начнем, хотя бы первую главу, — подмигнул эльф, чем смутил собеседника.

А потом еще и протянул руку. Которую профессор все же пожал без промедления. И тут же вздрогнул, словно его пронзил электрический разряд, испускаемый творениями доктора Франкенштейна.

Казалось, что отец Витторио удивился не меньше. Но, разорвав прикосновение, лишь улыбнулся и сказал:

— Прежде чем уйти, нужно заняться второй частью моего многострадального урожая. Наверняка вы все голодны. А потом сожжем дом. Ничего не оставим стервятникам.

После чего отправился в свое жилище, зазывая остальных.

— Боюсь, эти стервятники слишком мертвы, чтобы по достоинству оценить принесенную жертву… — пробормотал Хэммет, глядя на свою руку так, словно только что коснулся больного бубонной чумой.

Проклятый путь многострадального отряда продолжился. И на этот раз на фоне догорающего жилища отца Витторио. Несмотря на готовых двинуться дальше профессора, остальных взмолились хотя бы о часе отдыха.

Едва не дошло до новой ссоры между Виктором и Уильямом. Оказалось, что у первого не только пришита рука, но и собственноручно модифицированный метаболизм. Внутрь был вживлен прибор, позволявший питаться от любого электричества. При всем при том, что звучало это чудовищно, путешественники не могли не заметить, что ни к еде, ни к воде он не притронулся. Как из встретившейся реки, так и из колодца, вырытого рядом с домом.

Именно поэтому бывшей крестоносец назвал его монстром и послал куда подальше со своей дорогой. Но тот не стал настаивать, отправившись в свободное время наблюдать с самого удобного холма за врагами, которые могут появиться.

К счастью, если кто-то и двигался в их сторону, то не слишком спешил, тщательно прочесывал все окрестности. Значит, есть какая-никакая фора.

Еда вернула всем жизненные силы, но не боевой дух. Последний еще сильно подрывало присутствие Франкенштейна, который сам из себя представлял сюрприз на сюрпризе. А уж говорить о том, что он может выкинуть в следующую секунду, даже упоминать не стоило.