Неандертальский томагавк в астроархеологии - Александр Розов

Нген: Город называется Афины. Там красиво, хотя дома слишком одинаковые. А люди симпатичные, хотя, иногда они слишком серьезно относятся к пустякам.

Сплэт: А я думала, что они там порченные, а симпатичными становятся только здесь.

Нген: Возможно, эти ребята ненадолго портятся по дороге, а так, они хорошие.

Сплэт: Ох! Ты так здорово шутишь! А здесь ты чем хочешь заниматься? Ремеслом или фермой? В прошлом году двое парней-фермеров умерли от морской пыльцы. Девчонки скучают. Это если на ферму. А если ремесло, то поговори с Форадором. Он подскажет мастерскую, где нужен веселый и толковый парень. А еще, ты можешь таскать из моря медуз, квасить их, и отгонять спирт. Спирт идет и на ремесло, и на лекарства. А если ты медик, то это вообще классно! У нас только четыре хороших медика на всех, это мало.

Нген: Я разбираюсь в медицине, но я не профи. Может, попросить медиков из Афин?..

Сплэт (перебивает): Ох! Ну, ты всем шутникам шутник! Попросить кого-то из Афин! Давай, погуляем по берегу, найдем дохлую медузу, попросим у нее медиков!

* * *

На этом месте все семь стажеров не выдержали и одновременно повернулись к Айре. Кажется, у них у всех на языке вертелись вопросы, но задавать их вслух не хватало решимости. Хотя, Айре было без слов понятно, о чем они хотят спросить.

— Ребята, — серьезно сказала она, — вы совершили поступок, который тянет на дюжину подвигов доисторического Геркулеса. Вы не испугались послушать мнение о себе со стороны… С той стороны, с которой, как было ясно заранее, вы ничего приятного не услышите. Вы замечательные, и я горжусь вами.

— Оса, — тихо спросила Эве, — ты знала, что они нас ненавидят и презирают?

— Да. Поэтому, я была совсем не уверена, что вам надо это слушать.

— Но, Оса, — заметил Атал. — если ты знала, что это так, то… То, значит, у этих людей действительно есть справедливые причины нас ненавидеть и презирать.

— Справедливость, — буркнула леди-коммандос, — Это фантом. Выдумка. Будь немного взрослее, Атал. Это относится ко всем вам, ребята. Вы совершили взрослый поступок, требующий взрослого осмысления.

— Справедливость, это выдумка? — не веря своим ушам, переспросила Эви.

— Да, потому что когда какой-то человек говорит о чем-то «это справедливо» или «это несправедливо», у него нет никаких аргументов. Только субъективная точка зрения. В некоторых случаях ему удается навязать эту точку зрения окружающим, порой целым народам, и его понимание справедливости становится частью религии или идеологии.

— Оса, — вмешался Энг, — а ты сама веришь в то, что сейчас говоришь?

— При чем тут вера? — спокойно сказала Айра, — я говорю о реальном положении вещей, которое не зависит от моей или чьей-то еще веры в него.

— Ага! — воскликнул он, — Ты не веришь в это.

Леди-коммандос пожала плечами.

— Знаешь, Энг, шесть лет назад моя подруга, чудесная девчонка, разбилась на кайте. Я абсолютно точно знаю, что она погибла, но не могу поверить. Я общаюсь по сети с ее кибер-тенью и, вопреки фактам, верю, что это живой человек. Так бывает.

— Что такое кибер-тень? — спросила Ионе.

— Ну, в общем… Если не вдаваться в детали… Это отпечаток структуры интеллекта и памяти, сохраненный в виде софтвера. Порой это очень нужная штука, а порой очень страшная. Короче, философский вопрос. Но, я говорю не об этом, а об особенностях человеческой психики, которые необходимо учитывать каждому взрослому человеку. Иначе, он рискует заиграться в совесть, выдуманную древними лжеучеными.

— Совесть, по-твоему, тоже выдумка? — спросил Гарм.

— Да, — лаконично ответила Айра.

— Хорошо, Оса, — произнесла Тайко, — я поняла, что ты сказала. Пусть ты считаешь твое чувство справедливости фантомом. Но мне надо знать, что тебе говорит этот фантом о ситуации с Островом Забвения. Мне действительно надо.

— Ладно, — Айра вздохнула, — я скажу. Мое фантомное чувство справедливости говорит: никто из вас, ребята, не заслужил ни капли той ненависти и презрения, которую к вам питают жители Острова Забвения, или Острова Свободы.

— А кто заслужил? — спросила Тайко.

Айра чуть заметно улыбнулась, сделала стремительно-неуловимое движение, и вдруг, оказавшись вплотную к Тайко, крепко обняла ее.

— Вот что, стажер. Ты замечательная, честная и открытая девушка, но на сегодня с тебя хватит шоковой информации. Я твой ментор и я отвечаю за твое состояние.

— …Отвечаешь перед фантомом своей совести? — съязвил Гарм.

— Ты бестактный мальчишка, и при случае, я надеру тебе уши! — весело ответила она.

— Стоп-стоп! — строго сказал Фрой, — уши этого стажера сейчас нужны нам для дела. До взрыва 8 минут, и необходим контрольный сеанс связи с Афинами. Гарм, пожалуйста, вызови офис Совета по Экономике, и напомни им инструкцию по безопасности.

8 минут пролетели быстро. На последней минуте Фрой приказал всем надеть маски со светофильтрами, а потом… Далекий берег континента целиком исчез в ослепительной вспышке. На мгновение показалось, что там испарилось все, но потом сияние немного потускнело, и сгустилось в чудовищно-раскаленную полусферу, расползающуюся по низменности и литорали. Продолжая тускнеть, эта полусфера превратилась в шляпку исполинского гриба, слепленного из оранжевого пламени и бурого дыма, который уже окутывал огромную площадь берега и длинными изогнутыми смерчами втягивался в формирующуюся ножку. Примерно на этой фазе до наблюдателей докатился тяжелый грохот взрыва. По поверхности океанского залива побежала в начале, огромная волна с высоким белым гребнем, но она быстро затухла и почти нечувствительно шлепнула по скалам островка, осыпав наблюдателей солеными брызгами.

Тем временем, ножка гигантского гриба начала изгибаться по ветру, вслед за шляпкой, медленно ползущей вдоль берега, сплошь затянутого дымом от мангровых зарослей и джунглей, горящих по всему 10-километровому участку низменности, зажатому между двумя каменистыми цепями, тянущимися с гор до самой линии прибоя.

— Обалдеть… — прошептал Энг, глядя в бинокль.

— Вообще-то, — сообщил ему Фрой, — такой метод следует применять только в крайних случаях. Биосфера планеты это полезная штука, и лучше относиться к ней бережно.

— Афинам надо было вернуть себе выход к морю, — заметила Эви.

— Да, — Айра кивнула, — сейчас все правильно, но это не должно входить в систему.

— Офис Совета на связи, — вмешался Гарм, — они говорят: все нормально, никаких травм и повреждений объектов нет, только очень сильный запах дыма.

— А что там на острове? — спросила Тайко.