Илония - Яна Ильинская

Это возымело действие. Овета ойкнула, схватила свою книгу, быстренько положила в нее портрет леди Лайны и выскользнула за дверь.

А Иллар в растерянности сел на свой диванчик. Все произошло так быстро, что он только сейчас начал приходить в себя. А, придя в себя, сильно пожалел, что поддался на уговоры девочки. Но он так боялся, что кто-то зайдет и застанет ее рядом с ним. Последствия были предсказуемы, а сейчас ему не хотелось покидать замок. Он должен поговорить с мамой и только после этого покинет и Нарт и Илонию.

А что до рисунка?! В конце концов, если маленькая Овета и проговорится, откуда у нее рисунок, то преступления тут никакого нет. Почему бы ему и не рисовать леди Лайну.

Но на душе все же было неспокойно.

Как оказалось, не зря.

Он был в городе с принцем Интаром, в доме одного купца, когда туда ворвался перепуганный посланец из замка.

– Леди Лайна, ей плохо…

Иллар так и не сумел догнать лорда Интара, стремительно покинувшего дом купца и, не дожидаясь своего оруженосца с его тихоходной Нартикой, ускакавшего на своем Морлете в замок.

Посыльный ничего не смог ответить Иллару кроме того, что его срочно вызвала Витива и отправила за милордом. Иллар также ничего не узнал и в замке. Интар был у леди Лайны, слуги были в неведении, как и посыльный. Ни Стенли, ни Тарлина, как назло, в замке не было, как не было и короля с королевой. Спросить было не у кого.

Раздираемый беспокойством о матери, Иллар набрался решимости и, уловив момент, спросил у Витивы. Витива, разделяя неприязнь своей госпожи к ее бывшему пажу, только фыркнула, но, увидев неподдельное отчаянье на лице мальчика, смилостивилась.

– Леди Лайна нашла рисунок со своим портретом и очень расстроилась.

Иллар похолодел от дурного предчувствия.

– Ну и что? Почему рисунок ее так расстроил? - Он все же нашел в себе силы продолжить настойчивые расспросы.

Витива неопределенно пожала плечами:

– Я сама не знаю, - понизив голос, произнесла она, - наши придворные льстецы частенько одаривают леди Лайну и леди Талину своими произведениями, но они никогда не производили на мою госпожу такого ужасного впечатления.

– Почему ужасного? - Иллар мысленно представил себе портрет матери. Почему-то он не сомневался, что найденный рисунок именно тот, что выпросила у него Овета. Неужели же он настолько плох, что маме стало от него плохо. А ведь этот портрет - единственное, что было у него от матери на протяжении нескольких лет.

Но Витива, кажется, и сама не знала. Она только пожала плечами и убежала.

Иллар не мог не спросить у принца Интара. Целую ночь терзаемый дурными мыслями, не имеющий возможности ни у кого больше спросить, он решился.

– Милорд, имею я право спросить, что с леди Лайной?

– Конечно, имеешь, - Интар с насмешкой посмотрел на своего оруженосца. - И даже больше. Учитывая простую вежливость и такт, ты просто обязан был спросить об этом.

– Но я…

– То, что ты вызвал у леди Лайну недовольство, и вы стараетесь не попадаться друг другу на глаза - это не повод не поинтересоваться ее здоровьем. Так вот, я тебе отвечаю. С леди Лайной все в порядке.

– Но Витива… - Иллар прикусил язык, но было уже поздно.

– Что сказала тебе Витива? - резко обернулся к нему Интар.

Иллар побледнел, потом покраснел:

– Извините, милорд, я не должен был…

– Что сказала тебе Витива? - настойчиво повторил Интар.

Иллар вздохнул.

– Рисунок. Она сказала, что леди Лейне стало плохо из-за портрета на рисунке. Милорд, разве такое возможно?

Интар внимательно посмотрел на него.

– Что это? Простое любопытство?

– Да, - медленно произнес несчастный Иллар и отвернулся. - Мне было просто непонятно, - повторил он. - Я прошу прощения, милорд.

– Ты никогда не отличался любопытством, Брайт.

– Тогда почему вы тогда спросили?

– Чтобы понять, насколько тебя это интересует.

– Милорд, - Иллар поднял голову, - я не знаю, как это назвать, любопытство или что-то другое, но я не могу понять, как из-за простого портрета человеку может стать дурно. Поверьте, я искренне огорчен тем, что леди Лайне стало плохо и не могу понять, как это может случиться из-за портрета. Я понимаю, это не мое дело и опять прошу у вас прощения.

Интар некоторое время молчал.

– Возможно, ты и прав. Со стороны это выглядит немного странновато, а утаить все равно ничего не удастся. Послушай меня, - Интар пристально взглянул на Иллара, - вчера днем леди Лайна, укладывая Овету спать, случайно обнаружила у нее рисунок со своим портретом. Наша дочь любит и умеет рисовать, у нее этот дар от матери, но она не могла нарисовать этот портрет. Я согласен с твоим удивлением, - усмехнулся Интар, видя вытянувшееся от удивления лицо своего оруженосца, - этого недостаточно для обморока. Но дело в том, что на рисунке изображена брошка, которая слишком дорога леди Лайне и которую она никогда не носила с тех пор, как пропал наш сын. Более того, Овета никогда и не видела эту брошь, леди Лайна хранит ее у себя в шкатулке и вынимает только в одиночестве. Когда-то, - голос Интара зазвучал глухо и даже как-то суховато, - этим украшением любил играть наш сын, леди Лайна бережет ее, как память о нем.

Интар ненадолго замолчал, затаил дыхание и Иллар. Брошку в виде бабочки он рисовал всегда очень тщательно, образ матери был неотделим от этой маленькой драгоценности. Дело действительно шло о его рисунке, и вопрос о его обнаружении был почти решен. Почему девочка до сих пор ничего не сказала, он не мог понять. Между тем Интар ответил на этот вопрос сам.

– Леди Лайне показалось, что сын нашелся, и она лишилась чувств. Но потом оказалось, что Овета брала брошку без спросу.

Иллара бросило в жар. Девочка солгала матери, чтобы не раскрыть их тайну.

– Это она так сказала? - тупо спросил он.

– Да, и няня подтвердила, что малышка как-то сунула свой любопытный нос в шкатулку матери. Няня поругала ее за это, на этом все и закончилось.

– Значит теперь все в порядке?! - переспросил обрадованный Иллар, не веря, что его тайна остается при нем.

– Да. Не считая того, что леди Лайне теперь тяжело придти к мысли, что ее вспыхнувшая надежда - всего лишь фантазия.

Интар опять помолчал.

– Вот и вся история, - сказал он, наконец. - А придворным и слугам не следует знать, что моя дочь роется в вещах своей матери, и из-за этого леди Лайне становится плохо.

Иллар ничего не сказал в ответ, да принц и не ждал ответа.

– Я отправил их в Варнийку. Им обоим необходимо придти в себя. Да и разговоры таким образом утихнут сами собой, - добавил он под конец, подводя итог разговору.