Седьмой свиток - Уилбур Смит

— Хотел бы я знать, удалось ли монаху выбраться этим путем, — пробормотал Нахут, сползая по стене.

— Другого выхода нет.

Некоторое время они молчали. Трудно было отслеживать течение времени здесь, в гробнице. Теперь, когда река достигла естественного уровня, вода в туннеле стояла совершенно неподвижно, и только негромкий звук течения сквозь сточное отверстие нарушал тишину. Нахут и фон Шиллер слышали звук собственного дыхания.

Наконец египтянин заговорил:

— Топливо в генераторе… Должно быть, оно иссякает. Я не видел здесь никаких запасов…

Оба подумали о том, что будет, когда маленький топливный бак опустеет. О темноте, которая придет. Внезапно фон Шиллер заорал:

— Ты должен пробраться через туннель и привести помощь. Я приказываю тебе!

Нахут недоверчиво взглянул на него.

— Длина туннеля — почти что сто ярдов, он весь затоплен водой! И река разлилась.

Фон Шиллер вскочил и угрожающе навис над Нахутом.

— Монах смог выбраться этим путем. Это единственный выход. Ты должен проплыть через туннель и добраться до Хелма и Ного. Хелм придумает, что делать. Он найдет способ вытащить меня отсюда.

— Вы сошли с ума.

Нахут опасливо отодвинулся, но немец снова подступил к нему.

— Я приказываю тебе сделать это!

— Ты спятил, старик! — Египтянин хотел подняться, но фон Шиллер неожиданно хлестнул его золотым бичом по лицу, так что Нахут упал на спину с разбитым в кровь ртом и двумя выбитыми передними зубами. — Ты сумасшедший! — взвыл он. — Перестань, ты не можешь…

Но фон Шиллер ударял снова и снова, раздирая кожу Гуддаби на лице и плечах. Тяжелые золотые хвосты бича прорывали тонкую ткань рубашки.

— Я убью тебя! — вопил фон Шиллер, нанося град ударов. — Если не будешь подчиняться, убью!

— Хватит! — скулил Нахут. — Пожалуйста, не надо! Я все сделаю, только прекратите!

Он отползал от фон Шиллера все дальше и дальше по полу, пока не оказался сидящим по пояс в воде.

— Дайте мне время, — умолял он. — Нужно подготовиться.

— Нет, ступай сейчас же! — Миллиардер снова поднял бич над головой Гуддаби. — Наверняка в туннеле есть воздух. Ты сможешь выбраться. Вперед!

Нахут набрал воды в трясущиеся ладони и плеснул себе в лицо, чтобы смыть кровь из глубокой раны на щеке.

— Мне нужно снять одежду и ботинки, — пролепетал он, умоляя об отсрочке, но фон Шиллер не позволял выйти на сушу.

— Раздевайся где стоишь, — приказал он, взмахивая тяжелым бичом. Другая его рука сжимала золотой посох. Нахут понимал, что один удар посоха может раскроить ему череп.

Стоя по колено в воде, он скинул ботинки, балансируя то на одной ноге, то на другой. Потом как можно медленнее, неохотно разделся до нижнего белья. Плечи его покрывали глубокие раны от бича, по спине медленными полосами, как алые змеи, ползли потоки крови.

Он знал, что нужно усыпить бдительность старого психа. Придется нырнуть под воду и проплыть небольшое расстояние по туннелю, насколько хватит дыхания, а потом вернуться обратно.

— Пошел! — рявкнул на него фон Шиллер. — Не тяни время. Не думай, что тебе удастся увильнуть.

Нахут отступил еще глубже в туннель. Теперь вода доходила ему до груди. Он помедлил еще несколько минут, глубоко вдыхая воздух. Наконец задержал дыхание и нырнул. Фон Шиллер стоял на краю водоема, вглядываясь в ожидании, но ничего не мог разглядеть, кроме зловещей черной воды. В свете ламп было видно, как по поверхности расплывается кровь Нахута.

Минуты тянулись медленно, и вдруг под водой возникло некое мощное движение. Человеческая рука вырвалась из глубины, растопырив пальцы, словно утопающий просил о помощи. Потом снова медленно скрылась под водой.

Фон Шиллер вытянул шею, силясь разглядеть, что происходит.

— Гуддаби! — злобно крикнул он. — Что это за штучки?

Еще один водоворот нарушил гладь поверхности, что-то мелькнуло в глубине, блеснув, как зеркало.

— Гуддаби! — раздраженно повысил голос фон Шиллер.

Будто бы в ответ на гневные призывы, над водой появилась голова Нахута. Кожа его была желтой как воск, совершенно бескровной, черная дыра рта раскрылась в беззвучном крике. Вода вокруг него кипела, словно внизу кормилась стая огромных рыб. Фон Шиллер смотрел, все еще не понимая, и тут вокруг головы египтянина расплылось темное пятно, окрасившее воду багровым. Фон Шиллеру понадобилась минута, чтобы понять — это не что иное, как кровь Нахута.

Потом он разглядел длинные, извилистые тени, прорезавшие воду близко к поверхности. Они змеились вокруг Нахута и отрывали от него куски плоти. Тот снова умоляюще вытянул в сторону фон Шиллера руку — наполовину объеденную, покрытую полукруглыми ранами на местах, откуда кусками было вырвано мясо.

Фон Шиллер завопил от ужаса и отшатнулся от воды. На него осуждающе уставились огромные черные глаза Нахута. Египтянин смотрел и смотрел, из его горла вырвался дикий, каркающий, совершенно нечеловеческий звук.

Прямо на глазах фон Шиллера один из гигантских тропических угрей поднял змеиную голову над водой. Зубы блестели в широко раскрытой пасти, как битое стекло. Угорь сомкнул челюсти на горле Нахута, и тот не сделал ни малейшей попытки оторвать от себя ужасную тварь. Гуддаби был уже слишком далеко отсюда. Пока угорь, блестя и свиваясь скользкими витками, вгрызался ему в горло, Нахут не отводил глаз от фон Шиллера.

Голова египтянина медленно скрылась под водой. Несколько долгих минут вода бурлила от подводного движения, то и дело вспыхивали отблески змеистых тел огромных рыб. Но постепенно все успокоилось, и водяная поверхность стала тихой и неподвижной, как черное стекло.

Фон Шиллер развернулся и побежал обратно по наклонному коридору, мимо генератора, который все еще тихо урчал. Немец мчался вслепую, желая одного — убраться как можно дальше от ужасного водоема. Он сам не знал, куда бежит, бездумно сворачивал в любой коридор, который встречался на пути. У подножия центральной лестницы миллиардер сильно ударился об угол и упал на агатовые плиты. Там он лежал, рыдая, а на лбу вздувалась огромная красная шишка.

Через некоторое время фон Шиллер кое-как поднялся на ноги и заковылял по ступенькам. Он совершенно потерял ориентацию и был на грани безумия от ужаса и потрясения. Старик снова упал и прополз на четвереньках до следующего поворота лабиринта. Только там ему удалось встать и заставить ноги двигаться вперед.

Крутая лестница, ведущая в газовую ловушку Таиты, появилась у него под ногами совершенно неожиданно. Фон Шиллер скатился по ступеням, ударяясь ногами и грудью. Он снова встал и проковылял через комнату с амфорами и далее по лестнице вверх, к расписной аркаде, ведущей в гробницу фараона Мамоса.