Люди и нелюди - Олег Бубела

- Такова официальная версия, - честно ответил я. - На самом деле приручить их нельзя. Зато можно сделать своими друзьями.

- Друзьями? - глава наиграно удивился. - Наверное, ты шутишь! Если бы все было так просто, эльфы давно позакрывали бы свои питомники, а вокруг заповедников возвели неприступную стену, чтобы их верных слуг, выделенных самой Матерью, не расхватали нечестивые люди с орками.

- Нет, в данный момент я абсолютно серьезен. А ушастые не додумались до такого простого решения только потому, что у них несколько иное понимание смысла слова "дружба". Больше всего оно похоже на то, что люди называют деловым партнерством. Диким кошкам такие отношения и даром не нужны, а на иные эльфы пойти никогда не решатся. Ведь человеческое "друг" для долгожителей аналогично понятию "единокровный брат", а признать своим родственником полуразумное существо им не позволит чрезмерно раздутая гордыня.

- То есть, ты утверждаешь, что любой человек может заглянуть в заповедник и подружиться там с какой-нибудь кошкой? - недоверчиво переспросил толстяк.

- Не все так просто, - возразил я. - Нарушителей границы дикие мариланы не особо жалуют, но если неподалеку от нее остановится отряд людей с крепкими нервами и толмачами в карманах, вполне возможно, один из любопытных молодых котов захочет поглядеть на пришельцев поближе. А там уже - как повезет. Хвостатые не агрессивны и достаточно разумны. Первыми они нападать не станут, и если не будут ощущать страха или других негативных эмоций в мыслях людей, могут пойти на контакт. Ведь в лесу порой бывает скучновато…

- А насколько разумны мариланы? И что их способно заинтересовать на землях людей?

Похоже, Папа всерьез задумался над возможностью повторения моего подвига. И флаг ему в руки! Если ситуация с дикими кошками в корне изменится, нам можно будет не опасаться повышенного внимания со стороны ушастых, поэтому на ценные советы я решил не скупиться:

- Взрослые особи не глупее обычного человека, однако сложными понятиями оперировать не способны. Как деревенские подростки, которые отлично разбираются в сельских премудростях, но о жизни за пределами своей деревни знают очень мало. Заинтересовать их может несколько вещей: возможность поглядеть на новые земли, поохотиться там, узнать, как живут странные двуногие существа, но главное - большим кошкам нравится впитывать эмоциональное тепло, исходящее от знакомого человека. Это для них своего рода наркотик. А если марилана будет ощущать, что ее двуногий друг испытывает к ней любовь, желание заботиться и дарить ласку, то она пойдет за ним на край света.

Все. Думаю, этого должно хватить, чтобы первый опыт приручения диких оказался успешным. Лишняя и не совсем достоверная (я же знаю о кошках заповедника только со слов Мурки) информация команде испытателей может только навредить. Разумеется, я не был уверен в стопроцентном успехе, отдавая себе отчет в авантюрности этой затеи, но пару золотых на людей был готов поставить. Потому как понимал - одна мысль, что они идут по уже проторенной мной дорожке, должна добавить им уверенности и пригасить страх.

Видимо, Папа почувствовал, что мне нечего добавить. Добрую минуту он сидел, задумчиво глядя на заваленную бумагами столешницу и меланхолично почесывая бородку. Я не мешал мыслям Главы, и был вознагражден за терпение. Разобравшись с новой информацией, толстяк кивнул:

- Спасибо. Это даже больше, чем я мог ожидать. А теперь поведай, что привело тебя ко мне.

- Острая нужда в услугах гильдии мастеров. Так получилось, что в Ирхоне обитает один человек, который не так давно решил, будто моя жизнь слишком скучна и однообразна, и с завидной регулярностью пытается меня подставить, упечь в острог или убить. Лично мне его попытки кажутся забавными и даже приносят неплохой доход, но теперь у меня появилась команда, и это все меняет. Хороший командир должен заботиться о своих подчиненных, а себя я к плохим не отношу, и потому не собираюсь дожидаться новой неприятности, во время которой может пострадать кто-нибудь из моих спутников, а хочу заранее устранить их причину.

- Но почему ты решил прибегнуть к услугам нашей гильдии? - уточнил Папа, приняв мой полушутливый тон. - Возможно, для начала стоит просто поговорить с этим человеком и продемонстрировать всю глубину его заблуждений?

- К несчастью, это бесполезно. Он чересчур упрям и не признает своих ошибок, даже если его ткнуть в них носом.

- И как же зовут источник твоих проблем?

- Ярут. Он занимает должность командира…

- Не трудись, - перебил меня толстяк. - Я о нем наслышан. Но ты же понимаешь, что Ярут - довольно значимая фигура в Ирхоне, и его преждевременная кончина способна расстроить многих влиятельных личностей.

- Догадываюсь, - ответил я. - И надеюсь, что влияния у тех, кого она обрадует, окажется не меньше.

Папа снова задумчиво коснулся своей бородки и заметил:

- Смерть командира обязательно привлечет внимание властей, а последующее разбирательство может доставить мастерам немало неприятностей.

Я понял, что глава уже принял решение, но все равно продолжает спектакль, то ли выясняя границы моей осведомленности, то ли просто развлекаясь за чужой счет. Мне ничего не оставалось, кроме как принять подачу:

- Но ведь разбирательства может и не последовать. Зачем его проводить, если командир, к примеру, вкусив дома пару бутылочек превосходного вина, споткнется на лестнице и свернет себе шею? Или отравится грибочками, приготовленными заботливой женой, и отойдет в лучший мир до прибытия лекарей? А может, обнаружит ядовитую сколопендру у себя в постели или просто подавится куском мяса за ужином? Главное ведь - не причина, а чтобы изучивший мертвое тело дознаватель уверенно написал в своем отчете: "смерть наступила в результате несчастного случая".

Не знаю, отчего, но мой ответ Папе пришелся по душе. Обозначив глазами улыбку, он перешел на деловой тон:

- Хорошо. Гильдия примет твой заказ. Насколько он срочный?

- Думаю, будет лучше, если несчастный случай с Ярутом произойдет сегодня ночью, когда я с командой буду далеко от Ирхона.

- Тогда с тебя тридцать пять золотых.

Я особо не надеялся, что услуги мастеров окажутся дешевыми, и потому озвученная сумма не нарушила маску спокойствия на моем лице. Уточнив, окончательная она или является всего лишь авансом, я отсчитал монеты и вручил их улыбающемуся Папе. Эта искренняя улыбка смотрелась настолько не к месту, что я осмелился поинтересоваться:

- Что здесь забавного? То, что я не стал торговаться?

- Нет, Везунчик. С гильдией мастеров никто не торгуется. Просто пару дней назад ко мне приходил твой упрямый знакомый, который пытался узнать, нельзя ли избавить мир от героя, прославившегося своими подвигами на все приграничье.