Истинная королева (СИ) - Елена Гринн

поговорили после случившегося. Я хотел извиниться, что ты пережила подобное.

Девушка наконец вскинула взор и посмотрела на мужчину.

— Вам не за что извиняться, господин Искандер. Я сама виновата, что слишком много говорила о Вас. Просто из мужчин никто и никогда так не заботился обо мне, как Вы. Вы мне стали как отец… если Вас это не обидит… Вы не подумайте, что я считаю Вас старым… — принялась оправдываться Ева.

Искандер захохотал и поспешил успокоить служанку.

— Нет, Ева, меня это ни капли не обижает. Я рад, что ты видишь во мне хороший пример и доверяешь. И намерен и дальше продолжать заботиться о тебе, пока не передам в другие надежные мужские руки. Например… в руки Клима…

Эмма пихнула мужа в бок, а Ева густо покраснела, кусая губы.

— Насчет Клима… Ваше Величество… можно мне сегодня вечером после ужина уйти? Клим пригласил меня… прогуляться.

— Конечно! — кивнула Эмма. — Только… не очень долго, хорошо?

Ева кивнула, поклонилась и счастливая побежала на кухню. Эмма подняла глаза на мужа. Тот поцеловал её в нос.

— Не волнуйся, я поговорил с Климом. Он дал слово, что не обидит нашу… старшенькую дочурку.

Эмма засмеялась. А в дверь снова постучались. На этот раз это был начальник дворцовой стражи Анзор.

— Ваше Величество. Господин Искандер, — поклонился он и вздохнув, словно решаясь, начал говорить: — Ваше Величество… Вы просили доложить… лошадь, которую вчера Вы… отправили из Иридии… вернулась.

Искандер нахмурился — мужчина явно подбирал слова и говорил загадками, боясь ляпнуть лишнего. Он вопросительно посмотрел на жену, замечая, как она напряглась.

— Можешь говорить прямо, — кивнула Эмма главному стражнику.

— Лошадь на рассвете вернулась одна, вместе с вещами. Никаких повреждений на ней нет. Мы пошли по следам и совсем недалеко от стен Иридии обнаружили… труп. Он истерзан, словно на него напала стая… диких кошек. Вот только… удивительно, что вокруг на снегу только следы лошади и человека, и… лицо не тронуто. Будто бы невидимые кошки желали, чтобы его опознали.

— И вы опознали? Кто это был? — не выдержал Искандер. — Почему он был один за пределами Иридии ночью? Вы сообщили лесникам, что дикие животные бродят вокруг стен?

— Это госпо… Мэт… — выдохнул стражник, отвечая только на самый важный вопрос.

Искандер повернулся к жене.

— Мэт сбежал?

— Нет, я его отпустила, — откликнулась Эмма и, прежде чем выслушивать тираду Искандера, добавила, — Спасибо, господин Анзор. Попросите подготовить тело к прощанию, и расскажите о случившемся господину Джасперу.

Как только дверь за начальником стражи закрылась, Искандер встал с кровати.

— Я совсем не понимаю тебя, Эмма! После всего того, что он сделал, ты просто берёшь и отпускаешь эту мразь! — с болью в голосе прошептал, не веря, что жена поступила подобным образом. — Он чуть не убил тебя, чуть не лишил нас сына… а ты…. Ладно, не хотела запачкать мои руки, не хотела проливать кровь землянина, но ты бы могла отдать его на суд! Ему бы назначили пожизненную каторгу в Хатаре! И пусть бы он сдох там! А ты простила преступника! Только не говори, что тебе стало его жаль!

— Я его не простила, — тихо ответила Эмма, обнимая себя за плечи. — И я его не просто так отпустила. Я отдала его на суд… только это был суд Земли. Ты же не думаешь, что у нас в лесу завелись призрачные кошки?! Никакие дикие животные к стенам замка не подходят. Его лицо не тронули. И лошадь в полном порядке. Это Земля решила его судьбу.

Искандер присел обратно на кровать, вопросительно глядя на жену.

— Люди теряют веру, Искандер. Сначала война с дикарями, безнаказанно уничтожающими целые города, потом долгая зима. Люди устали, они считают, что Земля оставила их, забыла. Да что там говорить, ты сам разуверился, — Эмма вгляделась в глаза мужа. Тот кивнул. Да, он действительно потерял всякую веру в Землю, пока ему не приснился тот сон…

— И сок ивы не лекарство? — внезапно догадался мужчина.

Эмма покачала головой. Придвинулась ближе, опуская голову на плечо мужа.

— Меня спасли Аглая, Ильяс и твоя вера. Сок ивы был просто толчком для тебя, чтобы ты не забывал, что Земля нас не бросила.

Искандер обхватил жену обеими руками.

— Прости меня, родная. Я больше никогда не усомнюсь в Земле и в тебе. Значит… Земля решила, что Мэт не заслужил жизни?!

— Да. Если бы в его словах была искренность, а в поступках хоть капля благих намерений — он бы смог уехать и начать новую жизнь. Но Земля далеко его не отпустила.

— Почему ты мне раньше не сказала?

— Не хотела, чтобы ты меня отговаривал и как-то помешал. Лекс и Ильяс тоже не знали, я попросила Сэма молчать. В курсе был лишь он, господин Анзор, а еще и Джаспер с Аньей. Они, как его близкие люди, дали на это добро. Джаспер сказал, что смерть гуманнее, чем оставлять его наедине с его безумством.

— Даже удивительно, что никто раньше не замечал этого.

— Анья и Джаспер знали, что Мэт якобы был влюблён в меня, но не думали, что это перерастёт в одержимость и выльется в преступление. К тому же он неплохо контролировал себя, что никто другой не заметил странностей. Но теперь его нет… прости, что не позволила тебе совершить своё правосудие. Я не хочу, чтобы ты сжигал свою душу местью.

— Мне и не нужна эта месть. Главное, что ты жива, а Мэт теперь не опасен. А что с теми, кто помогал ему?

— По сути девушки только лжесвидетельствовали, траву Мэт подсыпал сам, никто из его любовниц не знал об этом. Но Лекс всё равно выслал их из дворца…. Всё закончилось… и я больше не хочу вспоминать об этом…

— И не будем! К тому же у нас с тобой очень много дел накопилось. Как и в королевстве, так и личных. Я не хотел тебе показывать до рождения малыша, но теперь мне не терпится, чтобы ты увидела! — Искандер вскочил с кровати, направляясь к шкафу. Открыл дверцу и стал вытаскивать одежду для себя и жены. — Предлагаю после завтрака вместо сада прогуляться до столярной мастерской.

— Зачем?

— Хочу показать тебе, какую кроватку я сделал для нашего сына!

— Ты сам сделал кроватку? — удивлённо переспросила Эмма.

— Ну муж тебе достался с руками, как бы это не самоуверенно звучало, — засмеялся Искандер. Он подошел к Эмме, подавая ей руки. Девушка вложила свои ладони в его и поднялась на ноги. — И с большим желанием сделать всё для вас! И я