Истинная королева (СИ) - Елена Гринн

«Эмма… умерла…» — эхом отозвалось в сердце Искандера.

Он зарычал, словно раненный зверь, схватил мужчину за грудки и выкинул из комнаты в коридор. Мэт повалился на пол, закрывая лицо руками.

— Я не хотел! Я не думал, что всё так получится! Я её любил! — залепетал мужчина, пытаясь отползти от взбешённого противника.

Остатки сдержанности окончательно покинули Искандера. Он упал перед Мэтом на колени и принялся бить его кулаками в живот, в грудь, в лицо. Он не видел, как выскочил из комнаты Джаспер. Не слышал, как он пытался отговорить его. Не заметил, как в коридоре появились Ильяс и Лекс. Но в отличии от Джаспера, они замерли в стороне, не мешая Искандеру.

Удар. Ещё удар. Ещё один удар.

Мэт уже не отговаривался. На его лице не осталось живого места, а сам он отключился не позже десятого удара, но Искандер не успокаивался. Гнев рвался из него, словно лава из проснувшегося вулкана.

— Искандер! — сквозь пелену в сознание ворвался знакомый голос.

Он не сразу услышал, не сразу понял. Но когда её руки легли на его плечи, вздрогнул всем телом, замирая. Кулак застыл в воздухе, так и не долетев до челюсти Мэта.

— Искандер… пожалуйста.

Мужчина резко обернулся. Его жена, его Эмма стояла рядом с ним, кутаясь в тёплый халат, и с беспокойством смотрела на него. Заметив его взгляд, улыбнулась знакомой улыбкой. Протянула руку.

— Пойдём со мной!

Искандер отпустил бездыханного противника, тяжело поднялся на ноги и шагнул к жене. Дрожащими руками обхватил её похудевшее лицо и вгляделся в любимые карие глаза.

— Эмма моя…

Опустил ладони ниже, проводя по плечам, спине, убеждаясь, что она реальная, она живая, скользнул по пояснице, но затормозил. Желудок сжался от страха — а что, если их ребёнка уже нет…. Но Эмма взяла его руки и положила на круглый живот.

— С ним всё в порядке, — шепнула девушка, положив голову на грудь мужчины.

Искандер обхватил её руками, прижимая к себе.

— Счастье моё… девочка моя… — Искандер не сдерживал слёз, рвущихся из его груди. Не стеснялся никого, шептал жене ласковые слова, крепче обнимая, не желая больше отпускать.

Но Эмма всё же выбралась из его объятий, слегка отстраняясь. Заглянула через плечо, найдя глазами лежащего на полу Мэта.

— Ильяс, помоги ему, — попросила брата.

Но тот не сдвинулся с места.

— Ни за что! И пальцем не пошевелю ради этой сволочи. Я лучше твоему мужу помогу добить его.

— Ильяс, пожалуйста…

— Я помогу, — перебила Аглая, стоявшая чуть в стороне.

— Не смей! — возмутился Ильяс, но Искандер уже не слышал их перепалку. Эмма потянула его в сторону комнаты. И мужчина повиновался. Конечно, в душе острой колючкой неприятно засела обида — Эмма даже сейчас защитила Мэта, несмотря на всё то, что он сделал. Но он тут же засунул её подальше — это было не главное, важнее, что она жива и рядом.

В их комнате за время отсутствия Искандера ничего не изменилось. На столике всё также стояли многочисленные склянки с настоями. Среди них мужчина заметил и ту самую кружку, в которой принёс сок ивы.

Эмма настойчиво усадила мужа на кровать. Взяла полотенце и, смочив его в чашке с водой, принялась стирать кровь с ладоней.

— Я не мог иначе… — прошептал Искандер, глядя на жену.

— Я знаю, — кивнула девушка, откладывая полотенце, и взяла мазь. Аккуратно нанесла на разбитые костяшки кулаков.

— Ты обижаешься на меня?

Эмма отставила баночку с мазью и села рядом. Положила голову мужу на плечо.

— Ну что ты говоришь?! Как я могу на тебя обижаться, любимый?! Ты защищал меня и нашего будущего ребёнка.

Искандер с облегчением выдохнул. Обнял жену за плечи, чувствуя растекающееся тепло в груди и понимая, как сильно соскучился по объятиям, да просто по ощущениям близости Эммы.

— Я весь мир готов перевернуть, лишь бы с вами всё было хорошо!.. Почему мне не сообщили, что ты пришла в себя? Он думал, что ты умерла?

— Прости…. Я хотела пойти к тебе сразу же, как мне стало легче, но Лекс просил немного подождать. Он пустил слух про мою смерть, чтобы вывести всех причастных к отравлению на чистую воду и про то, что тебя и Еву в ближайшие дни казнят. Две девушки сразу пришли с раскаянием в ложных свидетельствах, а Джаспер должен был добиться признания от Мэта. Искандер… я не хочу об этом говорить, пожалуйста.

Искандер откинулся спиной на подушки, не выпуская из объятий жену.

— Я так боялся, что тебя потерял… вас потерял. Знаешь… родная, Аглая сказала, что беременность всё осложняет, и я….

— Я знаю, — перебила Эмма, утыкаясь носом в его грудь. — Аглая мне всё рассказала. И я понимаю, у тебя не было другого выхода.

Искандер одной рукой обнял любимую за плечи, а вторую положил на живот, ласково поглаживая его.

— Я придумала ему имя, — улыбнулась Эмма. — Если ты не против, я бы хотела назвать сына Иллаем.

— Иллай? — удивлённо выдохнул Искандер.

— Тебе не нравится?

— Шутишь?! Мне очень нравится! Слышал, сынок, теперь у тебя появилось имя! Как тебе, Иллай? Ой… он толкнулся! Эмма, он толкнулся!

Глава 88

Мэт лежал на кровати, уставившись в потолок. Ребра противно ныли, лицо словно окаменело от многочисленных синяков и повреждений. Уже несколько дней он находился в своей комнате совершенно один. Несколько раз в сутки к нему заглядывала Аглая, молча обрабатывала раны, давала настои и уходила. На вопросы она не отвечала и на мужчину практически не смотрела. Единственное, что она сказала: «я здесь только ради Эммы». Тогда Мэт и понял, что его любимая жива! Только почему Лекс объявил во дворце о смерти королевы?! Почему его лучший друг пришёл и врал ему в лицо, что Эмма умерла?! Почему говорили, что этого проклятого иллайца казнят?! На эти вопросы Мэт ответа не находил, а те, кто мог помочь найти ответ, к нему не приходили. Даже верные любовницы Наиля и Клара не навещали мужчину.

Но в этот день к нему всё же нагрянул весьма неожиданный посетитель — сам начальник дворцовой стражи господин Анзор.

— Господин Мэт, Вас желает видеть Её Величество, — откликнулся он, войдя в комнату. — Оденьтесь теплее, я жду Вас за дверью.

Мэт подскочил на кровати, забыв о повреждённых рёбрах. Эмма хочет видеть его! Она позвала его! Окрылённый надеждой Мэт быстро оделся в чистую одежду, не обращая внимания на боль. Накинул теплый плащ и оглядел себя в зеркало. На лице