Эти заманчивые сокровища дракона - Михаил Исхизов

 Буркст постарался не обращать внимание, ни на слова дракона, ни на издевательский тон.

 - Если ты откажешься подчиниться, - заявил монах, - то будешь сурово наказан.

 - Отказываюсь подчиниться. Категорически отказываюсь, - дракон снова закудахтал: - Кр-р-х-х, кр-р-х-х, кр-р-х-х... А может вы хотите, чтобы я откупился? Признайтесь откровенно. Может вам что-нибудь из моих сокровищ подбросить: золотишко... Или вам больше драгоценные камни нравятся? Рубины или алмазы? Если я вам отсыплю сокровищ, вы тогда и уйдете? А? Кр-р-х-х, Кр-р-х-х!.. Так предупреждаю, никаких сокровищ вы у меня не получите! И валяйте отсюда... - он довольно пространно сообщил, куда должны "валять" благородный рыцарь Калант Сокрушитель Троллей и его спутники. Звучало это весьма неприлично и принцесса, услышав такое, наверно, покраснела. Во всяком случае, окно с треском захлопнулось.

 Буркст снова проявил великое терпение, и не ответил на грубость грубостью.

 - В таком случае благородный рыцарь Калант Сокрушитель Троллей, вызывает тебя на поединок, - сообщил он. - Поединок должен состояться немедленно и на этом поле. Я, Буркст, монах Ордена святого драконоборца, дважды рожденного Фестония и Мичигран Казорский, действительный член гильдии магов свободного города Геликса, согласно Кодекса о поединках, ассистируем благородному рыцарю Каланту и пользуемся законной неприкосновенностью. Маг Мичигран имеет право оказывать рыцарю магическую помощь, без нанесения вреда противнику.

 - Ух ты! У вас уже, оказывается, все продумано. Ну и дела... Рыцарь, монах и маг. Трое против меня одного. У рыцаря, смотрю я, даже копье с Мультифритовым наконечником. Он, ведь, таким копьем вполне может меня убить. Я от такого сюрприза, даже растеряться могу. Нет, раз такое дело, то никаких гарантий. В пылу боя могу, от растерянности, кого-нибудь задеть. А если я задену... Гр-р-х-х, гр-р-х-х, гр-р-х-х!.. - дракон снова извлек из широко раскрытой пасти немыслимые по своей отвратительности звуки. - Если я задену, - повторил он, - лечить бесполезно.

 Дракон был груб и самонадеян. Таким Мичигран и представлял его себе. Но больше всего мага раздражал отвратительный смех нахала. В Казорском квартале такое не прощалось. Каждый, кто попытался бы рассмеяться подобным образом в Казорском квартале, тут же схлопотал бы кинжал под девятое ребро, и никогда больше не смеялся бы вообще, это точно. Если бы дракон находился ближе, маг непременно врезал бы ему посохом по морде. Но дракон сидел высоко, на крыше башни, недосягаемый для любимого оружия мага.

 - Эй ты, нахальная и глупая ящерица! - крикнул дракону Мичигран. - Перестань кудахтать и спускайся с насеста. Убирайся отсюда, или вступай в бой!

 В ответ дракон, на зло магу, снова отвратительно засмеялся, затем сообщил Мичиграну, как он с ним поступит, после того, как разделается с рыцарем и, в заключение, снова неприлично выругался. Мичигран отметил, что ни в первом случае, ни во втором, особой фантазии дракон не проявил. Язык его был беден, образные сравнения примитивны.

 Теперь окно с громким стуком захлопнулось на третьем этаже башни. Очевидно, принцесса успела перебраться туда.

 Полет дракона красивым назвать было нельзя. Что-то вроде большой бочки, с крыльями, длинной шеей, длинным и толстым, как бревно, хвостом нырнуло с вершины башни и тяжело плюхнулось на землю. На полет это нисколько не походило.

 - Ты и лететь, оказывается, не умеешь, - не удержался маг. - Мешок с мусором и то лучше летает.

 - Я тебе покажу, что я умею, - пригрозил дракон. - Ты у меня сам станешь мешком с мусором, я тебя научу как надо разговаривать с могучим драконом.

 - Сначала летать научись, - посоветовал Мичигран. - Куры и то лучше тебя летают.

 - Их-х, маг, что я с тобой сделаю! Ты даже представить себе не можешь, что я с тобой сделаю! Я тебя сожгу! Плюну на тебя, ты у меня запылаешь, как факел в ясную ночь. - дракон опять раскудахтался. - Ты только подожди меня, никуда не уходи.

 - Сам сгоришь! - пригрозил маг. - У меня такое заклинание есть, против твоего огня, что у тебя вся чешуя осыплется и зубы выпадут.

 - Про это я как раз и забыл, - дракон поднял правую лапу и почесал затылок. - Ладно, сжигать не стану. Но разберусь с тобой непременно. Сейчас прихлопну вашего рыцаря и возьмусь за тебя! Ну, давай, гном, - повернулся он к монаху. - Объявляй о начале поединка, И убирайтесь в сторону, не мешайте.

 - Готов ли благородный рыцарь Калант, победитель Троллей к поединку? - спросил Буркст.

 - Готов, - сообщил Калант.

 - Готов ли к поединку дракон, владетель башни в Серых скалах?

 - Готов, готов, давно готов! - проявил нетерпение дракон. - Давай команду, монах, а то я сам начну.

 - Начали! - отдал команду Буркст и противники помчались навстречу друг другу.

 Мичигран и Буркст отошли подальше, к самим скалам, чтобы не мешать поединку. И чтобы в пылу боя, кто-нибудь из сражающихся случайно не задел их.

 Калант нацелил копье в центр ярко-красного пятна. Он собирался покончить с драконом одним ударом - в сердце. Но, когда рыцарь был уже готов пронзить дракона, тот неожиданно повернулся, и вместо груди пред Калантом оказался костлявый зад хищника. И в то же мгновение дракон ударил хвостом по передним ногам Фамогуста. Хвост дракона, несмотря на заверения Буркста, что он безопасен для окружающих, оказался могучим оружием. Ударом такого хвоста нетрудно было сломать коню ноги, и выбить рыцаря из седла. Так и случилось бы, но Фамогуст был умным и опытным боевым конем. Он мгновенно сделал свечу, и хвост с силой ударил в то место, где только что находились передние ноги коня. А Фамогуст отскочил в сторону и резво пошел по кругу, обходя дракона, вне досягаемости его лап и хвоста, давая рыцарю возможность подготовиться и снова атаковать.

 И пошла круговерть. Противники оказались достойными друг друга. Калант настойчиво нападал, пытаясь сразить противника копьем, но тот ловко уворачивался и сам переходил в атаку, стараясь достать рыцаря лапой или хвостом, от которых, Каланту, с помощью умного мерина, тоже удавалось увернуться. Громко ревел стараясь устрашить противника дракон, подбадривал себя боевым кличем рыцарь, гневно ржал Фамогуст, трава на поляне была истоптана и изрыта копытами коня и лапами дракона, а бой продолжался без всякого результата.

 Дракон был могуч и агрессивен. Калант неутомим. Трудней всего приходилось Фамогусту. Ловкость с которой сражался рыцарь, быстрота его действий, каждый его удар, и каждый вольт, зависели от быстроты мерина, от четкости, с которой тот выполнял команды всадника.

 - Зверюга слишком сильна, - отметил очевидное маг. - А Фамогуст начал уставать. Самое время вмешаться святому Фестонию, - напомнил он монаху.