Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

- Ты чуть было все не испортил, коммодор, - прорычал он.

- Если ты "шар", то должен катиться! - без тени раскаяния отозвался Граймс.

- Эй, лейтенант, как-там-вас! - заорал Биллинхарст. - Я начальник таможни порта Форлон, занимаюсь расследованием контрабанды наркотиков. Это Джон Граймс, - он испепелил коммодора яростным взглядом, - коммодор Флотилии Миров Приграничья, он работает со мной... или против меня, судя по сегодняшнему концерту. С субинспектором Павани Вы знакомы.

- Чем могу помочь, сэр?

- Мне нужен транспорт и люди. Вооруженные, слышите?

- И карта, - вставил Граймс. - И вся информация о географии местности, какую ты сможешь предоставить. - Он подождал, не добавит ли чего Биллинхарст, и продолжил: - Похоже, что сегодня к двум пополуночи на переправу Фицрой доставят партию наркотиков.

- В офисе капитана есть карта, - сказал лейтенант. - Прошу за мной.

На крупномасштабной топографической карте, которая украшала стену офиса, был изображен порт Дальний и окрестности в радиусе пятидесяти километров от центра города.

- Переправа Фицрой недалеко отсюда, - Офицер ткнул пальцем в карту. Вот мост - автодорожный и монорельсовый одновременно. К северу от моста расположена деревня Дэвидшем. Там служит один-единственный младший констебль... - лейтенант фыркнул, - который в данный момент наверняка закутался в теплое одеяльце и смотрит десятый сон. Я проходил там службу до того, как получил сержанта. В Дэвидшеме никогда ничего не случается. Так что... с трудом верится, что к северу от переправы Фицрой будут раздавать наркотики. Далее... что мы видим на юге? Ага, мы видим пшеничные поля. А тут, - он снова ткнул пальцем в карту, - находится ипподром. Надеюсь, джентльмены найдут время и побывают на Кубке Ультимо. Незабываемое зрелище.

- А приземлиться там можно? - поинтересовался Граймс. Его совершенно не интересовали лошади.

- Там можно посадить крейсер, коммодор. И парочку истребителей. Ну, разве что галактический лайнер класса "альфа" может не поместиться, - и лейтенант расхохотался над собственной шуткой.

- Как я понимаю, на машинах установлены мигалки, - заметил Граймс. Гхм... Что ж, мистер Биллинхарст, если мы воспользуемся полицейской машиной, то распугаем комитет по раздаче - или как там их называют. Предлагаю приземлиться подальше от дороги, к северу от ипподрома, а остаток пути проделать пешком. Но нам понадобится проводник. Лейтенант, кто из ваших людей знает этот район?

- Например, я, сэр.

- Отлично. У вас есть какой-нибудь транспорт, от которого не будет много шума? Инерционный двигатель ревет так, что перебудит всю округу.

- У нас есть дирижабли, сэр. Разработаны специально для нашей планеты, для нужд полиции.

- То, что нужно, - отозвался Граймс. Да, человечество вновь возвращается к воздухоплаванию.

- Мне казалось, что на Ультимо не совершается по-настоящему серьезных преступлений, - заметил он вслух.

- Зато нам часто приходится иметь дело с шайками, которые промышляют азартными играми, сэр. Есть такая игра, она называется "шанс": метают две монетки... Вы понимаете, к таким надо приближаться очень тихо. На дирижаблях стоят электромоторы, их почти не слышно.

- Прекрасно. Значит, пусть будут дирижабли.

- Слушаюсь, сэр. Теперь, с вашего позволения, я позвоню капитану округа и займусь подготовкой операции.

- Прежде чем вы уйдете, лейтенант... не подскажете, где у вас уборная с умывальником? Хотелось бы избавиться от этой бутафорской растительности... а то, неровен час, ее затянет в пропеллер.

9

Граймс всегда питал слабость к воздушным кораблям. Время от времени ему даже доводилось летать на таких судах в качестве пассажира. Либо планеты, на которых это происходило, отставали в техническом развитии от Земли, либо их жители не испытывали особой потребности экономить энергию. К примеру, космические корабли Шаарской империи нисколько не уступали человеческим, но для атмосферных полетов шаарцы предпочитали использовать аппараты легче воздуха.

Дирижабли полиции Ультимо были великолепны - от идеи до воплощения. Впрочем, это были скорее воздушные корабли с полужестким корпусом, чем настоящие дирижабли. Внутри баллона с гелием была встроена нагревательная спираль для увеличения подъемной силы. Сложная конструкция из ремней и сеток позволяла увеличивать давление и быстро менять высоту. Кроме того, в гондоле находился водяной балласт - но сброс балласта, равно как и стравливание гелия, считалось аварийной мерой. Гондола висела на жестких тяжах, под ней крепился толкающий пропеллер.

Граймса, Биллинхарста и Павани направили на головной корабль, которым должен был управлять уже знакомый им лейтенант. На борту уже находились четверо констеблей. Граймс, сгорая от любопытства, устроился рядом с пилотом в крошечной кабине, которая располагалась в носовой части гондолы. Наземная команда отпустила швартовы, однако шасси даже не думали отрываться от земли. Баллоны, похожие на гигантские сардельки, наполненные вместо фарша гелием, рвались вверх, издавая легкое потрескивание. Лейтенант пробежался пальцами по переключателям на пульте управления, и почти сразу же жужжание электрического мотора затихло.

- Декомпрессия? - поинтересовался Граймс. Слабый треск над головой вскоре стих совсем.

Лейтенант вполголоса чертыхнулся и, заглянув в главную кабину, осведомился:

- Извините, мистер Биллинхарст... Сколько вы весите?

- Я... давно не взвешивался, лейтенант.

- А пора бы! - буркнул полисмен.

За бортом раздался звучный шлепок: на бетон летного поля выплеснули воду, чтобы облегчить гондолу. Корабль неторопливо и бесшумно поплыл вверх, мимо освещенных окон полицейских казарм, все выше и выше. Под ними лежал порт Дальний - светящееся полотно, рассеченное на клеточки черными линиями улиц. Граймс высунул голову в открытое окно и оглянулся. Огромными темными облаками, черными силуэтами на фоне городских огней медленно всплывали пять дирижаблей.

Лейтенант запустил двигатель. Он и вправду работал почти бесшумно, раздавалось только слабое посвистывание пропеллера. Корабль медленно развернулся и лег на курс.

- С этими штуками нужен глаз да глаз, - пояснил он. - Они очень хрупкие.

Постепенно огненные поля города сменились россыпью искорок предместья, а потом и они остались позади.

Ночь стояла чудесная - ясная и почти безветренная. Одинокая луна Ультимо - Церера - висела высоко на черном небе, беззвездном небе Приграничья. Совсем недавно было полнолуние, но она светила неярко. Крупные спутники, которые можно назвать сестрами планет, - редкость в нашей Галактике. Но неяркого сияния Цереры было достаточно, чтобы поверхность реки Фицрой заиграла бликами - словно мерцающая лента серебристого муара змеилась в бесформенной черной темноте. На горизонте, точно скопление желтых звезд, мигали огоньки Дэвидшема.