Разоритель Планет - Александр Амплеев

— Вероятно, сдох во время боя с Вами, — отозвался Волынский, чей взгляд, наконец, протрезвел.

— Я помню лишь двух людей в белых рубашках, с которыми я сражался, и один из них лежит здесь. Ли среди них я не помню, — проговорил спокойно Романо. — Ладно. Устроим за ним охоту позже. А с Вами, господин Баукус, буду рад поговорить в моем офисе, раз уж у Вас тут какие-то особенные дела. Остальных прошу приложить свои отпечатки пальцев к планшету, — спокойно проговорил Роберто, холодно смотря на директоров.

…

Эвакуация раненых бойцов и пленных шла медленно. Одним из первых вытаскивали Грэма, так как его травмы были опасны впадением в кому: черепно-мозговая травма, переломы обеих лопаток, сломанные ключицы и еще несколько более мелких повреждений, из-за чего он и был эвакуирован первым. Затем вытаскивали еще каких-то бойцов, потом поднимали Жабодава. Убитых было очень много… Их осталось человек восемьдесят, по крайней мере, тех, кто более-менее мог держаться в строю.

Кракен мрачно наблюдал за всем этим, сидя на ступенях возле входа, рядом с ним были еще семь кворонов, к которым, наконец, подошел Хратер. Он и сам был мрачен, но сел рядом с самим Кракеном и положил руку на его плечо.

— Куол Йори, я принимаю тебя и твоих бойцов назад в клан… Хратер, — в глазах кворона была улыбка, а Кракен как-то странно посмотрел на него.

— В каком смысле «Хратер»? — спросил он.

— Клан Йори уничтожен, а я теперь самый старший из клана. Мы приняли решение создать новый клан, а ты станешь хорошим его дополнением, Куол. Мы теперь клан наемников, а не клан контрабандистов, работорговцев и наркодельцов. Наступает новое время для клана, Куол, и я хочу, чтобы ты стал одним из нас, ведь, будучи изгнанником, ты стал лучшим из клана Йори, ибо ты воевал, а не бандитствовал, и мне нужны воины.

22.01.2580, 18:00

Сектор Корво, Система Немезида, Планета Итарис, Столица,

Район Центр-3, строение 5, этаж 1, холл,

22.01.2580, 18:00

Холл центрального офиса был столь же красив и обширен, а Романо сидел на одной из скамеек и обзванивал самые различные больницы, чтобы отправить туда раненых бойцов. Здесь же сидел Джек, который также обзванивал самые различные места, Паук, занимавшийся этим же. В новостях на огромном телевизоре показывали предместья офиса МилитариКорп.

— Сегодня произошла ужасная трагедия, которая задела сотни семей на нашей планете, — с экрана смотрела голубоглазая девушка со светлыми волосами, с тонкими чертами лица и прочими прекрасными данными, которыми следует обладать медийному лицу. — Офис МилитариКорп подвергся стремительному и жестокому нападению, которое было грамотно спланировано. Записи со всех видеокамер стерты, но ясно одно. Враг уже существует на нашей планете и, вероятно, имеет происхождение из Центра.

— Ути, симпапуська, — улыбаясь, проговорил Билли. — А это нормально, что они начали здеть про то, что центрийцы вот это все разбомбили?

— Не знаю, — проговорил Чаки, сидевший рядом с Билли с перебинтованной ногой.

Романо выглядел побитым, как и бывало обычно. Этот человек был мрачен и спокойно разговаривал с теми или иными докторами. В этот момент девушка с экрана продолжила свою речь.

— По последним данным в ходе столкновения погибло более двухсот солдат ЧВК «Арес», кроме этого, от сердечного приступа скончался генерал Шиллинг. Он был найден в одном из помещений второго этажа, откуда совершал командование над отрядами бойцов ЧВК. Были убиты директора Отто фон Лефтхенд, а также генеральный директор корпорации Харрис Блюхарт, без вести пропал директор Винсент Ли. Выжившие директора отказываются давать какие-либо комментарии по поводу данного происшествия, однако заявили о закрытии МилитариКорп и заморозке производств. Следует отметить то, что МилитариКорп — один из самых крупных трестов Итариса, который обеспечивал работой миллионы итарисианцев. Потеря этих производств приведет к окончательному крушению экономики нашей планеты, — во время слов девушки на экране появлялись заблюренные тела Лефтхенда, раздавленного металлическим щитом, и Блюхарта, который сидел в своем кресле, откинув простреленную голову на спинку кресла. — Мы просим МилитариКорп не предавать Итарис и не прекращать свое производство, — добавила дикторша от себя, судя по трясущимся губкам, она сама готова была заплакать.

— Так бы и обнял… — прокомментировал этот вид диктора Билли.

— Ага. И раздавил к хренам, — проворчал Чаки.

— Господин Романо, Вас вызывает директор Коллбейн, — проговорил молодой человек, вышедший из-за стойки, а к самому Романо подошли два каренианских охранника.

— Я бы и сам прошел, — проговорил спокойно Романо.

— Это для Вашей же безопасности, господин Романо, — произнес хриплый голос одного из них, а сам директор пошел вперед, на левом плече белой рубашки проступало маленькое кровавое пятно, равно как и в верхней части левого бедра. — Вы не истечете кровью, господин Романо?

— Не истеку. Как на собаке заживет, — спокойно произнес человек, после чего двинулся дальше к лифту, зашел в лифт вместе с двумя этими лбами.

В следующий момент ему прилетело под дых, далее удар в висок. Человек падает на землю, а его начинают пинать. Слышится громкий хрип, а охранники не прекращают бить его под спокойную мелодичную музыку, в этот момент кровь из ран начинает течь сильнее, а рубашка становится алой. Немного размявшись, они поднимают на ноги директора, который пытается отдышаться и сплевывает вниз какой-то из коренных зубов.

— Это вам сказал сделать Сигизмунд? — отдышавшись, спросил Романо, чья рубашка окрасилась кровью.

— Нет. Это наша личная инициатива. Вы повели себя неправильно, а значит должны быть наказаны, — произнес уже второй.

— Как мне кажется, меня достаточно накажут на Корпоративном Суде… А вот вы за это ответите, — произнес директор, утирая кровь с губ.

— Если Вы после этого суда будете живы — пожалуйста, правда, мы Вам не подчиняемся, — проговорил все тот же спокойный голос.

Это были практически не люди. Их дисциплина проникала даже в их речь, они были словно роботы, правда, некая часть эмоций в них все же оставалась, и вот только что их дисциплина дала слабину и эти два здоровых бугая, под два метра ростом каждый, избивали раненого человека чуть ниже метра семидесяти пяти.