Обречённый на Бесконечность (СИ) - Михаил Коковин

Вновь это чувство заставило Рена сжать кулак. То, что не дает ему покоя, так это цель кукловода. Почему Люцифер так сильно завлек его своим вниманием? Разве не власти Беатрис желает?

— Вижу, ты совсем запутался, — вздохнул Михаэль, глядя в пустые глаза Рена. — Стоит сказать тебе, что фальшивый Архонт не из этого мира к нам пришла, а значит её цели лежат далеко за нашим понимаем. Но вот что точно можно разглядеть, так это её дальнейшие шаги.

Беатрис использовала мир Вечного Древа как эксперимент, добиваясь чего-то конкретного, осязаемого. И они оба это понимали.

— Ты хочешь сказать, что она пришла сюда именно за Люцифером? Но для чего?

— А ты тоже решил больше не скрываться, — усмехнулся второй капитан. — Именно, мы ей вовсе не интересны. Все её действия до сего момента были направленны лишь на него. И если не вдаваться в подробности, то… Беатрис хочет заполучить силу Люцифера.

В этот момент сознание Рена прояснилось. Это звучало почти логично, с силой такого ангела, чья мощь уже на четвертой стадии затмевает многих капитанов, девочка в маске способна подчинить себе целый мир. Однако, разве с её магией у неё этого и так не получится?

— Не стыкуется здесь что-то… — скрестив руки, Бог Технологий начал размышлять.

— Ты прав. И всё равно… Уже можно предпринимать какие-то меры. Я тебе не советчик, но тут прямо напрашивается один единственный вариант.

— Убить Люцифера? Позволь спросить тебя — а твои ли это слова? Или продуманный наперед шаг Беатрис? — повысив тон, он заставил Михаэля отвернуться.

— Успокойся… Нет у меня причин играть с тобой.

— В отличии от меня, тебе нечего терять, Михаэль. Хоть весь мир уничтожат, ты будешь смотреть на всё это с пустыми глазами, которые жаждут лишь новой интриги. Я не могу тебе доверять.

— А ты в свою очередь, ждешь лишь мести… И тебе есть что защищать, поэтому здесь мы закончим. Мне стоит оставить тебя в одиночестве, размышляя над причинно-следственными связями, которых попросту нет, — огрызнувшись, второй капитан встал с кресла и ушел не попрощавшись.

На последние слова Рен хотел метнуть меч прямо в спину уходящему Михаэлю, но воздержался. Ведь это имеет смысл. Он не равнодушен к сыновьям, что попали в беду из-за его необдуманных действий. А также его влечет месть… Две противоречащих друг другу цели соединились, поставив в ступор Бога Технологий.

И связи с этим, закрыв на мгновение глаза, он пришел к логичному выводу. К чему ему рассуждать о планах Беатрис, когда они покрыты мраком. Возможно, даже она даже не знает, чего на самом деле хочет. В первую очередь Рен решил сосредоточиться на небольшой зацепке.

— Чем-то придется жертвовать… Её планы связанны с Люцифером, а значит… От него нужно избавиться, а после посмотреть — вскроет она свою натуру или нет.

Порой лучше пожертвовать важной фигурой ради одной пешки. И сейчас, вспомнив о своем творении, он решил, что подобный обмен станет почти бесценным. Однако, сомнения лишь нарастали…

— «Кассиэль… Нет, не думай об этом — подобное невозможно… Она должна выполнить своё предназначение», — встав с кресла, Рен начал проговаривать заклинание телепортации.

***

Вторым ангелом, вышедшим из красного портала, был Тсуоши. Он оказался в правом корпусе СКВЦ, куда уже дошла тень от заката солнца. Почти в полумраке Бог Войны шагал с широкой улыбкой, рассуждая о сумбурном собрании.

— «Вот и доказана теорема. Люцифер — главный клоун во всём этом цирке».

В отличии от Рена, он не знал имени кукловода, но всё равно догадывался о его возможной силе. И, впрочем, ему таковое было и не важно. Тсуоши не защищает Империю, не имеет близких родственников… Он словно Михаэль — без всякой жизненной позиции. Просто делает то, чего желает в первую очередь, однако именно это и злит его.

— Рен, сукин сын!..

В момент, когда улыбка быстро сменилась скрипящими зубами, он почуял знакомую и одновременно нужную ауру. Вдали коридора слышались тихие шаги. Быстро придя в себя, Бог Войны рассмеялся.

— Что-то ты не в духе! Ха-ха-ха! Случилось чего? — задав риторический вопрос, Тсуоши остановился, ожидая ангела с угрюмой гримасой.

— Вы и сами знаете, Главнокомандующий.

Первый капитан подошел к Богу Войны, однако не встал на колено. То ли это была не та ситуация, то ли Газадриэль решил воспротивиться правилам СКВЦ… На это Тсуоши лишь сильнее рассмеялся, ведь он представлял, что сейчас чувствует отец Люцифера.

— Твою ситуацию уже обсудили, и… Давай пройдемся?

Развернувшись, он не стал дожидаться ответа. Бог Войны начал медленно идти, взирая на тусклый свет из окон. На такое Газадриэль невольно согласился.

— Как воин, ты мне дорог, только вот… Мне предложили заменить почти сгнившую палочку на новый магический посох. И от такого сложно отказаться.

— Что вы имеете в виду?.. — опустив взгляд, сказал Газадриэль.

— Ответь мне на вопрос, и я скажу тебе. Способен ли ты убить своего сына?

Этого стоило ожидать. Первый капитан на мгновение остановился, а после вновь пошел за Тсуоши. Беатрис предупреждала его о подобном решении, но всё равно — он чуть не выдал свои эмоции, посмотрев в спину Бога, словно задумывая убийство.

— Без раздумий, — сухо сказал Газадриэль.

— Тогда вот твой ответ, — развернувшись лицом к лицу, Тсуоши продолжил. — Наступит война, и именно тебе дадут роль убить Люцифера. А до сего момента можешь ни о чем другом не думать — семья останется целой.

— Благодарю Вас за это решение.

Всё же, встав на колено, первый капитан проявил уважение главнокомандующему, на что тот вновь рассмеялся во весь голос, а после телепортировался из СКВЦ. Только вот, зная некоторую правду о мире, Газадриэль удивился таким словам.

Тсуоши пытается защитить его? Он ведь соврал.

— Раньше ты был более целеустремленным, чем сейчас, — встав во весь рост, первый капитан посмотрел на руку. — Теперь же тебя пленят глупые игры…

***

Наступал поздний вечер. По одинокой дороге шагал поникший ангел, в чьей голове царил полный кавардак, сравнимый с пустотой. Как только он прознал правду, скрывающуюся за магией иллюзии, всякие эмоции покинули его. Газадриэль толком ни о чём не думал, так как уже знал истинный конец.

Проходя мимо ограды своего дома, он остановился возле белых цветов. Возможно, это одна из трех радостей его жизни, ведь просто посмотрев на них, первый капитан искренне улыбнулся. Они напоминали ему о старых добрых деньках, когда в этот мир еще не пришла Беатрис. Сорвав самый чистый цветок, он направился домой.

— Ты