Влюбленные - С. Стивенс

– Я пока не уверена, что оставлю ее себе.

Услыхав слова Анны, мама быстро шагнула вперед: сестра никому не говорила об этом, кроме меня. Но отец схватил маму за руку, удерживая ее на месте, и пристально посмотрел на Гриффина. Мама прикусила губу, и вид у нее был такой, как будто ей хотелось произнести длинную и отчаянную речь. В конце концов, это ведь был ее первый внук!

Гриффин резко вскинул голову.

– Что? Ты не можешь отдать кому-то моего ребенка! – Он огляделся вокруг и глазами нашел Келлана, наблюдавшего за ним вместе с Мэттом и Эваном. – Она ведь не может так поступить, правда, Келлан? Верно я говорю?

Глядя на лицо Гриффина, я нервно сглотнула возникший в горле ком. Никогда раньше я не видела его таким перепуганным – как будто ему только что предложили то, чего он по-настоящему хотел, а потом тут же отобрали. Он был просто в ужасе.

Келлан хотел было ответить, но Анна прижала ладонь к щеке Гриффина, заставляя посмотреть на себя. Басист дрожал, когда она заговорила.

– Не отдам… Если ты сам хочешь ее воспитывать… Если ты хочешь делать это вместе со мной, тогда ни за что не отдам.

Затаив дыхание, я ожидала ответа Гриффина. Мама с папой в это мгновение сжали руки друг друга, тоже не зная, что он скажет. Нам всем хотелось, чтобы этот малыш стал членом нашей семьи, но выбирать было не нам. Выбор явно оставался за Гриффином.

Он тяжело сглотнул, затем снова посмотрел на живот моей сестры и после паузы, длившейся, казалось, целую вечность, заглянул Анне в глаза.

– А можем мы назвать ее в честь моей бабушки?

Сестра тут же зарыдала, потом кивнула и обняла Гриффина за шею. Он расплылся в улыбке, глубоко вздыхая и крепко сжимая Анну в своих руках. Остальные члены группы переглядывались, улыбаясь, а я сквозь собственные всхлипывания услышала, как Мэтт наклонился к Рейчел и сказал:

– Надо бы дать ей знать, что его бабушку звали Миртл.

Я рассмеялась, радуясь тому, что более чувствительные друзья Гриффина, безусловно, помогут ему растить ребенка. И слава богу.

Отвернувшись от счастливой пары, я успела услышать, как Гриффин чуть слышно спросил:

– А мы сможем по-прежнему заниматься сексом, пока ты вот такая?

В ту же минуту я увидела новую группу людей, вошедших в бар во время драматической сцены, и разинула рот, уставившись на них.

У стойки стоял мужчина средних лет, явно чувствовавший себя неловко. Он был одет в отличную черную рубашку и свободные брюки защитного цвета, как будто собирался отправиться в какой-нибудь гольф-клуб неподалеку. Стройный и мускулистый, с густыми светло-каштановыми волосами, он был из тех людей, которым возраст к лицу. Он и в шестьдесят останется привлекательным. Но не это заставило меня задохнуться, а то, что он был вылитым Келланом. Невероятное сходство сразу же обращало на себя внимание. Такой же подбородок, нос, такие же брови – все, вплоть до темно-синих глаз.

Передо мной стоял отец Келлана, его настоящий отец.

Мужчина заметил, что я уставилась на него, и кивнул, осторожно помахав рукой. Я махнула ему в ответ, а потом уже заметила рядом с ним двоих детей. Ребенком, правда, оставался только один из них, а девушка, пожалуй, была лишь на несколько лет моложе меня. Хейли, сестра Келлана. У нее были такие же, как у Келлана и их отца, светло-каштановые волосы и темно-синие глаза. Видя, как ее папа помахал мне рукой, она повторила его жест и улыбнулась, заметив своего единокровного брата. Ее улыбка была так похожа на улыбку Келлана, что я изумленно моргнула.

Рядом с Хейли стоял мальчик лет десяти. Как и у остальных членов семьи Келлана, у него были светлые волосы и синие глаза, хотя их оттенок был ближе к голубому. Он смотрел на спину Келлана с неприкрытым благоговением, и я догадалась, что он уже немало наслышался о своем старшем брате за последнее время и успел чуть ли не обожествить его.

Я медленно перевела взгляд на Келлана. Он о чем-то говорил с Эваном – похоже, просил ударника получше присматривать за Гриффином в связи со скорым появлением на свет его ребенка. Келлан еще не заметил своих родных. Ощутив на себе мой взгляд, он посмотрел в мою сторону. На моем лице все еще отражалось потрясение, и Келлан нахмурился, а потом, похоже, понял, что именно меня поразило, и побледнел.

Он прикрыл глаза, явно не желая оборачиваться, а я бросилась к нему, обогнув толпу, поздравлявшую Гриффина и Анну, и сжала ладонями его щеки.

– Келлан… Пора.

Не открывая глаз, он покачал головой:

– Я не могу, Кира… – потом наконец взглянул на меня и буквально сжался от страха. – Слушай, скажи им, чтобы пришли попозже… У меня просто нет сил прямо сейчас…

– Ты можешь, Келлан, – сказала я, поглаживая его по щекам. – Я знаю, что ты можешь.

Он судорожно втянул воздух и начал медленно поворачивать голову. Когда Келлан увидел наконец мужчину, подарившего ему жизнь, его дыхание участилось. Попятившись, он схватил мою руку и сжал ее изо всех сил. Келлан задрожал всем телом, глядя на троих человек, перевернувших вверх дном всю его жизнь. Его отец приветственно поднял руку, но тут же уронил ее, видя, что сын никак ему не отвечает.

Келлан резко повернул голову и уставился на меня.

– Я не могу… Не могу! Пожалуйста, не надо этого… Я пойду куда угодно, куда только тебе захочется. Давай просто сбежим отсюда, я сделаю все, чего ты пожелаешь…

Глубоко вздохнув, я пристально посмотрела ему в глаза. Он тут же прекратил бормотать ерунду и молча смотрел на меня.

– Ты не представляешь, как мне страшно… – прошептал он, слегка успокоившись.

– Я знаю, – кивнула я, чувствуя, как на глаза набегают слезы. – Но я здесь, и я тебя поддержу. Кроме того, разве может случиться что-то хуже того, что уже случилось?

Келлан тяжело сглотнул и пробормотал что-то вроде: «Пожалуй, может…» – но кивнул, зажмурившись. Он выждал еще минутку, набираясь сил. Когда он наконец взял себя в руки, он выглядел уже куда более уверенно, и эта уверенность как будто нарастала с каждым шагом, пока мы шли навстречу тому человеку. Не знаю, черпал ли Келлан храбрость у меня, но надеюсь на это, ведь сам он постоянно вселял в меня мужество прежде.

Когда мы подошли к мужчине почти вплотную, Келлан остановился. Его отец улыбнулся, но это была грустная улыбка.

– Привет, сын, – шепотом произнес он.

Келлан окаменел, стиснув мою руку, но все же кивнул, хотя и не произнес ни слова. Отец и сын смотрели друг на друга, и напряжение нарастало. Они были так невероятно похожи, что мне нетрудно было вообразить: все и каждый в баре тут же поняли, что человек, несколько лет назад погибший в автомобильной катастрофе, генетически не имел к Келлану никакого отношения. А вот стоявший сейчас напротив Келлана мужчина… Тут другое дело.