'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

От дел меня отвлекает звонок телефона. На экране высвечивается имя — Тимофей Ульянов. Я поднимаю трубку:

— Слушаю.

— Андрей Алексеевич, добрый вечер! Суд назначен на завтра, — на другом конце раздается бодрый голос адвоката.

— Блин, ну наконец-то. Ты готов к нему?

— Не сомневайтесь. Мой главный аргумент им нечем перебить, — с уверенностью сообщает Тимофей.

— Я должен завтра присутствовать? — спрашиваю я, закидывая в ванночку очередное сушеное сердце.

— Конечно, поэтому я и звоню. Но не извольте беспокоится, процесс полностью на мне.

— Я и не беспокоюсь. Тогда увидимся завтра.

— До встречи, ваше благородие! — отвечает адвокат.

На следующее утро я облачаюсь в строгий костюм, завязываю галстук, надеваю свои уже любимые часы. Причёску бы поправить, но парикмахера на моих болотах пока что нет. Я немного подровнял виски струной и причесался. Сойдёт.

О, кстати, надо нацепить свой амулет Стража и медали. Произведу дополнительное впечатление на судью и всех остальных, пусть поймут, что перед ними не какой-то мошенник.

На пикапе добираюсь до города, а там вызываю такси. Не хочу таскаться на своём мастодонте по пробкам. Лучше посижу на заднем сидении, помедитирую и попью холодную минералку, пока водитель занимается своим делом.

— Приехали, господин, — прорывается в мою медитацию голос таксиста.

— Спасибо.

Я выхожу из машины, вдыхаю свежий утренний воздух и направляюсь к зданию, в котором решаются судьбы. Тимофей встречает меня на крыльце и машет на дверь:

— Давайте поторопимся. Заседание скоро начнётся. Граф Ярыгин и его юристы уже на месте.

— У него их много? — спрашиваю я уже на ходу.

— Да, целая команда, — кивает Ульянов.

— Не боишься выступать один против команды?

— Нет, напротив. Меня это даже заводит, — усмехается Тимофей.

А вот это мне нравится, я такой же. Рад слышать, что у моего адвоката боевой настрой.

В зале суда царит легкое напряжение. Я сижу, прислушиваясь к шороху папок, и ловлю на себе насмешливый взгляд Ярыгина. Смотрю в ответ, заставляя его отвести глаза, а потом спрашиваю у Тимофея:

— Всё готово?

— Да. Заседание будет коротким, судья уже знаком с материалами дела. Он только выслушает аргументы сторон, задаст вопросы и сразу примет решение.

— Это хорошо. Ненавижу бюрократические заморочки, — говорю я.

Через минуту в зале появляется судья, и слушание объявляют открытым. Сначала приглашают выступить представителя Ярыгина, и тот произносит заготовленную речь. Лично я не слышу ничего нового: долг взят на имя рода, барон Зверев обязан всё вернуть и так далее.

Когда приглашают выступить Тимофея, он не спеша встает и выходит на середину зала. Стоит тишина, так что все слышат шёпот в команде юристов Ярыгина:

— Это же тот самый неудачник! Неужели барон Зверев его нанял?

— Тишина в зале! — строго говорит судья.

Смотрю на Тимофея. Он и бровью не повёл, наоборот — смотрит на своих оппонентов с вызовом. Красавчик. Давай, порви их!

Невозмутимо поправив галстук, Ульянов начинает:

— Уважаемый суд. Давайте смотреть на это дело с точки зрения логики. Мой наниматель родился через десять лет после падения рода и значился безродным. Он не знал и не мог знать о долге, который взяли его родные. Мне кажется, что с моральной точки зрения это уже освобождает его от всех обязательств. Но давайте посмотрим на практическую часть.

Тимофей выдерживает драматическую паузу и продолжает:

— Адвокаты графа Ярыгина утверждают, что род Зверевых подписал бессрочный контракт. Это действительно так, но есть нюанс.

Ярыгин морщится, как будто жуёт лимон. Похоже, он подозревает, о каком нюансе речь. Я-то уже знаю, так что просто с удовольствием наблюдаю за речью своего адвоката и предвкушаю победу.

— Договор был подписан неким Дмитрием Зверевым, не так ли, ваша честь? — уточняет Тимофей.

— Да. Судя по материалам дела, он в то время занимал пост главы рода, — отвечает судья.

— Нет, ваша честь. Вернее, Дмитрий Зверев был главой рода тридцать лет назад, но договор займа подписал другой Дмитрий Зверев, его двоюродный брат.

— Протестую! У вас нет доказательств! — тут же вскакивает глава команды Ярыгина.

— С чего вы это взяли? — спрашивает Тимофей таким тоном, что его оппонент бледнеет на глазах.

Ульянов достаёт из портфеля пачку бумаг. Одну копию он отдаёт судье, другие адвокатам графа. Сам же, возвращаясь на середину зала, приступает к финальным аккордам:

— Вот доказательства. Копии росписей всех взрослых членов рода Зверевых, живших в то время. Родовые книги были уничтожены, но материалы сохранились в архивах имперской канцелярии. Я сумел их найти. Дмитрий Зверев — двоюродный брат главы рода, именно он оставил подпись на договоре, можете сравнить. А в документе чётко написано, что долг обязаны будут выплачивать его прямые потомки. То есть займ был взят не на имя дворянского рода Зверевых, а только на одну из его линий, которая сейчас признана полностью угасшей. Таким образом, мой наниматель ничего не должен графу Ярыгину.

Воцаряется тишина, прерываемая только шелестением бумаг. Судья поворачивается к графу и спрашивает:

— Ваше сиятельство, у ваших адвокатов есть, что сказать?

— Ваша честь, это подделка! — выкрикивает юрист. Фу, как банально.

— Я приложил официальную выписку из архива. Это не подделка, — парирует Тимофей.

— Что-нибудь ещё? — судья поверх очков смотрит на команду Ярыгина.

Те явно паникуют, но представить суду им больше нечего.

— Нет, ваша честь, — отвечает главный юрист рода Ярыгиных. Он прекрасно понимает, что отложить судебное разбирательство не получится, ведь глава их рода проплатил очень большие деньги наверх, чтобы это заседание было единственным и последним по этому делу, чтобы Зверев не успел ничего отыскать. А в результате получилось, что за свои же деньги граф сам лишил себя возможной прибыли.

Стукнув молотком, судья объявляет:

— Суд удаляется на совещание! — он встает и тут же уходит вместе с помощниками.

— Красиво, Тимофей, — я пожимаю ему руку.

— Погодите, ваше благородие, рано поздравлять. Дождёмся решения суда.

— Ты их размазал, не сомневайся. Смотри, как они носятся, будто безголовые курицы.

Мой адвокат бросает взгляд на противников и не сдерживает злорадную усмешку. А судья тем временем уже возвращается. Усевшись на своё место, он не тянет кота ни за какие части тела и сразу объявляет вердикт:

— Суд принимает решение в пользу барона Зверева. Он не обязан ничего выплачивать графу