Хроники пилота: Звездолет для бунтаря - Евгений Артёмович Алексеев

во всей красе боевой спутник с пламенеющими слепящей синевой крыльями солнечных батарей. Открылись люки лазерных пушек. И все это я наблюдал с ужасающей детальностью, которую давали телескопы моего «летуна». Будто я смотрел в дуло пистолета, который убийца поднес к моей голове.

Не выдержав, я зажмурил глаза, понимая, что такой удар я не перенесу. Вжался в кресло.

Вибрация сотрясла корабль, прошла волной по корпусу, заставляя дрожать каждую частичку. И даже, когда все стихло, я по-прежнему ощущал эту фантомную дрожь.

Я открыл один глаз, потом второй, бросил взгляд на экран — из трех противников осталось два.

Информационный блок тут же прокрутил запись невероятно реалистичного изображения. Мой космолет сумел на доли секунды опередить удар лазерной пушки. Луч прошелся по моему врагу, который неотступно преследовал меня. Распавшись на две половинки, они печально продолжили свой путь — мертвая материя в равнодушном космосе, который не отличает живое от неживого.

Система выдала ТТХ оставшихся преследователей:

Космолет «Зевс-громовержец». Тяжелый штурмовик Альфа-класса. Обшивка: сверхплотный композит типа гексатитан. Вооружение: импульсные пушки, плазменный ускоритель, лазерные пушки, противотанковые ракеты.

Что я мог противопоставить им? Мой корабль казался на их фоне стрижом — легкий, быстрый, но уязвимый. А в космосе любой маневр может стать трагическим для биологического объекта, то есть меня.

Система внезапно ожила, выдав список советов.

«Пилот может использовать искривление пространства, чтобы создать планковскую черную дыру или 'гравитационный пузырь».

Предупреждение: Создание такого объекта будет кратковременным, потребует энергии, равной миллиардной доли планковской энергии'.

Вот, что мне нужно! Отдав приказ на создание «гравитационного пузыря», я включил ручное управление. С тихим шелестом вырос, словно невиданный цветок, штурвал — самые обычные «рога». Развернулась панель с множеством утопленных в нее приборов с металлической окантовкой — круглых, квадратных, с цифрами, стрелками. Всегда любил этот момент. Управлять мысленно проще, но ощущать в руках штурвал — физическое наслаждение.

Взвыла резко и противно сирена, сообщим о залпе импульсных пушек противника. Но я почти на автомате швырнул свой космолет вниз, и плазменный шторм пронесся надо мной, оставив позади ослепительный ало-голубой шлейф.

Это не прошло бесследно. Меня, словно слон раздавил, во рту — металлический вкус крови, глаза едва не вылезли из орбит. Но я понял, что могу пилотировать корабль, как в атмосфере Земли.

Штурмовики разошлись, пытаясь взять мой космолет в клещи. Один из них, плюясь плазменными сгустками из импульсных пушек, создал смертоносную сеть. Второй открыл огонь из центрального ускорителя — громадное белое облако плазмы понеслось прямо ко мне.

Впереди показался еще один спутник, уже с открытыми люками лазерных пушек. Меня прихлопнут, как комара — если не штурмовики, так этот чудовищного размера боевой слон.

Была — не была. Врубил форсаж, штурвал резко на себя. Космолет, как взбесившийся жеребец встал на дыбы, рванул вверх с такой немыслимой перегрузкой, что звезды слились в сверкающие ленты, словно я летел по гоночной трассе. И тут же заложил немыслимый, сводящий с ума вираж, облетев спутник, открыв его для удара. Плазма смяла его, как пустую консервную банку, вырвала, словно крылья у мухи, сверкающие панели солнечных батарей.

Бах. И все скрылось в облаке раскаленной плазмы и обломков размером с остров. Я решил использовать это, как прикрытие. Нырок внутрь, заложенный вираж. И вот я уже с другой стороны. Коварно подкрался сзади к одному из штурмовиков. Залп из лазерной пушки по кормовым движкам. Бах, один погас, окутанный черным дымом. Противник выбыл из строя, потерял управление, начал медленно, но беспорядочно вращаться.

Второй штурмовик двинулся ко мне, я физически ощущал, как он готовится к удару, как ждет максимального заряда своих импульсных пушек, чтобы размазать меня и отомстить за напарника.

Но стоило ему приблизиться, как я свечой взвился вверх. И мой враг рефлекторно бросился вслед. Но обогнав меня, подставил под удар плазменной пушки реакторный отсек. Ослепительный, но бесшумный взрыв. Огромный белый шар, затмив свет солнца, разорвал штурмовик на мириады осколков. Ударная волна, проникнув в гравитационный пузырь, заставила бешено дрожать моего летуна.

Осталось добить штурмовик, который я подбил первым. Невидимый лазерный луч вонзился в движки, раскурочив их окончательно, словно пуля со смещенным силой тяжести прошелся по корпусу, разорвав его на куски. Бронированный зверь разломился на две неровных части, они начали медленно снижаться друг за другом, вспыхнув в атмосфере планеты ярко-оранжевыми факелами.

Выключив гравитационный пузырь, я отдал приказ на снижение.

Мой космолет вернулся к острову. И с радостью я обнаружил, что над нашей базой кружится уже вполовину меньше вертолётов. И дым уже лишь стелется по земле, обнажая постройки.

И тут с винтокрылых машин синхронно сорвались ракеты. Ринулись к земле. Удар! Огненный купол накрыл всю базу, раздулся до облаков.

Волосы зашевелились у меня на голове. На мгновение я замер, как парализованный. Не выдержав страшного зрелища, снял замки с держателей пары ракет. И нажал на пуск.

Я должен отомстить за погибших друзей!

Глава 44

— Ну и какого черта ты это сделал? — лицо Крупы было перекошено злобой. — Кто тебя вообще просил лезть в самое пекло⁈ Сбивать вертолеты, космолеты!

— Крупа, а что я должен был думать? — я еле сдерживал раздражение. — Прилетаю, на базу напал враг. Я решил его уничтожить? Что я сделал нет так⁈

— Ты — идиот! — Крупа схватил меня за край скафандра, притянул к себе, и нереально близко я увидел его белые от ярости глаза. — Эти враги должны были считать, что разрушили базу и доложить об этом начальству! А что теперь? Ты их всех уничтожил, кретин!

— Это была имитация?

— Да! Кузьмич с Сашкой сделали силовой купол и голографическую картинку взрыва. Понимаешь ты, дебил чертов!

— Откуда я должен был это знать⁈

— Крупа, ты ведь ничего не сказал Эдгару об этом, — мягко вмешалась Зои.

Она стояла рядом, прижимаясь ко мне.

— Я не хотел заранее говорить об операции. Боялся сглазить. Что непонятно?

— Слушай, Крупа, если ты такой весь из себя умный, может ты будешь здесь командовать? — меня жгло раздражение, хотелось дать Крупе в морду, я потратил столько сил, мог погибнуть, а теперь этот ублюдок выговаривает мне, будто я маленький ребенок. — А я возьму и вернусь на звездолет. Дождусь, пока он восстановится и улечу к чертовой матери из вашей гребаной системы. Чтобы не маячить у тебя перед глазами. И не мешать твоим гениальным замыслам!

— Два медведя в одной берлоге, —