Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Но никто и подумать не мог, что перед самым судом следователь, который вел дело Валентина Чупчугина, совершил беспардонный подлог, неведомым образом подменив его на Альфреда. Сам рассказчик узнал о случившемся от Альфреда, когда тот уже вышел из заключения. По его словам, купив следака, прожженный жулик сумел уболтать скромного бедолагу-брата, пообещав тому после освобождения немалые деньги. Когда же Альфред вышел, то всего через несколько дней самым загадочным образом бесследно исчез. Информатор Вольнова лично от него слышал, что Валентин его «кинул» и волокитит с выплатой денег, поэтому он собирается поговорить с братом «по душам». Следовало предполагать, тот и в самом деле потребовал от Чупчугина выполнить обещание, но алчному жмоту расставаться с деньгами не захотелось, и он своего брата убил.

— Этот экс-массажист изучил фотороботы и сказал, что питерский вариант — это точно Чупчугин. А вот нижегородский напоминает его лишь отдаленно. То есть версия о том, что Чупчугин сделал себе пластику, абсолютно реальна. Сейчас у меня появился информатор из медицинской среды, который знает всех подпольных хирургов, перекраивающих физиономии жуликов и бандитов, так что завтра-послезавтра жди моего звонка.

Поблагодарив Александра, Гуров вошел в номер и включил телевизор. На федеральном телеканале шла новостная программа, в которой повествовалось о проблемах со строительством в Питере нового стадиона к чемпионату мира по футболу, о многочисленных хищениях денежных средств и значительном удорожании этого сооружения с шести до почти сорока миллиардов рублей.

«Вот это показатели… — саркастично улыбнулся Гуров. — Вон на сколько миллиардов «обули» государство! И, что самое интересное, в конечном итоге сядут не главные воры и «распильщики», а всякая мелкая шушера — какой-нибудь прораб, «толкнувший налево» пару мешков цемента или упаковку облицовочной плитки. Правильно говорят американцы: укради доллар — тебя посадят; укради миллион — прославишься и станешь национальным героем. Вот и мы пришли к этому же…»

Далее по ходу новостного сюжета показали фрагменты только сегодня вышедшего на Западе телевизионного фильма о криминале в российском спорте. По своей «правдивости» эта телехалтура была не лучше нашумевших в ЕС и США фейковых киношек некоего Зеппельта о том, что в российском спорте все держится на допинге. В этом сюжете развивалась тема об «ужасных русских фанатах», которые заранее готовятся физически истреблять западных болельщиков. Показав хулиганские стычки во Франции с участием болельщиков, где (понятное дело!) именно русские были «главной скрипкой» в фанатских побоищах, автор перешел на криминальную обстановку в России в целом.

По его мнению, она такова, что меркнет даже скандальный чемпионат десятого года в ЮАР, где прямо в номере гостиницы «свободолюбивые» аборигены могли обокрасть, ограбить или даже «пустить по кругу» попавшую в их руки туристку, где туристам рекомендовалось не останавливаться под светофорами, поскольку это было крайне опасно. Показав задержанных в России серийных убийц, начиная от Чикатило до битцевского и ангарского маньяков, автор фильма уверял западного зрителя в том, что и поныне на ее просторах не стало спокойнее. А в подтверждение этого «под занавес» упомянул о позавчерашнем убийстве в пригороде Челябинска.

«Ничего себе! — глядя на кадры, снятые в Пименовке, мысленно подивился Гуров. — Уже и Чиклянцевых приплели. Да, правильно говорил Винни Пух: «Это «ж-ж-ж-ж — неспроста!»

Его размышления прервал звонок Орлова. Поинтересовавшись итогами сегодняшних изысканий, Петр сообщил, что ему буквально несколько минут назад принесли заключение судебных психологов. В общем и целом личность Чупчугина те расценили как патологическую, истероидного типа. По мнению специалистов, причиной психических аномалий данного субъекта мог стать факт совершенного над ним еще в детстве извращенческого физического насилия, что повлекло формирование у него целого ряда стойких психологических комплексов. В частности, он всегда испытывал жестокую зависть к родному брату-близнецу. Кроме того, ему свойственна подсознательная жажда реванша любой ценой, даже ценой убийства большого числа людей.

По мнению психологов, Чупчугин очень жестко настроен на абсолютное лидерство, на подчинение себе всех, кто с ним соприкасается, и ради власти готов на все, что угодно. Ему свойственны изощренная лживость и изворотливость, для него нет табу, для него достойно интереса только то, что несет ему личную выгоду. Люди, попавшие в орбиту его интересов, ему или безоговорочно подчиняются, или им уничтожаются. У него два главных внутренних императива: деньги и слава.

Что касается женщин, то он, скорее всего, психологический импотент, не способный к нормальной интимной жизни — прямое следствие когда-то пережитого насилия. Поэтому женщин он ненавидит и лишь имитирует свой интерес к прекрасному полу. Ему свойственны рефлексия, импульсивность, склонность к непредсказуемости. К своим жертвам он безжалостен, способен к применению оружия даже в отношении представителей закона.

— Вот такое это ходячее человекообразное недоразумение, — закончив читать суждения медиков, резюмировал Орлов. — Так что, если будете брать, с ним — поосторожнее! Крайне опасный тип. В отношении такого, если других вариантов нет, лучше использовать оружие на поражение. Ему в любом случае «светит» пожизненное, так что терять ему нечего. Мне очень не хотелось бы, чтобы из-за этой твари кто-то погиб. Как вы там себя чувствуете-то? Как там Стас?

— Гм-м… Он сейчас на ответственном задании… — невольно фыркнув, пояснил Гуров.

Ответом ему был тягостный и сердитый вздох генерала:

— Ну, бабник чертов! Опять с кем-то кувыркается… Что за натура? Куда ни пошли — обязательно у него начинаются романы. Да, правильно сказано: черного кобеля не отмоешь добела. По-моему, это я уже не раз говорил…

Завершая разговор, Петр сообщил, что сегодня ему звонили из министерства. Один из замов весьма язвительно выяснял, как скоро «хваленые пинкертоны» Гуров и Крячко раскроют, по его мнению, «не самое сложное дело».

— Чую, если задержать этих бандитов до того, как они учинят очередную резню, нам не удастся, то клевать нас будут здорово, — подчеркнул он.

— Ничего… — философски отреагировал Лев. — Паганини говорил, что способным — мешают, талантливым — завидуют, гениальным — вредят. Так что не мы — первые, не мы — последние, с кем такое случается. В конце концов, хотя бы это свидетельствует о нашей со Стасом принадлежности к способным, талантливым и даже гениальным.

— Молодец! Хорошо сказал. Самое главное — скромно… — прощаясь, рассмеялся Орлов.

Когда Гуров уже готовился ко сну, его телефон выдал очередную трель. Майор Свечников, поинтересовавшись — не разбудил ли? — сообщил о том, что ему самому только что пришел звонок из Оренбурга. Коллеги сообщили, что в каком-то глухом лесистом закутке сегодня под вечер нашли дотла сгоревший «Опель», номер двигателя которого соответствует автомобилю с госномером «А-551-ВУ». Так что эта «ниточка» тоже оборвана напрочь.

Глава 10

Этой ночью Лев спал довольно-таки беспокойно. Сны были тяжелые, из-за чего он то и дело просыпался. Под утро приснилось и вовсе что-то наподобие триллера. Он шел по глухой тайге, пытаясь найти дорогу к человеческому жилью, но лес все не кончался и не кончался. При этом Гуров знал, что за ним охотится опасный питон, который крадется за деревьями и в любую минуту может напасть. И вот в тот самый момент, когда он наконец-то увидел просвет между деревьями, прямо перед ним из зарослей с громким шипением вынырнуло хищное пресмыкающееся с широко разверстой пастью. Выхватив пистолет, Лев навел его на удава, нажал на гашетку, но вместо выстрела услышал сухой щелчок — в обойме не оказалось патронов…

Открыв глаза, Гуров некоторое время лежал, не двигаясь. «Привидится же такая бредовая чушь! — мысленно отметил он. — Наверное, и на пенсию выйду, сниться будет только всякая хрень. Ну а что удивительного? Если всю жизнь имеешь дело с цветами в оранжерее, то и во сне их видеть будешь. А что круглосуточно видим мы, опера? Всякую нечисть — двуногих питонов, крокодилов, упырей… И ничего не поделаешь — издержки профессии!»