День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Выродки! — злобно выругался Бурцев, до боли сжав кулаки.

Ничего, до этих тоже доберемся, сержант! Нам бы только людей побольше. С экипировкой сейчас вопрос решим, для того и едем, а вот бойцов не хватает! Эх!

Они покинули постоянную базу отряда несколько часов назад, чтобы здесь, в райцентре, встретиться со своим командованием, а заодно — пополнить запасы оружия и снаряжения. В своем лагере, в лесу, партизаны отнюдь не были отрезаны от мира, там работало радио, к тому же партизаны прослушивали частоты полиции и даже перехватывали переговоры американцев, чьи гарнизоны располагались не очень далеко. Но услышанное на посту стало для Алексея Басова полнейшей неожиданностью.

Проехав по пригороду Коноши, «газик» с партизанами добрался до промзоны, ткнувшись в ограду, которой были обнесены несколько складов. Полковник только нажал на клаксон, и охранник, бородатый мужик в камуфляже, торопливо распахнул забранные сеткой-рабицей створки, пропуская машину внутрь.

— Прибыли! Сержант, к машине!

Бурцев выбрался из кабины, с наслаждением потянувшись. А Басов дождавшись, когда лохматый сторож, похожий на кое-как отмытого бомжа, отдаст честь, произнес:

— Здорово, майор!

Этот человек в засаленном камуфлированном бушлате и протертых джинсах, заросший густой неопрятной щетиной, источавший запах перегара вперемежку с ядреным ароматом табака, мог казаться кем угодно, но не тем, кем был в действительности. Виктор Конюхов, совсем недавно, кажется, носивший на плечах майорские звезды, был офицером войск противовоздушной обороны, имел два высших образования, военное и гражданское, и мог бы получить Звезду Героя, закончись иначе последняя война для его страны. Командуя батареей зенитно-ракетного комплекса С-300ПС, майор со своими подчиненными записал на боевой счет два американских «Томагавка» и истребитель «Супер Хорнит», отражая атаки вражеской авиации из акватории Баренцева моря. Но сейчас Конюхов едва ли думал об орденах, для него самой важной наградой стала сохраненная жизнь. А войну свою бывший зенитчик продолжал и теперь.

Конюхов, скрывавшийся под личиной охранника продуктового склада, был ни кем иным, как связником, посредником между действовавшими в районе и области партизанами и теми, кто с не давних пор управлял действиями «народных мстителей» из Москвы или еще откуда-то издалека, превращая хаотичные, на грани отчаяния, атаки в грамотное наступление по всем фронтам. Разрозненные отряды тех, кто был не согласен с капитуляцией, став единым целым, получили общую цель и план, следуя которому, можно было хотя бы робко надеяться на победу, и частью этого целого оказалась и группа бойцов, действовавших под началом Басова.

— Новости из Центра есть? — спросил полковник, обмениваясь с Виктором Конюховым рукопожатием.

— Есть. Только давай сперва разгрузимся, полковник, а то скиснет продукт, обидно же!

Приспособив пару широких досок под скаты, трое мужчин принялись освобождать «газик» от груза. Забравшись в кузов, Бурцев спускал на землю бидоны, а его соратники уносили их в один из складов, выстраивая в аккуратные ряды.

— Слушай, майор, мы люди дикие, в лесу живем, а ты все знать должен, — произнес Басов, принимая скатившийся по доскам бидон. — Полицаи на въезде в город сказали, что партизаны сожгли где-то рядом деревню. Что это за чушь? Ты что-нибудь знаешь об этих делах?

— Не больше, чем вы, — пожал плечами Виктор. — Деревня Некрасовка, отсюда верст двадцать. Ее не сожгли, но всех жителей вырезали до последнего человека. Там человек сто осталось навсегда! Согнали в церковь, а церковь спалили. Сейчас там полицаи, но первыми почему-то явились янки. Наши с ними чуть не подрались! Официальной информации об этом нигде еще нет.

— Но ведь это не мы!

— Некрасовка? — Бурцев насторожился, вклиниваясь в разговор старших офицеров. — Там же наши! Азамат и Матвей!

— Твою мать! — Полковник зло сплюнул. От товарищей, оставленных на излечение, вестей не было давно, и теперь Алексей Басов понял, что может не увидеть их больше. — Кто мог это сделать? Кто?!

— Кажется, это дело рук чеченцев, новых охранников нефтепровода. Эти звери сейчас проводят профилактические рейды — выявляют в окрестностях наши базы и сочувствующее население!

— Ублюдки! Ничего, недолго им тут болтаться!

Разговаривая, партизаны продолжали разгружать «газик», так что никто из прохожих, случайно очутившихся рядом, не смог бы ничего заподозрить.

— А у тебя какие новости, Алексей? — поинтересовался Конюхов, с пыхтением и сопением тащивший наполненный молоком бидон. — Тоже хреновые?

— Хреновые. Отряд фактически разгромлен. Рейд к нефтепроводу стоил слишком больших жертв. В ближайшее время мы не способны на серьезные операции.

— Сколько у тебя активных бойцов?

— Сейчас всего одиннадцать в строю, не считая раненых. Витя, нам пришлось стрелять в своих! Понимаешь? Это не американцы положили моих людей, такие же русские!

— Нет, не свои они, — покачал головой Конюхов. — Суки это, кто оружие против своих товарищей повернул! Ну а людьми тебе помогут, полковник! Большие дела впереди!

Закончив с разгрузкой, старшие офицеры, сопровождаемые Бурцевым, прошли вглубь склада, протискиваясь между ящиками и бочонками. Басов заметил стоящий в углу помповый дробовик ИЖ-81М, охотничье ружье двенадцатого калибра:

— Твоя «артиллерия»?

— Так нельзя же сторожу без «гаубицы», — пожал плечами Виктор Конюхов. — Тяжело в деревне без нагана, сам должен понимать! Продукты хранить мало, охранять приходится! А то ведь пожрать всем хочется, а уж тем более на халяву!

— Ладно, майор, — помотал головой Басов, догадывавшийся, что здесь, на неприметном складе, под рукой у сторожа найдется что-то посерьезнее дробовика. — Давай-ка перейдем теперь к бартеру. Молочко привезли, в получении расписался, а теперь показывай, что у тебя для нас припасено интересного?

— А что нужно то вообще? Боеприпасы? Гранаты, патроны?

— Есть лишние? Тогда давай! Нам бы автоматных на 5,45 несколько цинков. Выстрелы для «подствольников» тоже не помешают, ну и ручные гранаты, само собой!

— Есть. И «пятерка», и гранаты.

Протиснувшись в узкий проход между штабелями ящиков с помидорами, картошкой и чем-то еще, партизаны проникли в ту часть склада, где хранились совсем иные ценности. Стена, от пола до потолка, выкрашенных в зеленый цвет ящиков с непонятной для непосвященного маркировкой, но Басову и его спутникам говорившей о многом.

— Гранатометы есть? — поинтересовался полковник. — РПГ-26 — штука очень хорошая, удобная, мощная, компактная! И «Шмелей» бы еще хоть сколько-то!