Смертельная ртутная ложь. Жалкие свинцовые божки - Глен Кук

Зато миссис Кардонлос чуть ли не приплясывала от возбуждения. Ее определенно радовало, что над Гарретом сгущаются тучи. Как-нибудь потом надо будет выяснить, чем же я так ей досадил.

Я помахал старухе рукой и послал воздушный поцелуй.

— Это поможет.

— Нам уже ничто не поможет, старый хрыч. Но зачем обижать старушку, приятную во всех отношениях? — Нам грозила такая опасность, по сравнению с которой все выходки миссис Кардонлос казались детскими шалостями.

Солнечный свет внезапно приобрел странный оттенок, стал цвета ирисок.

— Что происходит?

— Магодор облекла дом защитным куполом.

Лапочка Мэгги! Милая, я никогда о тебе плохо не думал.

Как не замедлило выясниться, Магодор едва успела. Миссис Кардонлос нахмурилась (ее крыльцо было выше моего, поэтому она увидела то, что приближалось, раньше меня), смельчаки на улице разбежались кто куда, и на безоблачном небе сверкнула молния. Срикошетила от мостовой, проскользнула в нескольких ярдах от крыльца миссис Кардонлос и утихомирилась, угодив в громоотвод на крыше многоквартирного дома.

В следующий миг в дальнем конце Макунадо возникло темное пятно.

— От Нога не скрыться, — напомнили мне на случай, если я успел забыть.

— Черт!

— Успокойся, Гаррет.

— Он не один. — Нога сопровождали все богини шайирского пантеона, за исключением Черной Моны, а также Кильрак (надо же, уцелел, мерзавец!). Я хмыкнул. Веселенькая картинка, верно, миссис Кардонлос?

— Лила с Димной прорвались.

Я бросил взгляд на Дина, который удирал во все лопатки. Старый козел! Неужели не догадается свернуть в переулок?

Мимо него прошмыгнуло нечто. Дин пошатнулся от неожиданности. Над мостовой возник Иоркен. Следом приползла струйка тумана, которая превратилась в Звездочку. Миссис Кардонлос выпучила глаза.

Шайиры с годоротами старательно игнорировали друг друга. Посыпались разряды — это Магодор переговаривалась со своими приятелями. У меня заболела голова.

— Старый хрыч, откуда взялись Звездочка и прочие девушки? Разве они не с Имарой?

Снова сверкнула молния.

— Что касается Звездочки, Имара скорее всего сочла, что ей нельзя доверять. Насчет остальных — не знаю. Ланга уничтожили, Черная Мона, сохранившая верность, разделила его судьбу. Поэтому…

Я повторял его слова вслух. Когда я произнес: «Поэтому…», начался сущий ад. Мостовая под ногами шайиров вспучилась, рядом с моим крыльцом рухнул шальной булыжник. Одна из богинь немедленно сдалась. Очевидно, она вняла увещеваниям Магодор и решила переметнуться на другую сторону. То была нимфочка; такие, как она, пробуждают весной природу.

Вторая кинулась бежать. С радостным воплем «От Нога не скрыться!» мой приятель бросился в погоню. Должно быть, старая вражда…

Внезапно наступила тишина. На Макунадо не осталось ни единого смертного, только боги, причем ежеминутно подходили новые. Знакомых среди них почти не было, тем не менее я мысленно поблагодарил Лилу с Димной, Четырнадцатого и Йоркена. Особенно горячей благодарности заслуживали совушки: ведь бедняжкам пришлось напрячь все свои умственные способности.

Тишину нарушил гром, под раскаты которого по окрестностям шарахнули целым пучком молний. Ни одна из них не причинила особого вреда.

— Мэгги, я люблю тебя! Так и продолжай. Мы им еще покажем!

Она явно отдавала себе отчет в том, что отвлекаться не следует. И, как мне показалось, постаралась убедить в этом пришедших на помощь.

На соседних крышах восседали горгульи. По ветру плыли не поддающиеся описанию твари. Вдоль Макунадо расхаживали существа, отдаленно напоминавшие людей. Среди них сновали те, в ком не было ни малейшего сходства с людьми; некоторые были крупнее мамонтов.

Миссис Кардонлос, которую, похоже, ничто не могло напугать, взирала на происходящее со своего крыльца.

Началась бомбардировка. Температура резко упала. Ветер задул порывами. Небо затянули тучи. Пошел дождь, быстро перешедший в мокрый снег.

И вдруг все кончилось. В мгновение ока.

Из-за туч выглянуло солнце. На мостовую легли тени.

Призыв Магодор услышали большие «шишки» из Квартала Грез. Воздух буквально вибрировал от их ярости. Стоило им вмешаться, как приспешники Адет попятились. Ощущение было такое, будто опасность миновала.

Да, эти ребята, в отличие от меня, обладали всеми тремя «В». Разумеется, в известной мере.

Показалось черное пятно.

— От Нога не скрыться! — торжественно заявил бог.

Старый добрый Ног. Надеюсь, он не думает, что я по-прежнему в его власти?

— Больно, — пискнул он.

Да уж. Давненько я не испытывал такой боли.

На крыльцо вышла Кэт. Девушка потрясенно уставилась на запрудивших улицу богов. Они сидели на крышах, теснились на балконах, летали туда-сюда. Самых невероятных размеров, самых диковинных очертаний. Божеств все прибывало, причем большинство составляли богини, слегка присмиревшие и готовые исправиться.

Между этим сборищем и тем, которое мы наблюдали на холмах Бохдан Жибак, была существенная разница. От богов воняло. Жутко. Очевидно, их физические воплощения давным-давно не принимали ванну.

Насколько я помню, всевонность как божественный атрибут не упоминается ни в одной священной книге?

Боль стала утихать. Большие «шишки» вернулись к своим занятиям. Порядок был восстановлен. Они пощадили разве что кучку злодеев, у которых вряд ли хватит наглости вновь беспокоить начальство.

Я заметил Имару. Она направлялась к моему дому. Этакая невинная овечка.

Я подтолкнул Кэт.

— Все хорошо, что хорошо кончается.

68

Кэт шагнула вперед, но я схватил ее за руку.

— Им совсем не обязательно про тебя знать. — Тем паче, что среди них хватает тех, кто не прочь устранить ошибки.

Голова еще побаливала. Интересно, подумалось мне вдруг, переживу ли я эту катавасию?

Прилетел Четырнадцатый и уселся на перила. Попка-Дурак кружил над толпой богов. Походило на то, что он следит за Имарой. С какой стати? Неожиданно Кэт сказала: «Это не мама» — и спряталась за мою спину.

— Гаррет, быстрее в дом!

Я прыгнул в дверной проем. Мне в спину врезался Четырнадцатый, которого внезапно обуяло желание очутиться внутри. Мы с Кэт покатились по полу. Прогремел гром; Попка-Дурак сопроводил небесное явление выразительным комментарием. В дверные петли угодила молния, полетели щепки, заклубился дым. Я с проклятиями высвободился из объятий Кэт и вскочил. Девушка тоже встала. Я хлопнул ее по заду: мол, шевелись, — а сам прижался к стене.