Кей Дач. Трилогия - Сергей Лукьяненко

Кей смотрел на падающие звезды. Как и положено — они исходили из одной точки ночного неба, как не положено — сплетали шатер из огненных росчерков над Злой Землей, синхронно опускаясь за ее границами.

Опираясь о капот джипа, Кей считал падающие звезды. Три волны, примерно по сотне огненных вспышек каждая…

Впрочем, Кей знал точную цифру и даже мог сделать великолепный астрономический прогноз. Большой десантный транспорт выбрасывал одномоментно сто одиннадцать боевых капсул. Именно столько вмещала каждая палуба, которых на транспорте было девять.

Он посмотрел на Артура, спящего на разложенных сиденьях джипа. Лицо его в слабых отсветах приборов казалось спокойным, мирным. Потом Кей поймал взгляд Томми — тот не спал. Юноша осторожно приоткрыл дверцу и выбрался из джипа.

Небо полыхнуло четвертой волной. Томми поднял глаза. Кей с любопытством ждал — последует ли ненужный вопрос?

— Разбудить Арти?

Нет, это был хороший вопрос, и Кей секунду обдумывал его.

— Не стоит. Ты же видишь — они все идут по периметру Злой Земли. Понимают, что сюда соваться не следует.

— Сколько их?

— Девятьсот девяносто девять. Нас блокируют по полной программе.

— Но на транспорте…

— Тысяча капсул. Командирская, вероятно, шла первой, я ее не заметил.

— Это важно?

Дач ответил сразу:

— Да. Боюсь, что да. Нас прикрывает Злая Земля, но ведь была Изабелла Каль.

Они синхронно глянули на Артура и замолчали. Мужчина и юноша под вскипающим всполохами небом. Кей Дач, идущий к Богу, чтобы задать ему один вопрос, положил руку на плечо Томми:

— Все будет хорошо, мальчик. Вокруг нас — Злая Земля. Она стала такой случайно — лишь потому, что Кертиса Ван Кертиса — тебя, жег страх. Он нуждался в страже своего богатства, в неприступном барьере, укрывшем Порог. И барьер возник. Теперь это спасет нас… надеюсь.

Небо полыхнуло в последний раз.

— А если что-то случится — уходи. Ладно?

Томми посмотрел ему в глаза — прямо, на равных.

— Ты дал мне свободу решать, Кей. Я не верну ее тебе.

— Свободу нельзя дать. Я лишь научил тебя ее видеть. — Кей тихо засмеялся. Легонько хлопнул Томми по затылку. — Здесь, здесь все. Злые Земли и райские сады, предательство и благородство, смерть и любовь. Тебе не надо ничего мне доказывать — я знаю, все это есть в тебе и во мне. Так что уходи, если станет тяжело. За Арти пока решаю я. Но ты уже вправе выбирать сам.

Улыбка Томми была горьковатой.

— Хорошо. Может быть, все-таки разбудить Артура и ехать дальше? А над твоим советом я подумаю.

Клинч-командор Шегал чувствовал Дверь. Там, за узкой лентой реки, в неприметных скалах, ломалась грань миров.

Там ждал Бог.

Он не испытывал ни страха, ни трепета. Все это отгорело давным-давно, когда он прошел в этот мир через свой Порог и свою Дверь.

«Линия Грез» не обманула его — наверное, боги не умеют лгать. Все оказалось так, как должно быть, пока Кертис и Кей Дач не стали на его пути.

Вячеслав оглянулся на серебристую линзу десантной капсулы. Он сел в центре Злой Земли — охранная зона Кертиса не могла повредить ему, творцу этого мира. Десять тонн брони и оружия, его собственный барьер для Кея Дача, стояли в зоне Порога. Впрочем, Шегал не собирался пользоваться тяжелым вооружением.

Он не боялся своего противника.

При этом Кей казался ему куда большей проблемой, чем Кертис. Поступки главы «аТана» были понятны и объяснимы.

Дач хотел странного. С одержимостью фанатика он пытался уничтожить Императора, теперь, с не меньшим упорством, рвался к Порогу. Шегал давно не имел таких противников, и охота за Дачем стала хорошим приключением.

Но его стоило заканчивать.

Навсегда.

А затем тащить щенков Кертиса (да кто они такие, в конце концов, близнецы, клоны?) на Терру и выбирать удобного преемника Ван Кертису.

Шегал сидел, привалившись спиной к низкорослому деревцу и смотрел на Порог, через который он давным-давно шагнул и который никогда не решится переступить вновь.

Потом он поднялся, чтобы разжечь костер.

Путь был знакомый, хорошо знакомый. Даже джип застрял на том же расстоянии от Порога, как и в первый раз. Иногда Кею хотелось обернуться, чтобы удостовериться — за ним идут не двое неотличимых мальчишек, прежние Артур и Томми.

Еще больше ему хотелось заглянуть вперед, чтобы понять, не ждет ли их кто-то, точнее — кто их ждет.

К Порогу они вышли под вечер. Речка, маленькая роща… и огонек костра.

Кей остановился. Почувствовал, как застыли рядом Томми и Артур — его маленькая команда.

— Это отец, — сказал Артур.

Дач не стал говорить, что это было бы лучшим из возможных вариантов. Он коснулся его ладони — коротким, успокаивающим рукопожатием и пошел вперед.

Вячеслав Шегал поднялся навстречу. Разделенные пламенем костра мужчины смотрели друг на друга.

— Ты очень неплох, — сказал Шегал. — Но все равно проиграл.

— Зачем ты создал это? — словно не слыша его, спросил Кей.

— Я уже говорил, Кей. Ты дурак. Наш мир…

Дач выстрелил, не вынимая пистолет из кармана. Заряды «Конвоя» высветили лицо Шегала, превращая его в пылающую белую маску. Клинч-командор шатнулся, проводя рукой по лицу. Спокойно сказал:

— Теперь моя очередь, верно?

Когда плазменный заряд ударил в грудь Кея, Артур закричал и рванулся вперед. Вячеслав отбросил его небрежным толчком и шагнул к распростертому на земле Дачу. На груди того тлела одежда.

— Зря ты его ударил, — сказал Кей, поднимаясь.

Шегал отступил. С любопытством посмотрел на Томми, потом на Артура:

— Мне кажется, надо очень сильно его любить, чтобы зона Порога охраняла постороннего. Кто из вас его держит, ребята?

— Мы оба, — сказал Томми.

— Чем ты их взял, Кей? — Шегал не казался обескураженным. Он пошел к Дачу, и тот слегка присел, принимая оборонительную стойку поверкиллинга. — Ты просто человек. Ты не справишься.

Дач ждал.

— Я не могу убить тебя… здесь. — Шегал рассмеялся. — Но ведь есть и другой вариант?

Его прыжок был почти неуловим для взгляда. Кей и Шегал слились в одно целое — крутящийся вихрь ударов и блоков. Схватки между профессионалами никогда не длятся долго — и эта не стала исключением.

Вначале Дач упал — пропущенный удар в голову оглушил его на мгновение. Шегал наклонился над ним, срывая с пояса кольца наручников. Щелчки — и он выпрямился, уже спокойно и неторопливо.

Кей, с прикованными к лодыжкам руками, остался на земле.