Серия "Афган. Чечня, Локальные войны-2". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Пиков Николай Ильич

Духи, приняв отход спецназа за паническое бегство, рванулись вдогонку за взводом. И были встречены плотным огнем, который сразу выбил чуть ли не половину их личного состава. Но Листошин не был бы Листошиным, если бы не просчитал вероятность того, что взвод попал в заранее подготовленный капкан, а посему после первой атаки духов произвел перегруппировку отделений так, чтобы подразделения могли занять круговую оборону. И сделал это вовремя. Бандиты ломанулись с тыла. Но и тут их осадил плотный встречный огонь.

Здесь, в Арихельском ущелье, спецназ не суетился! Здесь он работал. Работал как единый отлаженный механизм. Отбив атаки и с фронта, и с тыла, Листошин подумал: а как дела у Гудилова? И тут же связист доложил, что на связь выходил один из командиров отделений первого взвода, сообщивший, что и там ребята попали под удар духов. Сержант запросил воздушной поддержки и просил нацелить вертолеты на дно ущелья между склонами, где держали оборону основные силы взвода и где, кстати, что не было известно сержанту, находилась и зенитная точка душманов. Наведи Семен вертолеты по запросу сержанта, еще неизвестно, как сложилась бы ситуация в Кидрабском ущелье. По крайней мере, машины и экипажа летуны не потеряли бы, а возможно, и успели бы заметить три фигуры, уходящие рекой к скалам. Но… следом за сержантом вышел на связь сам Гудилов. Он изменил задачу пилотам, и Листошину ничего не оставалось, как передать на базу последнюю исходящую от офицера информацию. Семен и к себе вызвал «вертушки», точно определив им цели. Вертолеты отстрелялись без проблем и приняли на транспортный борт взвод старшего лейтенанта Листошина. Не потеряв ни единого человека, взвод благополучно вернулся в батальон, где его ждало страшное известие об участи, постигшей первый взвод роты специального назначения.

И в это же примерно время пассажирский «Ил-86» рейса Ташкент — Москва доставил в столицу старшего лейтенанта Калинина.

Глава 9

Столичный полдень вторника 7 июня 1983 года встретил его на выходе из брюха огромного лайнера проливным дождем. Пробежав от ступенек откидного трапа до поджидающего специального автобуса аэродрома Домодедово, он успел и промокнуть, и озябнуть, так как был одет в легкие брюки и рубашку. Пришлось в автобусе достать из сумки ветровку.

Получив багаж — еще одну объемистую сумку, Александр вышел на площадь у аэровокзала. К нему тут же подошел худощавый человек:

— В Москву с ветерком не желаете?

— Желаю дальше!

Глаза частника зажглись алчным огнем:

— И куда именно?

— В Рязань!

— Ого! Это отсюда двести пятьдесят верст в один конец. Дороговато выйдет.

— Говори, сколько?

— Ну… — замялся таксист, — туда…

Калинин его перебил:

— Две сотни хватит? Но до подъезда!

— Вполне!

— Чеками Внешторга возьмешь? Или рублями рассчитаться?

— Из Афгана, что ли?

— Оттуда!

— А я смотрю, загар какой-то не наш.

— Ты не ответил.

— Давай рублями.

— Поехали! Да, где тут водки взять можно?

Частник улыбнулся:

— Тачка укомплектована, так что все ошкей. Меня, кстати, Денисом зовут.

— Александр, — представился Калинин.

Денис открыл дверцу свеженькой «трешки»:

— Прошу, устраивайся, Саня! В бардачке и водка, и стакан, и бутылочка «Буратино», и даже пирожок. Свой, домашний!

Калинин поинтересовался:

— За сервис отдельная плата?

— Нет! Для «афганца» дополнительные услуги бесплатно.

Он заговорщицки нагнулся к Александру:

— Могу даже до Москвы телку подсадить! Милуйся на заднем сиденье, спускай пар!

— Чтобы потом с конца закапало?

— Да ты что? Девочки чистые! Гарантия! Так будем подсаживать?

— Нет.

Калинин распечатал бутылку водки, из горла отпил добрую половину емкости, не притронувшись ни к лимонаду, ни к пирожку, закурил купленную в аэропорту тридцатикопеечную «Яву» в мягкой пачке — лучшие, на его взгляд, сигареты в Союзе того времени. Выпустил дым через ветровик. Посмотрел на водителя:

— Ну, чего стоим, Денис? Вперед, до дому, до хаты!

— Семья ждет? — спросил частник.

— А вот это, Денис, не твое дело. И вообще, я тебе сверху еще червонец накину при условии, что до Рязани ты будешь либо молчать, либо отвечать исключительно на мои вопросы! Пойдет?

— Какой разговор! Молчу как рыба!

— Вот и хорошо!

Водитель выехал с площади, направил автомобиль в сторону Москвы. Александр, допив бутылку, откинулся на сиденье, хотел вздремнуть. Но сон не шел к нему. Он вновь ощутил то состояние, когда водка не взяла его, как в злополучное воскресенье в госпитале. И сразу же вспомнил Соню. Ее полные презрения слова: «Прощайте! И знайте, что я ненавижу вас!» И ее слезы! Александр тряхнул головой, закурил очередную сигарету. Об этом ли сейчас ему думать. Скоро он будет дома. Рита придет с работы и обалдеет, увидев его в квартире. Затем они устроят праздничный ужин, а потом постель. Александр вдруг поймал себя на мысли, что думает о жене лишь как о средстве удовлетворения своей естественной потребности. Почему-то у него не возникло желания сначала приласкать супругу, прижать к груди, прошептать нежные слова.

Александр вновь тряхнул головой.

И что за мысли лезут в голову? Какого черта о чем-то думать? Надо просто наслаждаться покоем, семейным очагом, мирным небом и спокойным сном, который не прервут ни свист мин, ни разрывы снарядов, ни писк летящих мимо пуль. А вместо этого в башке какая-то белиберда. Не надо было пить! Или выпить больше, чтобы вырубиться и проспать до Рязани. Тогда пара кружек пива приведет его в нормальное состояние. Но где взять еще? Придется опять прибегнуть к помощи водителя. Александр повернулся к нему:

— Денис! Мы еще пузырь раздобыть сможем?

Мужчина, посмотрев на пассажира, воскликнул:

— Ну, ты даешь, «афганец»! Поллитру скушал — и ни в одном глазу!

— Останови где-нибудь у магазина!

— Зачем магазин? Вытащи поллитру из кармашка чехла моего сиденья.

Калинин протянул руку, нащупал пузырь, достал его. Отпив граммов двести, почувствовал, что водка наконец взяла его. Вскоре уснул.

Проснулся от толчка водителя.

— Приехали, командир, этот дом?

Александр протер глаза. Двор он узнал сразу. Ответил:

— Этот.

Извлек бумажник, отсчитал деньги.

С сумками поднялся на третий этаж. Поставил их у двери квартиры. Посмотрел на часы. Жена еще на работе, у него есть время. Сейчас он оставит поклажу, дойдет до ближайшего магазина, купит цветов у бабуль, постоянно торгующих ими возле универмага, возьмет шампанского, пива. Дома примет душ, распакует сумки, накроет стол, тут и Рита подойдет!

Он с трудом отыскал ключи от квартиры.

Странно, но дверь была заперта лишь на верхний замок. Обычно они закрывали ее на два запора. Александр, стараясь не шуметь, вошел в прихожую. Голоса в гостиной он услышал сразу. Один до боли знакомый, принадлежащий его супруге, обладателем другого… был мужчина. Но не молодой человек. Видимо, мужик средних лет. Рита смеялась, приговаривая:

— Ну, что ты, Леша? Я же обещала после банкета, не сейчас!

Мужчина настаивал:

— Ритунь, дорогуша, ну что ты издеваешься над старым больным человеком?

— Ой-ой-ой, тоже мне старый нашелся. На досуге с малолетками развлекаешься!

— Когда это было, Рита?

— О! Когда? Тебе напомнить про сауну в субботу? Или ты думаешь, я не знаю, что вам туда девочек привозили?

Мужик отпирался:

— Так то друзья решили размяться, а я… я после тебя ни на одну из женщин даже смотреть не могу!

— Ах ты, хитрец!

И снова смех, пьяный, неестественный.

И тут же какой-то шепот.

Услышав это, Калинин остолбенел.

Он прошел по ковровой дорожке. Встал на пороге гостиной. Увидел на диване супругу в очень откровенном платье и лапавшего ее мужика со сбившимся набок галстуком и расстегнутым брючным ремнем.