Мордант превыше всего! - Стивен Дональдсон

— Ну… Скажем, не совсем заброшена. Я слышал, что некоторые из холодных комнат внизу используются для хранения вина. Если бы точно знать, какие, можно было бы до смерти горя не ведать. И я знаю, что Смотритель использует эту часть замка для тренировки солдат, в особенности зимой.

Кроме того, — добавил он насмешливо, — мне кажется, он ненавидит тьму. Он может устанавливать светильники даже если сюда не приходит никто, кроме людей, из года в год следящих за ними.

Упоминание о Смотрителе Леббике не укрепило ее спокойствия.

— Далеко еще? — спросила она.

— Уже почти на месте. — Голос Артагеля звучал беззаботно; но, взглянув на него, Териза заметила настороженность в уголках глаз и в наклоне головы. — Леббик, должно быть, приказал вымыть пол. Иначе мы бы уже увидели кровь.

Он оказался прав. После очередной дюжины шагов при виде коридора у нее начали всплывать воспоминания об этих местах, несмотря на отсутствие крови.

— Здесь, — сказала она тихо. И хотя понимала, что звук не проходит через зеркала, она до смерти боялась, что ее услышат чьи-то вражеские уши. Это было то самое место. Ей почти казалось, что все здесь до сих пор пропитано ее страхом, что здесь сохранилась атмосфера страха, оставшаяся после визита человека в черном. — Это было здесь.

— Да, — Артагель остановился, повернулся. Затем стал вести Теризу, пока ее спина не коснулась стены. — Вы были здесь. — Он указал на коридор. — Мы сражались здесь. — Слабое освещение сделало его лицо таким же напряженным, как и голос. — Пердон и Краген появились с противоположной стороны. Они и спасли нас. — Внезапно он посмотрел на брата. — Я не уверен, понимаешь ли ты, — процедил он сквозь зубы, — что этот сукин сын оказался лучше меня — кто бы он ни был. Последний раз такое случилось когда мне было намного меньше лет, чем тебе сейчас.

Свет тускло отблескивал на лбу Джерадина, словно, несмотря на холод, тот покрылся испариной.

— Во всяком случае, — пробормотал Джерадин, — я уверен, что ты не прочь предоставить ему возможность сделать еще одну попытку. Но, надеюсь, это произойдет не сегодня. Боюсь, я не слишком подхожу на роль твоего спасителя.

Но мы хотим найти совсем не это. — Он обошел брата и приблизился во мраке к Теризе. — Мы должны найти точное место воплощения. Если оно действительно где-то здесь. Откуда они появились?

Териза закрыла глаза. Она шла с принцем Крагеном. Он говорил об Элеге. Один из телохранителей следовал впереди; другой — позади. Она услышала тихий скрип кожи — меч, вытаскиваемый из ножен? Затем мужчины бросились вперед. Черная кожа доспехов делала их почти невидимыми. Обнаженные мечи были видны куда лучше, они сверкали в свете ламп…

— Там, — чуть слышно выдохнула Териза и открыла глаза. Она указывала на темный боковой коридор, под углом соединяющийся с коридором, в котором они находились. — Они появились оттуда.

— Хорошо, — прошептал Джерадин, словно тоже боялся, что его услышат. — Давай посмотрим.

Когда он двинулся вперед, его дыхание, превращаясь в пар, оставляло за ним в воздухе след.

Артагель обнажил меч; тот, казалось, сам выскользнул из ножен при движении его кисти. Свободной рукой Артагель взял Теризу за руку, и они пошли за Джерадином.

Путь впереди казался совершенно черным. Это было боковое ответвление, слишком короткое, чтобы тратить на него лампу. Свет из главного коридора сюда почти не проникал. Через мгновение Артагель спросил:

— Не хотите подождать, пока я схожу за лампой?

— Нет, — прошипел Джерадин. — Если есть зеркало, направленное на это место, то благодаря свету нас легче будет заметить.

Артагель кивнул. Он старался все время занимать такую позицию, чтобы Териза находилась между ним и стеной для уменьшения числа направлений, с которых ее могут атаковать.

— Сосредоточься на своих чувствах, — бросил ей через плечо Джерадин. — Точка воплощения может оказаться где угодно. Попытайся ощутить ее. Забудь обо всем остальном и просто попытайся ощутить ее.

— Сам сосредоточься, — огрызнулась она. Ее шепот прозвучал странно. — Я не единственная, кто не знает своих талантов.

Джерадин на мгновение задумался:

— Логично.

Артагель улыбнулся ей, но она едва различила это в сгустившемся мраке.

Все это глупо, — пыталась успокоить себя Териза. — Мы трое, вроде бы все взрослые люди, но все же мы здесь, медленно пробираемся по темному коридору в поисках места, где воздух или камень или Бог знает что еще подаст одному из нас знак. Должно быть, мы все посходили с ума. Если кто-нибудь сейчас выпрыгнет перед ней и скажет "Бу!", она закричит.

При этой мысли ей захотелось захихикать.

Это отвлекло ее внимание. Она не осознавала происходившего, пока прикосновение холода столь же легкое, как перо, и острое, как сталь, не шевельнулось в центре ее живота.

Прежде чем она успела среагировать — прежде чем она смогла предупредить об опасности, — из стены вышел человек. Когда он тяжело столкнулся с ней, толкая ее на Артагеля, его тело было словно каменная глыба.

Артагель стиснул ее руку.

— Назад! — рявкнул он. — Назад, к свету! — и оттолкнул ее от себя.

И сразу ощущение холода исчезло.

Но она не заметила этого изменения.

Териза споткнулась, но удержалась на ногах. Где Джерадин? Каждый ее мускул напрягся, ей захотелось бежать; она повернулась и увидела, как Артагель толкает Джерадина вслед за ней, угрожая при этом темной фигуре мечом.

И поспешила к главному коридору, к свету.

Джерадин оказался проворнее; в коридоре он догнал ее. И потянул направо, к ближайшей лампе. Из-за этого движения они уперлись в противоположную стену, как раз там, где она упала и ждала, когда человек в черном убьет ее. И обернулись, чтобы посмотреть, что там с Артагелем.

Он вышел на свет, удерживая меч между собой и жуткой фигурой. Но фигура была не одна. Териза заметила вторую. Третью. Четвертую. Все они были крепко сложены и двигались медленно. Клинок Артагеля, видимо, не слишком их пугал.

Четверо. Это плохо. Но хотя бы не больше. Когда на них упал свет, она увидела, что они очень похожи на людей. У них были головы, и лица, и человеческие конечности. Из-за их наготы было видно, что это мужчины. Они угрожающе вытянули вперед руки.

Но глаза были мертвыми. И под кожей вспухали большие шевелящиеся бугры — бугры, которые никак не могли быть мускулами.

В руках у этих существ не было никакого оружия. Их поступь была такой свинцово тяжелой, что Артагель наверняка мог запросто справиться с ними.