Повесть и житие Данилы Терентьевича Зайцева - Данила Зайцев

Приезжаю к Андрияну на табор, у него новости хоро́ши: все три чиновника с аргентинской стороны проект его одобрили и запустили в запретную зону. Андриян сообчил Карлос Ледесма, он вечером приехал на табор, и мы в сторонке с нём встретились. Но я заметил, что Карлос Ледесма что-то трусит, и даже сказал Андрияну:

– Нам с тобой опасно, грозят свыше. Видать, Пиега в тюрме действует, а у нас нет силы, как мы не погранишники, – и строго наказывает Андрияну: – Будь аккуратне.

На другой день известили: сегодня будут провозить наркотики, где и как, ето известия от Родригеса Андрияну. Андриян замаскировался и всё видел, сообчил Карлос Ледесма. Но те прошапе́рились, а контрабандисты всё заметили, или даже хто-то их проинформировал. Оне наркотики сплавили книзу и где-то сдали. Андриян ето всё заметил и сообчил Карлос Ледесма. У Карлос Ледесма в префектуре один офицер, друг надёжный, по имени Рико, и Карлос Ледесма его просил, чтобы Андрияна на воде не трогал, так как «он наш тайный агент». Тот пообещался. Но прошло два дня, Рико приехал к Андрияну на табор и забрал лодку у Андрияна. Андриян стал нервничать, как теперь быть, давай бегать узнавать, где другу́ лодку раздобыть, но со мной не советуется и ходит нервничат. Я обиделся, выждал момент и задал ему вопрос:

– Ну и что молчишь? Я через неделю уеду, а у тебя ничего не организовано.

Он закричал:

– А что я должен делать?

– А вот и именно, не кричать и советоваться. Ты рази не замечаешь, что тебе крылышки подстригают?

– Да, вот поетому и нервничаю.

– Но Андриян, без совету у тебя всё рухнется.

– Тятя, а ты что думаешь?

– Что я думаю? Твой Карлос Ледесма трус и запужанный, и тебе надо решать свою ситуацию срочно.

– Тятя, мне навеливали контрабандисты лодку.

– Стоп-стоп, Андриян, ето всё с тюрмой связано.

– Ты думаешь?

– Да точно. Я ето всё узнаю.

– Как?

– Оставь в мои руки.

– А как быть мне?

– Слушай, ты говоришь, Хорхе Ребинки еврей?

– Да, он мне сознался.

– Ну, вот ето единственная твоя надёжда. Немедленно проси у него лодку нелегальну и табор поставить на аргентинской стороне, тогда ты будешь недоступен префектуре уругвайской.

– Да, вот ето совет, а я уже хожу сам не свой.

– Да всё я вижу, вот и переживаю за вас.

Андриян звонит Хорхе Ребинки и просит встречи, тот сразу назначил. Я отвёз на границу Андрияна, а сам пошёл к шефу полиции, к Педро Ажюто. Етот совет мне дал Родригес: «Ты родитель Андрияна, сходи и посоветуйся с нём, он обычно свободный после совещания, в 11:00». Я так и сделал. Подъехал в 10:00 перед совещаниям, мня Карлос Ледесма увидел, подошёл и спросил:

– Что нужно?

– Мне нужно посовещаться с шефом.

– Хорошо, я ему сообчу, подожди.

К 11:00 мня вызвали, шеф мня принял, я представился как родитель Андрияна, он ласково провёл мня в кабинет, усадил на диван и стал спрашивать:

– В чем могу помочь?

Я стал ему рассказывать об опасности Андрияна и его семьи:

– Контрабандисты уже предупредили Андрияна, что он им мешается и не даёт им работать. Вы сулили ему табор в скрытным месте, но до сех пор не исполнили, он просил для охраны собаку, и всё ишо её нету. Контрабанда идёт, но ваши агенты поступают медленно, с префектурой у вас отношение слабо и ненадёжно, одна надёжда – ето Аргентина, оне боле организованы.

На ето шеф ответил:

– Хорошо, мы изменим тактику и что-то порешаем.

Я поблагодарил, но и предупредил об опасности семьи Андрияновой.

Вышел и зашёл к Карлос Ледесма, всё ему рассказал, но сразу заметно, что он что-то боится, и дал понять: Андрияну нет никакой помощи. И даже предупредил:

– Судья Варгас, что суд вела, уходит в отпуск, на её место остаётся судья Масито, ето обозначает опасность Андрияну, оне могут что угодно приписать ему и забросить его за решётку, тут для Андрияна очень опасно.

– Хорошо, благодарю за информацию. А когда Варгас уходит в отпуск?

– Завтра, 30 июня.

– А вы можете ей позвонить, чтобы она меня приняла?

– Да, могу.

– Ну, тогда, пожалуйста, позвоните. – Я его поблагодарил и в дверях ишо раз попросил, чтобы к судье позвонил: – Я иду прямо к ней.

Он ишо раз подтвердил.

Я прихожу в суд, предъявился и жду, когда примут. Но вот уже час, два, три, но меня нихто не вызывает. Я обратился в информациённый стол и объяснил:

– Жду приёма судьёй, ето оформлено Ледесман.

Через несколькя минут мне известили:

– Нет никакого оформление.

Тогда я решил напролом:

– Пожалуйста, известите судье Варгас, я отец Андрияна, и мне необходимо с ней поговорить.

Минут через десять сама судья меня вызвала, посадила и спросила:

– Что нужно? Как Андриян, как мо́ря?

Я ей объяснил:

– На море нет никакой перспективы, Андриян уже встретил семью, но чичас в Сальто, но не на долго время. Нам Уругвай очень нравится, но страна ма́ленькя и перспективов нету, то поетому Андрияна посылаю в Аргентину на юг, в Патагонию, будем заниматься сельским хозяйством. А к вам зашёл узнать насчёт Андрияновой машины.

– Да, ето пускай всё решат через адвоката.

– Ну хорошо, благодарю вас за всё и спасибо, что приняли.

– Ничего, всё хорошо, и Андриян у тебя хороший парень.

– Да, спасибо. Ну, пока.

– Желаю удачи.

Я вышел и поехал на табор. Звонит Андриян: стретить его на границе. Ну, я отправился, встретил его, поехали на табор.

– Ну и как твои дела?

Он рад и весёлой.

– Всё в порядках, лодку найдут, и табор нашёл очень на удобным месте.

– Ну вот видишь, а ты нервничал.

– А у тебя как обстановка?

– Андриян, чем ни быстрея ты отсуда умотаешь, тем лучше будет.

– А что?

– Кака́-то тайна кроется. Судья Варгас уходит в отпуск, на её место стаёт Масито, и тебе грозит тюрма: сам знаешь, ты задел власть. А где выбрал табор на аргентинской стороне?

– Пошли на берег, покажу.

Подходим на́ берег, Андриян показывает: кило́метра два по реке выше евкалипт:

– Ето я сам выбрал, и мне помог старый друг Карлос Фернандес, ето место спокойно и стратегическо.

– Да, замечательно, а лодку как?

– Найдут – сообчат.

На другой день утром звонит Хорхе Ребинки:

– Андриян, приезжай лодку выбирать.

Андриян рад, поехал на мотсыклете на аргентинску сторону, выбрал лодку жестяну́, но местами есть дыры, надо починять, а само быстро ето будет фиберглассом. Но что-то Андрияна нету и нету, смотрим: является весь бледный.

– Что с тобой?

– Да наверно, сломал плечи́цу[490].

– А что случилось?

Он через силу говорит:

– Дал машине преференсыю, а сам бровку захватил и улетел. Тут быстро приехала скорая помочь, меня проверила и хотела увезти в больницу, но я знал, что плечи́ца сломана, и вот едва-едва приехал.

Тут он сам же позвонил Родригесу, за Андрияном приехала полиция и увезла в больницу. Я за ним на мотциклете, увёз ему белья и пищи. Его уже проверили: да, плечи́ца сломана.

– Боже ты мой! А теперь что, всё остановилось?

– Нет, ничто не остановилось.

– А как?

– Отчасти ты поможешь с Никиткой, а я буду следить за берегом.

– Андриян, ничего с тебя не будет.

– А вот будет.

Он звонит Хорхе Ребинки, тот запереживал:

– А теперь как?

– Не беспокойтесь, работа продолжается. Завтра моего брата отец вечером отвезёт на границу, вы его встретите, спустите лодку, дайте ему вёслы, он приплывёт на наш табор ночью, отец етой же ночью справит лодку фиберглассом, загрузют лодку и уже увезут груз на тот табор. Груз будут возить ночами, чтобы контрабандисты не видели.

Хорхе Ребинки удивился такому решению, но и оценил. Так и решили.

На другой день Андрияна отпустили, я сбегал купил фибергласс. Но чу́дно, как событьи повторяются. Андриян послал меня к своему знакомому купить фибергласс, ето итальянес Гонсало Угосини, имеет фабрику – строит лодки. Слово за слово, мне он понравился, он тоже понял, что имеет дело с опытным человеком, стал мне делать предлог и рассказал новость. Оне три человека сумели создать проект для туризмы и отдыха – рекреасиённо[491] и екологично, но толькя для вышняго уровня, и требуются аксиёнеры-партнёры. Место мне хорошо знакомо, ето выше дамбы, сто девяносто гектар, там и горя́чи воды целебны есть. Да, ето неоценимо. Страна спокойна, земли скупают европейски миллиярдеры. Я у него спрашиваю:

– Гонсало, а ты знаешь, почему суда едут миллиярдеры?

– Нет.

– А вот знай, вы часливые. В мире две страны нейтральны, что они воевать не будут, ето Уругвай и Швейцария. Поетому выгодно в ети страны деньги вкладывать, и туризма здесь растёт не здря. Сам знаешь, здесь спокойный отдых, рыба, кабан, олени. А страус, карпинчо[492], краси́во моря? И власти порядошны. А скажи, хто у вас партнёры?

– Один американес, один испанес и я. Государство нам отдало етот берег на сорок лет бесплатно и с поновлением контракта каждых двадцать лет. Бизнес очень хороший и обширный, и высокого уровню.