Эпоха мёртвых. Начало - Андрей Круз

Мы с Лёхой встали из-за стола и пошли к калитке. Я понимаю, разумеется, что у нас был старт с большой форой, в отличие от всех остальных. Но даже ленивый бы уже сумел хоть что-то сделать, кроме того, что убежать на дачу и водку пить с ветчиной нарезанной. Жёны у этих дебилов, дети, а им хоть хрен по деревне — дело сделано, можно выпить. Чем кормить своих будут, чем защищать? Да я, как услышал, что военные со складов НЗ оружие на Ленинградке раздают, тут же хотел бежать сломя голову, да одумался. Кто что даст, когда увидит нас, и без того стволами увешанных? Пусть лучше неимущим достанется. Чем больше людей вооружится, тем больше уцелеет. И всё равно ведь мы выторговали стволы, хоть и для работы.

А эти двое… слов не хватает. Слышали ведь, бараны, про раздачу оружия, но тут же началось: «А хто нам дасть? Да небось и неправда…» А зад от стула оторви, поезжай и проверь, до Ленинградки десять километров всего. За спрос денег не берут, дорога туда безопасная. Даже к нам прицепиться можно, колонной дойти, мы ведь ездим, глаза мозолим. Так нет, проще сидеть и водку сосать. Тьфу!

Мы пошли дальше по аллеям посёлка, оглядываясь по сторонам. Люди действительно появились, хоть и не очень много. То тут, то там во дворах было движение. Кто-то не обращал на нас внимания, кто-то спрашивал, кто мы и откуда. Запомнился один мужик, лет сорока на вид, в морской тельняшке и старых джинсах, сколачивавший из хорошо подогнанных досок прочные щиты с небольшими отверстиями и примеривавшийся с ними к окнам своего дома. Возле стоящего во дворе верстака у него лежал какой-то импортный помповик с чёрным пластиковым цевьём и ложем. За домом стояла «Нива», там же играли дети.

Подошли к калитке, поздоровались, не заходя внутрь. Мужик представился Андреем. Сказал, что приехал на дачу с семьёй и семьёй товарища. Щиты же делает на всякий случай, если мертвяки забредут в посёлок, когда в доме все спать будут, например. К вечеру все окна первого этажа будут наглухо закрыты.

Я посмотрел на щиты — конструкция хитрая, с выдумкой. Прибитый снаружи щит оторвать можно при желании, прибитый изнутри — внутрь же и затолкать, а вот такой… Из щита торчат длинные головки болтов на барашковых гайках. Щит надевается на открытое окно дома, изнутри на эти болты сажается ещё пара заранее просверленных досок, и гайки затягиваются. И облицовка дома не страдает, и оторвать этот щит разве что грузовиком с буксира получится.

— Неплохо… — с уважением протянул Лёха.

— Стараемся, — ответил умелец.

Разговорились. Мужик рассказал, что охотник и ружьё с запасом патронов у него было. Когда начались беспорядки, первое, что он сделал — собрал все деньги в доме и побежал покупать патроны. Купил несколько сотен, едва сумел до машины дотащить. Затем, когда всё стало ещё хуже на улицах, разумно подумал, что из большого города надо бежать на маленькую дачу. Созвонился с товарищем, с которым они на охоту вместе ездят, поручил ему накупить еды, сколько получится, и с семьёй ехать сюда. Сам тоже, подзаняв денег у соседа, пополнил запасы, и теперь они двумя семьями здесь.

— А что дальше делать собираетесь? — спросил Лёха.

— Не знаем пока, если честно. Посмотрим. Дима, товарищ мой, поехал оглядеться вокруг. Будем думать. Проблема в том, что если куда из Москвы ехать… то куда? Я москвич коренной, то есть даже вся родня из Москвы. У жены родня из Красноярска, туда не доедешь.

— Могу посоветовать ехать в большую воинскую часть, — сказал я в ответ. — Объехать Москву по бетонке, по Кольцу и идти в сторону Наро-Фоминска. В Таманской дивизии или в Кантемировской нормальным людям будут рады, я уверен. Срочники-то разбежались в основном, а им какую территорию и сколько имущества оборонять надо. Это плюс. Минус — не расслабишься, у вояк и нравы соответствующие, военные. Дисциплина и всё такое.

— Можем не доехать, — чуть скривился собеседник, прикинув что-то в уме. — Говорят, заправки работают всего по трём трассам, и то как получится. Если заправиться на Ленинградке не получится, причём ещё и канистры залить — я туда не поеду. «Нивы» жрут хорошо, бак небольшой, а мне надо быть уверенным, что бензина хватит и туда, и если что не так, то обратно.

В логике мужику не откажешь. Но на одну мысль он меня натолкнул.

— А ты служил раньше?

— Срочную, на Северном флоте.

— А работаешь кем?

— На сборке мебели я сейчас, а вообще — хоть плотником, хоть слесарем, хоть токарем, хоть автослесарем. И Игорёк, товарищ мой, тоже рукастый. Жена моя поваром в кафешке, его жена — училка начальных классов.

Исчерпывающая информация.

— Знаешь… ты завтра, часам к девяти вечера, подойди в наш угол, спроси меня. Может, присоветую что поближе, чем Тамань с Кантемировкой. Есть одна идея, но мне сперва уточнить надо.

Мужик кивнул, не задавая лишних вопросов. Мы попрощались с ним, пошли дальше.

— Видал? — спросил меня Лёха, показав большим пальцем себе за плечо.

— Видал. Эти, скорее всего, выживут. А те… — я ткнул пальцем в сторону Пети, — нет.

Толя Бармалей

26 марта, понедельник, утро

Довольные добычей Толя с Васькой зависли у знакомых проституток, Светки и Ленки. И утром понедельника прямо к ним на квартиру подъехало молодое пополнение, Костыль и Малёк. Толя и Васька приняли их в утреннем неглиже, сидя на кухне и попивая кофе, поданный запуганными до услужливости девками, которые уже явно жалели, что открыли вечером дверь квартиры, несмотря на щедрую оплату услуг. Молодёжь получила от Васьки ключи к «Мерседесу», и их отправили во двор райотдела за машиной, вручив им одно помповое ружьё на двоих.

Когда молодёжь машину пригнала, Бармалей и Васька оделись. Собрались было выходить, но тут Ваську осенило, как отмыть салон машины. Светку с Ленкой тоже заставили одеться, взять тряпки и моющее средство с кухни, после чего их увезли с собой. Машины проскочили через опустевший город, заехали в лес и остановились у небольшого пруда, образовавшегося в маленьком песчаном карьере, из которого когда-то брали песок. Там проституткам поручили отмыть салон «Гелендвагена», заляпанный спёкшейся кровью с мозгами вперемешку. Увидев, что творится внутри, они заартачились, но Васька надавал обеим по морде, после чего направил на них ствол и пообещал, что если они не уберутся в машине сейчас, то через три секунды одна из них будет ещё и убирать мозги второй. Это подействовало, и через час в «Мерседесе» стало почти чисто.

Васька принял работу на «удовлетворительно», после чего проституток заставили раздеться. Их долго трахали всевозможными способами, вчетвером, после чего поставили на колени, а Костылю с Мальком приказали выстрелить им в голову. Проститутки рыдали и умоляли не убивать, но Костыль застрелил Светку без всяких сомнений и угрызений совести. Малька же вывернуло, и он смог выстрелить в голову Ленке лишь после того, как Бармалей приставил тэтэшник ему к башке и пообещал кончить его. Тогда Малёк нажал на спуск, голова Ленки разлетелась, но Малька уже не выворачивало.