Полет дракона - Владимир Ковтун

- Уходи. – Повторил Ли. – Мы должны похоронить павших воинов.

Парфянин поднялся с колен и, низко кланяясь, попятился.

- Боги наказали его за что-то. – Сказал Фэй. - И он совершил ошибку.

- Возможно. Но, тогда почему погибли эти витязи? – Спросил Ли, указывая на восемь бездыханных тел, которые остальные солдаты уже приготавливали к последнему упокоению. – Ведь, они честно выполняли свой долг.

- Кто знает…. Где те весы, на которых взвешивают наши поступки? – Ответил Фэй.

Солдаты мечами вырыли общую могилу. У них не было возможности обмыть павших, и полностью выполнить обряд погребения.

Лица убитых были спокойны, и уже тронуты дыханием иного мира.

В вырытую яму бросили немного золы, как символ огня, освещающего покойным дорогу в заоблачные выси. Один из офицеров, знающий молитвы, зачитал послание живых душам умерших.

Покойных опустили в могилу и, засыпав землей, соорудили небольшой холм. За отсутствием сосновой хвои и ветвей кипариса сожгли сухой, искривленный корень кустарника.

Постояли немного в молчании. Даже Юс ощущал угнетенное настроение солдат, и стоял, поджав хвост. Затем, по обычаю, не оглядываясь, двинулись в путь.

Согласно поверью, души умерших людей уходили на Запад. Они тоже шли на Запад, и эта странное совпадение порождало в них тревогу и смутное беспокойство.

ЗАГОВОРЕННЫЙ

Дороги, которыми ведет нас неведомая сила, именуемая судьбой, до времени сокрыты от наших глаз. Многое стало бы ясным, узнай мы разом всё хитросплетение причин, определившее то или иное событие в нашей жизни. Одной из таких тайн является удивительное повторение, или отражение, некоторых дат, чисел или событий в жизни связанных незримой нитью людей. В судьбе сына могут повториться случаи из жизни его отца. Рок, возможно, поведет дочь тем же путем, что и ее мать.

Шайка лиходеев, которых искал отряд незадачливого подданного питиахша, находилась в это время в совершенно другом месте, и поджидала обоз армянского купца, о прохождении которого им сообщил свой человек в городе.

С этим обозом и шли Юань и Фарид, проданные в рабство купцу Аршаку.

Юань не собирался долго оставаться при обозе. Не более двух-трех дней, как он сам себе это определил. Этого времени вполне должно было хватить для того, чтобы уйти из городской местности а, следовательно, и из области возможного преследования.

Немногочисленная охрана Аршака его не беспокоила. Неизмеримо больше он волновался за Ли-цин, которая осталась одна.

Мысленно поставив себя на ее место, он попытался понять, что может предпринять девушка в ее положении.

«Она, конечно же, продаст двух из трех лошадей, и пойдет на Гекатомпил». – Рассуждал Юань. – «Там она станет ждать посольский отряд. Это – единственный, правильный выбор. Только бы с ней ничего не случилось!».

Ему следовало поспешить.

- Завтра нам надо уйти. – Сказал он Фариду.

- Каким образом? – Спросил незадачливый, разноглазый плут, по вине которого и произошла вся эта история. – Смотри: у купца двадцать человек охраны. И это – не ленивые стражники толстяка-старосты, а хорошо обученные воины. А у нас нет даже оружия. Тебя накрошат кусками, как мясо в хороший плов.

- Это не твоя забота. – Легкомысленно, как ему показалось, ответил Юань. – Если ты будешь делать то, что я скажу, то неприятностей не произойдет.

Мы не знаем, было ли в те времена слово, созвучное нашему понятию «фантазер» но, выслушав Юаня, Фарид, несомненно, пробормотал именно его.

Купец Аршак был деловым, но не злым человеком. Купленных им рабов везли, не заковывая в цепи, как это нередко бывало в те времена. Два раза в день их сносно кормили, и обращались без излишней жесткости.

К тому были свои, хорошо осознанные купцом причины. Большинство из его рабов были таковыми с самого рождения, и другой жизни не знали. Совершить групповой побег на виду у вооруженных стражников им было сложно, да и бесполезно. Парфяне, несмотря на некоторую аморфность своего государства, обладали развитой сыскной и судебной системой. И потому рабы, по большей части, сносили свою судьбу безропотно, как нечто само собой разумеющееся. А в том, чтобы просто так портить товар Аршак не видел никакого смысла.

Наименьших неприятностей Аршак, по его разумению, мог ожидать от худощавого молодого раба-иноземца, проданного ему за какие-то провинности городским магистратом. Он даже не запомнил его имени, и уж, тем более, не интересовался его родиной.

В пути рабы не бездельничали. Занимались лошадьми, разгрузкой и погрузкой тюков, сбором валежника для костра, приготовлением пищи, и множеством других, столь необходимых в дороге дел.

К закату дня Юань, проходя мимо Фарида, тихо сказал:

- Сегодня ночью. Не спи.

Он не собирался устраивать побоище. Груз отобранных им у людей жизней и без того угнетал его душу. За эти дни Юань присмотрелся к хозяину и стражникам, понял, кто чего стоит, и как ответственно относится к своим обязанностям. Все они, как правило, спали без задних ног. Предстоящая ночь была выбрана им не зря. Насколько он знал расположение, и порядок следования небесных светил, луны этой ночью не будет.

Жизнь, однако, всегда вносит в планы человека свои поправки.

Почти сразу же вслед за тем, как он предупредил Фарида о предстоящем побеге, на купеческий обоз напали разбойники.

Они появились неожиданно, как стая саранчи, и навалились на охрану, стремясь, как можно быстрее расправиться с ней.

Их было, наверное, около сотни, и на каждого защитника приходилось, таким образом, по пяти нападающих.

Рабы, женщины и дети сбились в кучу, и легли на землю, прикрыв голову руками.

«Плохо дело!» - Подумал Юань, когда в воздухе засвистели стрелы. – «Как бы не остаться здесь навсегда».

Охрана отбивалась умело и твердо, но силы были неравны.

Оценив обстановку Юань бросился вперед, и сбив по пути одного из нападающих, выхватил боевой лук из руки смертельно раненого защитника обоза. В колчане его еще оставались стрелы, и Юань в считанные секунды отправил их в цель. В два прыжка он достиг повозки, в которой охрана держала необходимый военный инвентарь. Стрелы, это – то, что ему сейчас было необходимо. В повозке, среди одежды и прочего, действительно, лежали колчаны со стрелами.

Веерная стрельба из лука всегда составляла самую сильную сторону воинского искусства Юаня.

Разбойный люд, уже предвкушал победу, когда на него обрушился град смертоносных стрел. Раненых почти не было – стрелы ханьца разили наповал.

В подобных столкновениях важны внезапность, и впечатляющая мощь мастерства. Когда нападающий видит, как страшно поражен сосед, он представляет на этом месте себя, и его воля слабеет.