Разрушитель судеб - Виктория Авеярд

Айсадере рядом с ней вздрогнули и побледнели.

– Она не сможет победить в одиночку, – пробормотали Наследник. – Мы должны взглянуть в свое зеркало. Несомненно, богиня заговорит – теперь, когда ее взор обращен на всех нас.

«Боги слишком далеки от нас, чтобы к ним обращать-ся», – хотела сказать Сораса, но вместо этого мрачно кивнула в ответ, решив придержать язык за зубами.

Взмахнув полами мантии, Айсадере в сопровождении охранников ушли прочь. Они устремились к подземным залам Айоны, где находились все ценные вещи.

– Может, они заблудятся, – мрачно усмехнулся Чарли, заставив Сорасу коротко рассмеяться.

Однако мгновению веселья не суждено было продлиться.

Внезапно по залам Тиармы эхом пронесся пронзительный вопль, электрическим импульсом прокатившийся по позвоночнику Сорасы. Она обернулась на звук и увидела, как Айсадере, покачиваясь, возвращаются в приемный зал. Соколы поддерживали Наследника под руки, едва ли не неся на себе.

Айсадере бросили взгляд на Чарли. В их черных глазах плескался ужас.

– Вот что богиня показала мне, – простонали они прерывающимся голосом.

Не колеблясь ни на мгновение, Чарли бросился к Айсадере.

– Что же она показала вам?

– Представший перед нами путь уходил все ниже и ниже во тьму… – Округлив глаза от ужаса, Айсадере указали рукой на коридор, ведущий к подземным залам. – Там пролегали тени, а под ними сиял красный свет. Это путь, по которому мы не сможем пройти.

– О чем они говорят, Чарли? – с жаром спросила Сораса, подойдя к ним обоим. Страх обжигал ее изнутри, но она старалась не обращать на него внимания.

Чарли окинул лицо Айсадере странным взглядом. Несмотря на неприязнь, которую они испытывали к друг другу, падший жрец явно поверил словам Айсадере, что бы те ни значили. Сораса выругалась себе под нос. Массовый припадок религиозной истерии был им ни к чему.

Древние растерянно смотрели на Наследника. Внезапно леди Эйда подняла голову и перевела взгляд с Айсадере на уходивший во тьму коридор.

– Вы слышите? – выдохнула она, потянувшись за боевым топором, висевшим за спиной.

Страх в сердце Сорасы запылал еще сильнее, становясь похожим на клубы драконьего пламени.

– Что слышим? – тихо спросила она.

Стоящие в зале Древние округлили глаза.

Они сосредоточились на звуках, неуловимых для смертных ушей Сорасы. Пока они напрягали слух, все остальные молчали. Замок погрузился в могильную тишину, нарушаемую лишь отголосками отдаленной битвы и их собственным тяжелым дыханием.

Однако Сорасу беспокоила не тишина, а появляющийся на лицах бессмертных ужас – и даже на лице Эйды, которая славилась своей воинской отвагой.

Не отдавая отчета своим действиям, Сораса схватила Корэйн за воротник и притянула к себе. Эндри встал за их спинами – надежный, как стена.

– Что слышим? – повторила вопрос Сораса, но в этот раз ее голос прозвучал резче. Свободной рукой она потянулась за кинжалом и услышала звон меча Эндри, когда тот достал его из ножен.

Гарион на другом конце зала поймал ее взгляд и обнажил свою рапиру.

Однако Эйда по-прежнему не отвечала. Топор качнулся в ее руке, а лицо стало белым, как молоко.

– Дириан, – прошептала она и выбежала из зала.

У Сорасы сжался желудок. «Дириан. Он сидит в подземных залах вместе с другими детьми Древних».

– Подождите, – крикнула она, пытаясь остановить Древних Ковалинна, которые бросились прочь из зала. Они неуверенно замерли на месте, не зная, бежать им вслед за Эйдой или остаться в комнате, чтобы защищать Корэйн.

Сораса обернулась к разведчику, стоявшему в дверном проеме.

– Возвращайся на крепостную стену, – гаркнула она. – Приведи помощь. В замке что-то не так.

Сиранделец развернулся, и в следующее мгновение его пурпурные кожаные доспехи растворились в наступающих сумерках. Сорасе вдруг захотелось последовать за ним и вывести Корэйн на открытый воздух. Замок начал казаться ей ловушкой. Она уже чувствовала, как стены вокруг них сжимаются, грозясь обрушиться и похоронить всех заживо.

Залы Тиармы огласил еще один вопль, эхом отразившийся от мрамора и камня. Последние Древние Ковалинна, оставшиеся с Корэйн, бросились на звук отчаянного плача Эйды.

Сораса заскрежетала зубами, сражаясь с собственными инстинктами. Ей снова захотелось убежать, но она потянула Корэйн вслед за Древними, которые должны были охранять ее, а не бросать при первых же признаках беды. Чарли и Гарион тоже последовали за ними. Они могли лишь держаться рядом с Древними, чтобы оставаться под их защитой.

Пробежав всего несколько футов, Древние остановились в соседней комнате. Эйда стояла в длинном коридоре в паре ярдов от них и смотрела на спиральную лестницу, уходившую вглубь замка – туда, где находились подземные залы.

Леди Ковалинна стояла под заколоченным окном. Последние лучи заходящего солнца слабо пробивались сквозь щели между досками, окрашивая ее кольчужное платье в красные тона. Она как будто обратилась в лед, застыв на месте.

Сораса держалась рядом с Корэйн, пряча ее за своей спиной. Все инстинкты – врожденные и приобретенные за годы обучения в Гильдии – разом взорвались в ее теле.

Сначала она почувствовала запах. И сразу же узнала его.

Сораса ни с чем бы не спутала вонь разлагающейся плоти.

К ним приближалась армия мертвецов.

Первые из них уже показались из темноты, двигаясь неестественными рывками. Их руки и ноги едва держались на полусгнивших сухожилиях и крошащихся костях. Лучи красного солнца окрашивали в алый цвет силуэты мертвецов и без того покрытых запекшейся кровью.

– Беги, – прошипела Сораса, толкая Корэйн назад.

Амхара представила, как она выбегает из замка и, добравшись до конюшен, закидывает Корэйн в седло, а потом они скачут прочь из Айоны со всей скоростью, на какую только способны местные лошади.

На самом же деле они сделали всего несколько шагов.

Прижимая Корэйн к своему телу, Сораса повернулась к приемному залу, за пределами которого маячила свобода.

По ее спине снова пробежал электрический разряд.

В зале стояли тринадцать фигур. Они резко выделялись на фоне тусклого света, лившегося на мраморный пол. Пока мертвецы поднимались из подземелья, с другой стороны в замок проникли убийцы-амхара.

«Мы окружены».

– Беги, – повторила Сораса, но на этот раз не так громко. Она выпустила Корэйн из хватки и подтолкнула ее в сторону разветвлявшихся коридоров. – Беги.

Корэйн посмотрела на нее, широко распахнув глаза. Ее губы шевелились, выкрикивая слова, но они не достигали ушей Сорасы. Все ее внимание было сосредоточено на стоящих впереди амхара и на мертвецах, приближающихся сзади.

Гарион вел себя так же. Как и Сораса, он без предупреждения оттолкнул от себя Чарли. Падший жрец повалился на пол, но быстро поднялся на ноги.

– Беги, Церковный Мышонок, – эхом повторил Гарион. От его очаровательных манер не осталось ни следа.

Эндри