Меч Шаннары - Терри Брукс

— Это подарок, принц Лиха‡ просто подарок от Короля. — Голос его слегка подрагивал — он старался вернуть потерянное самообладание. — Король пожелал выразить свою благодарность, и я‡ я прошел через другую дверь, чтобы не беспокоить ваш сон.

Он помедлил, словно чего-то ожидая; его пронзительный взгляд скрестился со взглядом горца. Он не желал выяснять, поверит ли тот в его историю — он словно бы ждал, пока Менион увидит что-то еще‡ Принц Лиха резко тряхнул его, притянув его худое лицо к своему.

— Это, безо всякого сомнения, самая нелепая история, какую я только слышал! Как твое имя, убийца?

Его глаза сверкнули жгучей ненавистью.

— Я Стенмин, личный советник Короля. — Теперь он, казалось, частично оправился от потрясения. — Я не солгал вам. Кинжал — это дар Паланса Буканнаха, который он велел передать вам. Я не желал вам зла. Если вы не верите мне, пойдите к Королю. Спросите у него!

В его голосе звучала такая уверенность, что Менион понял — Паланс готов подтвердить рассказ своего советника, правдив тот или же нет. У него в руках оказался опаснейший человек во всем Каллахорне, мистик, чья злая воля управляла страной — тот, кого необходимо было уничтожить, если только он надеялся спасти Балинора. Почему мистик решил убить его, увидев первый раз в жизни, он не знал, но было ясно, что стоит ему отпустить пленника или хотя бы отвести к Палансу в попытке уличить мистика, как горец тут же лишится своего преимущества и поставит свою жизнь под угрозу. Он грубо толкнул мистика в ближайшее кресло и велел сидеть неподвижно. Тот замер, глаза его бесцельно обегали комнату, руки нервно теребили острую бородку. Менион рассеянно наблюдал за ним, торопливо взвешивая открывшиеся перед ним возможности. Через секунду он принял решение. Он не мог больше тянуть время, ожидая удобного случая освободить своих друзей; настало время действовать.

— Вставай, мистик, или как ты там себя называешь! — Злобное лицо угрожающе повернулось к нему, и Менион в бешенстве вышвырнул его из кресла. — Я должен покончить с тобой безо всяких колебаний; народы Юга будут мне только благодарны. Но на данный момент мне необходимы твои услуги. Отведи меня в темницу, где заточен Балинор с друзьями — и быстрее!

При упоминании имени Балинора глаза Стенмина вдруг изумленно расширились.

— Откуда ты знаешь о нем‡ об этом предателе нашего королевства?

— растерянно спросил мистик. — Король лично приказал заточить своего брата в темницу на срок до его естественной смерти, принц Лиха, и даже мне‡ Его высказывание закончилось приглушенным хрипом, потому что Менион грубо схватил его за горло и сдавил. Лицо Стенмина медленно побагровело.

— Я не просил ни извинений, ни разъяснений. Я сказал — отведи меня к нему!

Он снова сжал железные пальцы, и в конце концов хрипящий пленник яростными кивками выразил свое согласие. Резким движением руки Менион выпустил его, и тот, почти задохнувшийся, упал на колени и пошатнулся. Горец быстро сбросил халат и оделся, пристегнув к поясу меч и повесив рядом с ним кинжал. На миг он подумал о том, чтобы заглянуть к Ширль и разбудить ее, но быстро отбросил эту идею. Его план и так был опасен, и не было причины рисковать еще и ее жизнью. Если он сумеет освободить друзей, то у него будет время вернуться за ней. Он повернулся к пленнику, снял с пояса кинжал и поднес к его лицу.

— Я верну тебе этот подарок, который ты так щедро преподнес мне, убийца, если ты попытаешься как-то меня предать или обмануть, — прорычал он своим самым угрожающим голосом. — Так что не пробуй хитрить. Когда мы выйдем из этой комнаты, ты задними лестницами и коридорами проведешь меня к тюрьме, где держат Балинора и его спутников. Не пытайся подать знак стражникам — не успеешь. А если ты все еще сомневаешься в моих словах, то имей в виду — меня послал в этот город Алланон!

При упоминании имени друида Стенмин внезапно побледнел, и в его расширившихся глазах зажегся неподдельный страх. Очевидно напуганный угрозами, мистик послушно направился к двери спальни, и Менион двинулся позади него, повесив кинжал обратно на пояс, но держа руку на его рукояти. Теперь все решало время. Освободив Балинора и остальных пленников, ему придется спешить, чтобы добраться до безумного Паланса прежде, чем поднимет тревогу дворцовая стража. Затем краткая весть, переданная Янусу Сенпре, соберет здесь всех, кто еще верен Балинору, и власть в Каллахорне бескровно вернется к законному наследнику.

Громадная армия Севера в это время уже сворачивала свой лагерь на равнинах напротив Керна, готовясь двинуться на Тирсис. Если за этот день удастся достаточно быстро собрать Граничный Легион и занять оборону, то у них еще останется надежда остановить противника на северном берегу Мермидона. Форсировать разлившуюся реку, когда другой ее берег защищают вражеские силы, практически невозможно, так что северяне будут вынуждены предпринять обходной маневр, на который уйдет несколько дней, а за это время к ним уже подойдут армии Эвентина. Менион знал, что все их будущее определится в ближайшие же минуты.

Они осторожно вышли из комнаты в коридор. Менион быстро огляделся по сторонам, ища взглядом стражников в черном, но коридор был пуст, и горец жестом велел Стенмину идти вперед. Мистик неохотно повел его в сторону внутренних залов центральной части дворца, петляя по боковым коридорам древнего здания, тщательно избегая комнат, где могли находиться люди. Дважды они миновали отряды дворцовой стражи, и Стенмин оба раза воздержался от приветствий и замечаний, отпустив к полу темное лицо, застывшее в мрачной решительности.

Через зарешеченные окна дворца Менион видел сады, украшающие прилежащие к замку Буканнахов земли, видел в них пестрые цветы, согретые солнечными лучами. Близился полдень, вскоре во дворце начнут появляться обычные гости и деловые посетители. Менион надеялся, что они займут Паланса Буканнаха своими делами, и он не столкнется с принцем в каком-нибудь коридоре.

Медленно шагая по замку, они слышали доносящиеся со всех сторон отчетливые голоса. Во все возрастающем количестве навстречу им начали попадаться слуги, молча спешащие по своим делам. Проходя мимо, они подчеркнуто отворачивались от Стенмина и его спутника, и Менион счел это добрым знаком — здесь не любили мистика и не доверяли ему. Никто не задавал им никаких вопросов, и наконец они подошли к массивной двери, ведущей в подвалы замка. Перед дверью стояли двое вооруженных часовых, а задвижки теперь прижимал громадный железный брус.

— Следи за своими словами, — резким шепотом предупредил Менион, приближаясь к стражникам.