Приключения Кавалера и Клея - Майкл Чабон

Корнблюм недовольно раздул шелушащиеся щеки и покачал головой, слегка закатывая глаза, словно более глупого вопроса ему ни в жизни, ни в смерти не задавали.

— Бога ради, — сказал он. — Иди домой.

Когда Джо вошел в переднюю дверь дома номер 127 по Лавуазье-драйв, его чуть было не сшибли с ног. Одной рукой крепко обхватив его за шею. Роза на нем повисла и принялась другой рукой колотить его по плечу. Зубы ее были крепко стиснуты, и Джо ясно видел, что она отчаянно старается не заплакать. Томми пару раз, точно бобик, на него наскочил, а затем неловко отступил, пятясь аккурат в корпус системы «хай-фай», откуда немедленно слетела оловянная ваза с сушеными ноготками. Сразу же после грохота вазы оба разом заговорили. Где ты был? Почему не позвонил? Что в ящике? Не хочешь ли рисового пудинга?

— Я поехал прокатиться, — сказал Джо. — Боже ты мой! — Тут до него дошло, что они подумали, будто он их бросил — да еще угнал их семейный автомобиль! Джо тут же стало стыдно за то, что он с их точки зрения заслуживал такого черного подозрения. — Я ездил в город. Какой ящик? Что…

Джо тут же его узнал, причем без всякого удивления, точно сновидец. Внутри этого ящика он путешествовал в своих снах с той самой осени 1939 года. Напарник Джо по путешествию, еще один его брат, пережил войну.

— Что там внутри? — спросил Томми. — Это для трюка?

Джо медленно подошел к гробу. Протянув к нему руки, он слегка его толкнул. Гроб качнулся на дюйм, а потом снова осел назад.

— Там что-то чертовски тяжелое, — сказала Роза. — Интересно, что.

Именно так Джо понял, что здесь что-то не так. Он прекрасно помнил, каким легким казался ящик с Големом, когда они с Корнблюмом выносили его из дома номер 26 по Николасгассе. Совсем как гроб, полный птичек или со скелетом внутри. Жуткая мысль о том, что вместе с Големом там опять может покоиться еще чье-то тело, мелькнула у Джо в голове. Тогда он наклонился к самому гробу. И в какой-то момент заметил, что «инспекционное окошко» на петлях, посредством которого Корнблюм ухитрился провести гестапо и пограничников, крепко-накрепко закрыто на висячий замок.

— Зачем ты его обнюхиваешь? — поинтересовалась Роза.

— Там еда? — спросил Томми.

Джо не хотелось говорить, что там такое. Он ясно видел, что теперь, став свидетелями его реакции на появление гроба, и Роза, и Томми буквально сгорают от любопытства. Вполне естественно, они ожидают, что Джо не только расскажет им, что в ящике, но и покажет, причем прямо сейчас. Неохота ему было это делать. Ящик был тот же самый, тут Джо ни секунды не сомневался, но что касалось его загадочно тяжелого содержимого, то им могло быть все, что угодно. В том числе и что-то совсем скверное.

— Томми сказал перевозчику, что там твои цепи, — сообщила ему Роза.

Джо попытался придумать самое тусклое и неинтересное вещество или предмет, который ящик вполне правдоподобно мог содержать. Не сказать ли, что там груз старых школьных экзаменационных работ? Но тут Джо осенило, что в цепях тоже ничего особенно интересного не было.

— Твоя правда, — сказал он Томми. — Ты наверняка ясновидец.

— Там и впрямь твои цепи?

— Просто куча железа.

— Ух ты! — воскликнул Томми. — А можно сейчас его открыть? Я страшно хочу их увидеть.

Джо с Розой пошли в гараж поискать там инструментальный ящик Сэмми.

Томми увязался было за ними, но Роза сказала:

— Нет, останься здесь.

Инструментальный ящик они нашли сразу же, но Роза встала в дверях гаража, не выпуская оттуда Джо.

— Что в ящике? — спросила она.

— Ты не веришь, что там цепи? — Джо знал, что лжец из него так себе.

— Чего ради ты стал бы эти цепи обнюхивать?

— Я не знаю, что там, — признался Джо. — Там не то, что было раньше.

— А что там было раньше?

— Раньше там был пражский Голем.

Розу очень редко можно было лишить дара речи. Сейчас же она молча отступила в сторону, пристально глядя на Джо и выпуская его из гаража. Но теперь уже он не решился так сразу идти в дом.

— Позволь мне вот о чем тебя спросить, — обратился Джо к Розе. — Будь у тебя миллион долларов, отдала бы ты его Сэмми, чтобы он смог купить «Эмпайр Комикс»?

— Без Эскаписта?

— Думаю, иначе теперь и быть не может.

Роза добрую минуту обмозговывала ответ. В течение этой минуты Джо ясно видел, как она десятками разных способов транжирит его миллион. Наконец Роза покачала головой.

— Не знаю, — сказала она с таким видом, словно ей больно было это признавать. — Эскапист был вроде бриллианта в короне.

— Как раз об этом я и подумал.

— А почему ты вообще об этом подумал?

Джо не ответил. Притащив инструментальный ящик обратно в гостиную, он с помощью Розы и Томми сумел спустить гроб с козел на пол. Затем Джо поднял висячий замок, взвесил его в руке, дважды стукнул по нему указательным пальцем. Отмычки, подарок Корнблюма, единственная реликвия того времени, которой Джо по-прежнему обладал, были у него в чемодане. Впрочем, замок был довольно дешевый, и он несомненно без особых усилий мог его сорвать. Уронив замок обратно на засов, Джо взял из инструментального ящика ломик. Как только он это сделал, ему впервые пришло в голову подивиться, как это Голем сумел его найти. Поначалу его появление в гостиной дома на Лонг-Айленде казалось до странности неизбежным, словно все эти пятнадцать лет Голем неотступно следовал за Джо, точно зная обо всех его перемещениях, и теперь наконец его догнал. Однако, изучив некоторые из приклеенных к ящику этикеток, Джо понял, что Голем всего несколькими неделями раньше пересек океан. Как он узнал, где его найти? Чего он ждал? Кто мог реально вести слежку за его передвижениями?

Пройдя к противоположной от замка стороне, Джо всадил ломик в щель между крышкой и остальным гробом, как раз над головкой гвоздя. Гвоздь взвыл, раздался щелчок, словно сломался сустав, а затем сразу вся крышка отскочила, как будто ее резко толкнули снизу. Воздух мгновенно наполнился пьяняще-сырым запахом глины и речной пены заодно с летним зловонием, богатым памятной нежностью и печалью.

— Грязь, — заключил Томми, тревожно глядя на мать.

— Джо, — сказала Роза, — но ведь это… ведь это же не прах.

Весь ящик на глубину примерно семи дюймов был полон мелкого порошка, голубино-серого и переливчатого, который Джо сразу же узнал по своим детским походам на берега реки Влтавы. Эту субстанцию он тысячу раз соскребал со своих ботинок и смахивал с брюк. Соображения тех, кто страшился, что, удаленный от вскормившей реки, Голем может разложиться, оказались верны.

Роза подошла к гробу и присела на корточки рядом с Джо. Затем обняла его за плечи.

— Джо? — спросила она.

Роза подтянула Джо к себе, и он просто к ней привалился. Совсем расслабился, и теперь только Роза его держала.

— Послушай, Джо, — некоторое время спустя сказала Роза. — Ты правда думаешь купить «Эмпайр Комикс»? У тебя есть миллион долларов?

Джо кивнул.

— И еще целый ящик грязи, — добавил он.

— А эта грязь из Чехословакии? — спросил Томми. — Можно ее потрогать?

Джо кивнул. Томми кончиком пальца ткнул грязь, точно ванну с холодной водой, затем погрузил туда всю свою кисть.

— Она мягкая, — сказал мальчик. — Приятная на ощупь. — Он принялся шарить ладонью в грязи, словно что-то нащупывая. Очевидно, Томми все еще не готов отбросить мысль о том, что это трюковой ящик.

— Там больше не должно ничего быть, — разочаровал его Джо. — Извини, Том.

«Как странно, — подумал Джо, — что гроб настолько тяжелее теперь, когда Голем по-прежнему там». Затем он задумался, не добавили ли в ящик к первоначальному грузу еще какую-то грязь, но это казалось невероятно. Затем Джо вспомнил, как Корнблюм той ночью процитировал какую-то парадоксальную мудрость насчет големов, фразу на иврите насчет того, что вес Голему придает именно его неестественная душа; необремененный ею, глиняный Голем становится легким как воздух.

— Так-так, — вдруг сказал Томми. — Ага. — Явно что-то такое нащупав, он наморщил лоб. Возможно, одежда гиганта осела на дно ящика.

Томми достал из грязи пятнистый бумажный прямоугольничек. На одной стороне прямоугольничка были напечатаны какие-то слова. Бумажка показалась Джо знакомой.

— Эмиль Кавалер, — прочел Томми. — Эндикрон… эндикрано…

— Это моего отца, — сказал Джо и взял у Томми старую визитную карточку доктора Кавалера, припоминая паучий шрифт и давно исчезнувший телефонный номер. Должно быть, карточку давным-давно тайком положили в нагрудный карман колоссального костюма Алоиза Гашека. Джо сунул руку в гроб и взял оттуда пригоршню жемчужного ила, просыпая его сквозь пальцы и задумываясь о том, когда именно душа Голема вновь вошла в его тело и возможно ли, что во всем этом прахе заключено больше одной души, отчего гроб так тяжел.