Буран, Тайга и Асмодей. Пора домой - Денис Чистяков

последствия нарушения местных законов. Целый абзац он посвятил тому, что нас ждет, если «полицейские» найдут меня, и я окажу сопротивление при аресте. Из его послания я узнала не только о том, какие последствия меня ждут за совершенное в сквере нападение, но и методы работы стражей. О первом меня уже просветил Пиксель по телефону, зато Дима уделил внимание экипировке полиции, в деталях описав мне оружие под названием «пистолет». Теперь я знала, откуда мои спутники знали про оружие маршакри. Нечто подобное использовалось в этом мире. «Я не владею магией, и в моем мире у тебя нет ни единого шанса отразить выстрел из пистолета!». Снова две жирные черты под последними словами. Итак, если полицейские меня найдут, я должна была сдаться. В том, что это произойдет, Дима как будто не сомневался. Чтобы убедить в этом и меня, он расписал, как полицейские будут действовать: составят его портрет и каким-то неведомым мне образом могут установить личность Димы. В моем мире подобное могло сработать только с крайне известными личностями, а город Димы казался мне просто огромным, при этом сам он едва ли был знаменит. Но я решила поверить Диме на слово, тем более что дальше для полиции все было действительно очень просто: они без труда могли узнать, где живет «подозреваемый» и просто заявиться сюда. После этого разъяснения я стала чаще прислушиваться к звукам за дверью квартиры, а один раз, вопреки просьбе Димы с мечом в руке, подошла к ней и даже рискнула выглянуть. В тайне надеясь, что просто вернусь в свой мир. Вернуться не получилось, но и полиции на лестнице не было. Вернувшись в комнату, я продолжила изучать послание Димы. Закончив с проблемами в этом мире, он вернулся к событиям в моем. О них я уже знала, но в очередной раз с каким-то трепетом прочла слова Димы о том, что он намерен починить портал и обеспечить мне встречу с Салимом. Я знала, что у него ничего не выйдет. Эти слова были написаны еще до того, как план по активации портала провалился. На какое-то время я вернулась мыслями к тем событиям, к Рыжику и герцогу, предавшим меня и разрушившим портал. Только сейчас я позволила себе вспомнить оправдания Рыжика, убеждавшего, что он не делал этого. Но он рассказал, как уничтожить мою последнюю надежду на встречу с Салимом и этого было достаточно, чтобы вызвать мои гнев и неприязнь. Я вернулась мыслями к Диме и его явно искреннему желанию помочь мне. Пустым взглядом я смотрела на лист бумаги, вспоминая секрет, который невольно выдала Веронике. Тогда я тешила себя надеждой, что признания Димы всего лишь привиделись мне, что я не так поняла его слова, и у него нет никаких чувств ко мне, а значит, никакого секрета я не выдавала. Все не верные выводы сделала сама Вероника.… Но совесть и разум подсказывали, что я все поняла правильно. Это письмо лишь подтверждало благородство Димы по отношению ко мне. Благородство, источник которого был для меня загадкой… лишь до тех пор, пока я не думала о его чувствах. Но как он может испытывать их, если мы никогда не встречались?! Мой взгляд снова сконцентрировался на письме. Ответ был у меня перед глазами – наши письма. Единственный способ узнать друг друга, доступный нам. Сейчас, возвращаясь мыслями в прошлое, мне казалось, что я была крайне груба с Димой в своих посланиях. Совесть неумолимо напомнила, что он оказался таким же заложником ситуации, как и я. Да возможно началось все с его необдуманного перемещения в мой мир, но теперь я знала, что подобные путешествия для него были обычным делом и он просто не мог знать, что что-то пойдет не так. А теперь я натравила на него местных стражей, а в собственном мире лишила поддержки гвардии и его друга Рыжика. И все это после того, как он отправился в наполненный монстрами дворец эльфов, чтобы воссоединить меня с Салимом…, быть может вопреки собственным чувствам.

Вздохнув, я спрятала лицо в ладони. Память безжалостно подкидывала отрывки из прежних писем Димы, в которых он признавался мне, в которых поддерживал меня. Все меньше и меньше сомнений оставалось в его искренности, а значит, я предала его, выставив в неприглядном свете перед Вероникой. Возможно, в это самое время он пожинает плоды моего предательства. Я понятия не имела, что намерена делать Вероника с Диминым секретом, но едва ли она надолго его удержит в себе. Мне нужно объяснить все Диме, нужно признаться, что я не специально проговорилась, что Вероника вынудила меня и я…, я сама не верила в искренность его чувств. А что теперь? Прежде мне удавалось как-то ускользать от этой темы. Я узнала о его чувствах из письма, которое он писал под действием яда и возможно он даже со мной не хотел ими делиться. Теперь же, если я напишу ему о разговоре с Вероникой, я буду вынуждена как-то ответить на его признание. Повинуясь какому-то порыву, я поднялась с кресла и принялась перебирать все прежние послания. Их набралась целая пачка и то, которое я искала, удалось найти не сразу. В какой-то момент я даже решила, что Дима уничтожил его или оно и вовсе мне привиделось, но вот тот самый лист со словом «Лжец!» на обороте оказался у меня в руках. Теперь слова в нем не казались мне каким-то трюком или нелепицей: «Я не равнодушен к тебе. Черт, я не знаю, как ты отреагируешь на эти слова, и считаю себя безумцем от того, что пишу их! Мне кажется, что я схожу с ума. Я знаю, мы никогда не встречались, но я постоянно ощущаю твое присутствие. Перечитываю твои послания и словно говорю с самым близким человеком…». Я невольно поймала себя на мысли, что мне знакомо это. Дима был первым, кому я написала, потеряв Салима. Конечно, я ни с кем другим не вела переписки, но только ему действительно могла доверить свои чувства…, так же как он доверил мне свои. Я бессильно опустилась в кресло, прикрыв глаза. Возможно, все дело было в том, что, обмениваясь телами, мы не могли бесконечно оставаться чужими друг для друга. Но ведь тело, это не душа! Я оглядела комнату, в которой жил Дима и осознала, что мы поменялись не только телами, мы поменялись мирами! Мы буквально смотрели глазами друг друга. Чувствовали реальность с помощью тел друг друга. Я посмотрела на