Буран, Тайга и Асмодей. Пора домой - Денис Чистяков

Я услышал насмешливый голос Вероники совсем рядом и повернувшись тут же уткнулся взглядом в ее грудь, которая призывно колыхалась перед моим носом. С моих губ едва не сорвалось матерное замечание, но я удержался, ловко отклонившись в сторону.

– Ты давала ему повод смущаться?

Вероника, уже совершенно голая уселась рядом со мной и уставилась куда-то вдаль:

– Однажды он застукал меня с Нагзаром. Я тогда решила, что это ты.

Я стиснул зубы, чтобы не ляпнуть какую-нибудь выдающую меня глупость и с трудом выдавил:

– Ясно. Я подожду в доме, пока ты закончишь.

Я уже хотел подняться, но Вероника прытко ухватила меня за руку:

– Ты не хочешь поговорить еще? Посплетничать по-женски?

Я с трудом посмотрел на Веронику, стараясь игнорировать ее наготу. Я бы с радостью с ней посплетничал насчет того, что хотел выяснить, но не в горячем источнике голышом!

– Мы можем поговорить позже, – Сухо ответил я.

– А если я расскажу Диме про нас? – Хитро прищурив глаза пригрозила стерва.

– Что ты ему расскажешь? – Тут же ухватился за возможность я.

Вероника будто задумалась на секунду, потом покачала головой:

– Хотя так не интересно! Будет забавней, если я расскажу остальным.

Я не понимал, о чем речь, догадывался лишь о том, что некий секрет, мой секрет, Вероника теперь планировала разболтать моим друзьям! Возможно, речь шла о какой-то ерунде, но если нет? Я едва не скрежетал зубами от злости, но не мог никак подобраться к Веронике и выпытать то, что хотел:

– Ты настолько хочешь поговорить? – Выпалил я, – О чем?!

Вероника пожала плечами, от чего ее грудь соблазнительно дрогнула:

– О том, о сем…

Она поднялась и потянулась, демонстрируя точеную фигурку на фоне темнеющего неба. Я даже непроизвольно обратил внимание на легкий пушок ее лобка, такой же странно розоватый, как ее волосы на голове.

– Ты можешь…, – Я отвел взгляд, пытаясь собраться с мыслями, – Ты можешь говорить, если хочешь, я слушаю.

Вероника снова склонилась надо мной:

– Ты меня стесняешься?

– Я не привыкла к обществу голых девушек, – Правдиво ответил я.

– А про общество Салима расскажешь?

Меня будто молнией пронзило воспоминание моего слишком близкого общения с Наматханом, и я решительно покачал головой:

– Нет!

– Ладно, ладно. Я не настаиваю. Уф, становиться совсем холодно.

– Тогда может оденешься? – С трудом скрывая надежду в голосе, предложил я.

Вероника только загадочно улыбнулась и, наконец, спустилась в горячий источник:

– О боже, какой кайф!

Она повернулась ко мне, протянув руки:

– Иди ко мне! Ты должна научиться расслабляться.

Я словно завороженный не мог отвести глаз от ее обнаженного тела. Там, в беседке, где она совокуплялась с Нагзаром, было значительно проще: я был весь на нервах из-за обилия маршакри вокруг, да и сам Нагзар отвлекал своими движениями.

– Присоединяйся, если не хочешь еще больше подставить Димку, – Дернув бровь добавила Вероника, – Тебе ведь не все равно?

Я мог просто встать и уйти, плюнув на неведомый секрет, позволить Веронике разболтать что захочет. Чем еще она может удивить моих друзей, после того, как они узнали о моей проблеме с Санрайз?! Тем, что я развлекался в ванной?! Уж для парней это точно новостью не будет. Тем, что я думал при этом о… Нет! Нет, нет, нет! Эта сучка чертовски проницательна, но не настолько чтобы проникнуть в мои мысли! А Санрайз…, черт, Санрайз бы точно не стала трепаться с Вероникой о наших письмах…, о моих письмах. Письмах с признаниями, которые я прятал от самого себя… Но, твою мать, только это могло быть моим секретом! Ничего другого, что я скрывал бы так тщательно, я не мог ни вспомнить, ни вообразить. Даже ночь с Салимом в качестве его любовницы была ерундой, по сравнению с этим! Даже для садистки извращенки вроде Вероники.

– Ну как, ты идешь?

Я пытался вообразить реакцию друзей на такую новость, но дальше немой стены осуждения и, возможно, жалости, ничего не мог представить. Вероника словно чувствовала это, и игриво плескаясь в источнике, подманивала меня взглядом. Я ведь могу сказать, что все это чушь! Да, но тогда мои друзья пристанут к Санрайз… ох, бл…ть!

– Ты можешь солгать мне, – Бросил я злобно.

– Зачем? – Вздернула бровь Вероника, – Чем раньше я расстанусь с твоим Диминым секретом, тем скорее вернуться серые унылые деньки.

– Значит ты не расскажешь его!

Она пожала плечами:

– Если ты будешь так же нагонять тоску, то расскажу.

– Почему ты такая стерва? – Помедлив, спросил я, глядя в ее наглые глазки.

Вероника пожала плечами:

– Наверно это из-за моего отца…, он, – Внезапно Вероника напустила грусти в голос и отвернулась.

– Он что? – Не выдержав мрачного молчания, спросил я.

– Тебе этого не понять.

Она не поворачивалась ко мне, но при этом буквально излучала ауру тоски и безысходности. Эта аура, как паутина иногда раскидывается девушками, чтобы связать парней вроде меня. Она тебя как будто не держит, но стоит сделать шаг назад как паук в центре этой паутины, кидается на тебя, плюясь ядом! Я бы мог вспомнить, что сейчас нахожусь в женском теле и изображаю Санрайз, но Димка спасовал. Будто под гипнозом я устало поднялся и подошел к краю источника. Вероника лишь слегка повела голыми плечами, будто ежилась от холода.

– Что не так с твоим отцом? – Довольно грубо спросил я.

– Ничего, – Помедлив, ответила Вероника, – Просто он надругался надо мной в детстве…

Слова были брошены как какой-то пустяк, а сама Вероника, произнося их, играла с водой, водя по ней ладошкой.

– Серьезно?! – Вполне искренне удивился я.

Вероника взглянула на меня печальным взглядом и внезапно оттолкнулась от края бассейна, отплыв к дальней стороне.

– Ты куда?

– Если тебе все равно, то можешь идти, без этих фальшивых сочувственных взглядов, а если нет… Вода здесь очень приятная.

Я вздохнул, покачав головой:

– А мы не можем на берегу поговорить?

– Ты боишься воды? Или меня?

Здесь ответ был очевиден, но я промолчал. Сам не осознавая, что делаю, я отвернулся и принялся скидывать одежду. Чего мне ее боятся? Зачем выслушивать ее трескотню про отца насильника? Черт, да мне действительно было все равно! Или нет? Вероника умела выбесить, но