Гирум - Глеб Вышневецкий

— Хотел бы узнать, что это они еще придумали! — воскликнул Рогожин, когда они шли к выходу, таща на себе спасенного старика.

— Это универсальный поглотитель, молодой человек, и его придумал ваш покорный слуга и вечный должник.

— Вы!? — неверяще воскликнул Олег, — но как вы могли!? Вы же, — присмотрелся он к старику, — вы же один из нас! Как вы могли создать такое!?

— Мальчик, поверь, я и помыслить не мог, что они так извратят мое открытие, что создадут такие ужасные вещи!

— Так вы и есть, — воскликнула пораженная общей догадкой Марина, — профессор Марков? Но говорили, что вы погибли в ходе эксперимента.

— Так и есть, мадам, доктор физико-математических наук, профессор кафедры физики высоких частот Марков погиб, безвозвратно уступив место первооткрывателю М-физики Маркову.

Старик оживал на глазах и мог передвигаться уже самостоятельно, одновременно рассказывая захватывающую сказку:

— В ходе одного из экспериментов по прохождению высокочастотного электромагнитного излучения через кристаллическую решетку синтетического алмаза я оказался наблюдателем весьма интересного явления. А именно, резкого снижения температуры у приемного экрана. Меня это заинтересовало и начал экспериментировать с различными алмазами из этой же партии. И каждый раз эффект был другим. Я бы никогда не смог, понять в чем дело, если бы не несчастный случай. Один из кристаллов после многократного пропускания сквозь него излучения взорвался. К счастью, в области взрыва оказался один лишь я. И, спустя некоторое время я стал замечать за собою некоторые странности, и в частности, я стал видеть ту самую составляющую излучения, которая, собственно, и отвечала за все странности. Однако исследования я продолжать не мог, так как лаборатория была разрушена, и мало кто был готов оплачивать ее восстановление. Тогда я и обратился к своему старому другу, генералу Лапину. Я, как смог, объяснил ему важность моих исследований, и он пообещал помочь мне. Уже через неделю я работал в новой лаборатории, а через примерно три месяца переехал в это проклятое подземелье. Но мне, как никому другому было понятно, что область исследований слишком широка, и что я один не справлюсь. Кроме того, улучшенный мною излучатель имел слишком маленький кпд, что бы можно было всерьез рассматривать его в качестве полноценного источника излучения. Человеческий организм же, работая фильтром, способен куда быстрее накапливать и отдавать куда большее количество энергии. Тогда мною и был разработан комплекс, позволяющий выявить способность человека к фильтрации этого излучения…

— Погодите-ка, — перебил его Роман, — получается, мы всего лишь фильтры?

— Уже нет, молодой человек, уже нет. Но, принципиально, да. Понимаете, М-поле, как и любое другое, есть везде, если конечно, не создавать ему искусственных преград. И, как и любое нормальное поле, оно, проходя через объекты, каким-то образом взаимодействует с ним. Так, электрическое поле, проходя через металлический объект, заряжает его, вызывая перераспределение электронов. М-поле, проходя через энергоинформационную оболочку человека, тоже каким-то образом заряжает ее, вероятнее всего, отфильтровываясь ею, но, в отличие от электрического, эффект продолжается не только в момент действия поля, что позволяет хранить и переносить накопленную энергию. И, что самое важное, человек способен осознанно тратить часть запасенной энергии на осуществление того или иного действия, до тех пор, пока несет в себе какой-то заряд. После полного разряда он вынужден вновь заряжаться, и тем выше будет скорость, чем выше напряженность М-поля.

Но, когда узнал, с какими людьми связался Женя, мне стало не по себе. Я пришел к нему и сказал, что не могу больше работать на этих беспринципных негодяев, видящих лишь собственную выгоду, и что я, как бы мне не было неприятно бросать исследования даже не на половине пути, а в самом их начале, прекращаю работу. Он лишь горько усмехнулся, и после этого я очутился в той ужасной камере.

— А что за поглотитель, о котором вы говорили? — спросил, беспокойно обдумывая какую-то мысль, Рогожин.

— Это как раз случай искусственного экрана для свободного течения М-энергии, — тут же ответил Марков. — Если заметили, пластины просто не успели закрыться до конца. Если бы успели, то через помещение прекратился бы поток М-излучения…

— И что в этом плохого? — с опаской спросил Олег.

— То, что все живое и неживое создает энергоинформационное поле планеты, а может и Галактики, и всей Вселенной, мы просто не успели выйти на этот уровень. И что любой объект, отделенный от этого общего поля, потерявший с ним связь, постепенно гибнет. Увы, это экспериментально подтвержденный факт. В такой камере постепенно, конечно, очень медленно, разрушается даже вещество, не говоря уж о живых существах. Самые неприхотливые насекомые и бактерии, не имеют шанса выжить. Сперва гибнут наиболее слабые, потом приходит черед и более сильных. Так что я перед вами в неоплатном долгу.

Глава 11

А когда они подошли к предпоследнему шлюзу, их встретили.

Похоже, Золеев собрал в этом месте все, что мог. Охрана в спецкостюмах, больше напоминавшие средневековые латы, вооруженные уже знакомыми "дробовиками", автоматы, стреляющие молниями, генераторы защитных полей, все самое разрушительное, что мог предоставить "Метроном".

Разумеется, место засады было прикрыто невидимостью, но наученная прошлым опытом команда обращала внимание на каждую подозрительную мелочь, а потому и застать врасплох их не получилось. Поэтому весьма неприятным сюрпризом для самих засадников оказалась самая обыкновенная граната наступательная граната, взорвавшаяся у их ног. К сожалению, она на пару метров не докатилась до них, зато осколки, даже не заметившие поставленный против магического воздействия щит, представляли собою весьма серьезную угрозу. Конечно, существовали щиты и от физического воздействия, но на поддержание в постоянной готовности одновременно двух, а, учитывая невидимость, трех защитных сфер, требовалось намного больше энергии, чем могли себе позволить техники, обеспечивающие засаду. Разумеется, они могли подключиться с какого-нибудь стационарного источника, но гарантировать защиту от финта с перехватом каналов поступления энергии никто не мог, а потому вся аппаратура питалась от энергокристаллов.

Осколки впивались в латы охранников, но были лишь первой фазой прорыва. Вслед за ними заговорили бесполезные доселе автоматы. Они не могли пробить сами латы, но пули прошли специальную обработку, а потому каждое прохождение сквозь щит, попадание в броню вызывало уменьшение уровня энергии. Марков и Виктория держались позади, подбирая ключики к защите охраны, Виктор и Роман привычно атаковали противника, обстреливая его огнем и молниями в попытке продавить его щит, а остальные защищали всю группу от опомнившейся засады, удары которой были ничуть не слабее. Пожалуй, они вкладывали в свои удары куда больше мощи, однако из-за их однообразия магам удавалось быстро нейтрализовывать их.