Хищники для преисподней - Жан Дети

- Его зовут Гамал Кариб, и он - иракец. А эти двое - сириец Рашид Нахад и ливиец Мулуд Анхаф, - представил их Савад.

Ливиец был одного роста с Равваком, и До прикинул, что весит он ненамного больше восьмидесяти килограммов. Круглое лицо ливийца под куфией украшали жесткие густые усы. Раввак положил рук Саваду на плечо, что-то шепнул ему на ухо, и тот взглянул на До.

Он увел Раввака в комнату, в которой Диккинсон приходил в себя. Анхаф закурил сигарету и предложил До. Через некоторое время Савад с Равваком вернулись. Глаза хозяина таверны странно блестели.

- Сириец утверждает, что знает тебя, - сказал он До.

Австралиец нахмурился и посмотрел на Раввака, будто старался вспомнить его. Потом он отрицательно покачал головой.

- Он говорит, что ты служил капитаном в Курахийском Легионе, - уточнил Савад.

- Да, это верно, - признался До.

- Оно говорит также, что ты ушел из Легиона, потому что полковник был не согласен с тобой...

До еще больше нахмурился.

- Тоже верно! - подтвердил он.

- Наконец, он говорит, что, отстаивая свою точку зрения, ты убил этого полковника, - закончил Савад.

- В самом деле, ему известно кое-что обо мне, - проворчал До.

Джамиль Савад открыл рот, но Раввак опередил его.

- Я знаю больше. Например, я знаю, что тебя называли там At Ta'lab. Полковник Селими был моим прямым начальником. Я присутствовал при вашей драке. Пришив Селими, ты сразу исчез... Вместо тебя, арестовали меня. Я был лейтенантом. Меня обвинили в том, что я не оказал помощь человеку, находившемуся в смертельной опасности. Меня приговорили к военному трибуналу, разжаловали и вышвырнули со службы. С тех пор я вне закона.

До восхищался тем, как убедительно и с ненавистью говорил Раввак. Наконец, он решился ответить, но так, чтобы все выглядело правдоподобно.

- Н и что? Чего ты хочешь? Чтобы я снял с тебя обвинения, которые должны быть предъявлены мне?

- Хо-хо! - Раввак сжал кулаки.

Мулуд Анхаф оставался невозмутим, будто его это не касалось. Он просто покачал головой.

- Я запрещаю вам драться! - вскричал Савад. - Вы мне нужны!

- А кто говорит о драке? - возразил До. - Вполне возможно, что, пришив эту собаку Селими, я тем самым напрасно обвинил Нахада. Рассказав вам двоим свою историю, он обвинил меня. Это была предусмотренная законом самооборона... Мы квиты!

Савад обрадовался: гроза прошла мимо.

- В добрый час! - рассмеялся он. - Это мне больше нравится! У меня есть для тебя другая работа, Кариб. Однако тебе придется смириться с компанией сирийца и ливийца.

- Что за работа?

- Пойдем!

Савад показал До на дверь и увлек его под пальмы. Ночь была теплой, повсюду пели насекомые. Савад подошел к "Бьюику" и облокотился на капот.

- Ты сказал Малике, что думал о том, как попасть в Йемен, где, по-твоему, должна начаться война с Аденом. Ты спрашивал ее, не помогу ли я тебе перебраться в Йемен. Ты говорил тогда серьезно?

- Абсолютно серьезно! - ответил До. - Я хотел бы туда попасть, если твои предложения меня не заинтересуют.

- Ну что ж, тебе решать! В одном из уголков Аравии создается армия для поддержки эмира Аль Факира, который хочет отвоевать королевство, похищенное у его предков...

До молчал. Наконец-то он был у цели! Они с Равваком не зря отправились в это приключение, и не напрасно поверили слухам. Ободренный невозмутимостью Хищника, Савад продолжил:

- Этой армией командует мушир Шафик ибн Харун, которого люди называют Ад Дибом. У армии есть оружие, но муширу не хватает кадров, настоящих офицеров, умеющих руководить. Я подумал, что парни вроде тебя и Рашида Нахада могли бы быть ему полезны.

До по прежнему молчал. Ад Диб не скупился на чины... Мушир!... Маршал!... Савад неверно истолковал мысли своего собеседника.

- Ты колеблешься, и я понимаю тебя, - сказал он. - Подумай... Офицеру заплатят очень хорошо...

- В долларах?

- Если хочешь, то да!

До пожал плечами.

- Наемник для наемника! - сквозь зубы процедил он.

В темноте До не мог видеть, как улыбка исчезла с лица Савада, и его взгляд стал холодным, выдав подлинную природу сирийца.

- Когда выступать? - спросил До.

- Этой же ночью. Кроме вас, у меня еще два человека. Они скоро будут здесь...

До успокоился. Настроение было приподнятым. Если Савад выполнил свою миссию, то миссия Хищников только начиналась...

x x x

Постепенно наступала ночь. Время шло медленно. Казалось, часы стали веками. Утомленные насекомые умолкли.

Джамиль Савад давно уехал в Джибути на своем "Крайслере". Машина и образ жизни сирийца были никак несовместимы с теми средствами, которые он зарабатывал в Таверне Али Бабы, чья клиентура была не очень богата. У До было достаточно времени, чтобы проверить это.

Конечно же, сириец торговал... Савад говорил об оружии, о партии крупнокалиберных пулеметов. Абдулла рассказал Равваку о жемчуге, и До нисколько не сомневался в том, что прибыль от продажи не полностью перечислили в казну эмира Аль Факира.

О нем До еще ничего не знал, кроме того, что этот эмир признает себя законным наследником Омана. Он утверждает, что его предки были Омейядами!

До не мог в это поверить. Впрочем, он и не хотел верить.

В каком-нибудь другом регионе земного шара, отличном от Аравии, споры обычно решаются в судах. Суд не смог бы ничем помочь в этом вопросе, но его вердикт мог бы подтвердить чьи-то права.

В деле с этим изгнанником, отпрыском рода, ведущего свое начало из доисторического периода, все было намного сложнее. Попробуйте проследить генеалогическое древо, если в те времена не существовало даже книги с записями о гражданском состоянии!

С момента отъезда из Сиднея, с того момента, как он ввязался в это дело, До отнес эмира Аль Факира к категории авантюристов, которых используют в своих интересах иностранные державы. Их действиями руководит тщательно законспирированная и до сих пор не выявленная организация.

Больше всего До интересовал маршал Шафик ибн Харун по прозвищу Ад Диб. Этот человек тоже авантюрист, но совершенно другого рода в отличие от его босса эмира. Жестокий и беспощадный человек, которого До надеялся скоро увидеть.

Нужно было ждать. Это вопрос времени, вопрос нескольких ближайших часов!

Савад уехал в Джибути. До остался с Равваком, или Рашидом Нахадом, Мулудом Анхафом и Диккинсоном, который по прежнему был связан, с кляпом во рту, и уже пришел в себя. Ярость в его выпученных глазах сменилась беспокойством.

Его случайные тюремщики нашли в хижине маисовые галеты, консервы с тунцом и баночное пиво. После ужина все вышли и сели на песок, прислонившись спиной к стене. Хищники закурили и потребовали от Анхафа, чтобы он рассказал им о себе, сославшись на то, что их прошлое ему теперь известно.

Ливиец не заставил себя просить дважды и начал рассказ о том, как попал на этот оазис.

Он был сыном бедного ливийца. Недовольный жизнью и пищей, состоявшей главным образом из фиников и горькой воды, он покинул свою страну и подался в Египет, где нанялся в армию. Там было все, что, по его мнению, представляло идеал в жизни: еда, одежда, отсутствие всяких забот. Эйфория длилась недолго.

От войны и сражения при Синае у него во рту остался горький привкус. Анхаф попал в плен к израильтянам, но ему удалось бежать, переплыть залив Акаба и выйти на берег Саудовской Аравии в Аль Хумайда.

И вот начался долгий период скитаний. Он прошел всю страну, попытал счастья у американцев, в Катифе, Даймане, в Абкаике - везде, где королевой была нефть. К несчастью, удача отвернулась от него.

У него была интрижка с женой старшего мастера из Техаса, которая захотела насладиться экзотикой в обществе араба... Анхаф бежал в Катар и стал ловцом жемчуга, но вскоре поссорился с одним богатым торговцем. "Помяв почтенного господина", он пробрался на борт одного судна и приплыл в Джибути.

После еще нескольких злоключений Джамиль Савад предложил ему место в армии Аль Факира.

До внимательно выслушал рассказ ливийца. Прислонившись спиной к стене барака, уронив голову на подбородок и раскинув ноги, тот теперь спал. Он был одним из отбросов общества, которые можно встретить повсюду. За недостатком ума этот парень рассчитывал только на свои крепкие мускулы, на удачу и благодарность других...

По примеру Раввака, До замкнулся в себе и, чтобы убить время, курил сигарету за сигаретой.

Шум мотора заставил Хищников насторожиться. Это была машина, о которой говорил Савад. Судя по покашливанию и фырканью мотора, допотопная тачка. Вскоре показался и сам крытый брезентом старый "Берлье", от скрежета которого Анхаф проснулся.

Водитель остался сидеть за рулем. Из грузовика вышли четверо: два метиса неопределенной расы в броских костюмах и два араба в мятой одежде.

Один из метисов, сдвинув на затылок фетровую шляпу, поинтересовался:

- Американец здесь?

- А где же ему еще быть? - ответил Раввак.