СЫН ЧЕРНОНОГИХ - Нато Кина

Обычаи всех равнинных племён весьма схожи между собой, поэтому, рассказывая о Черноногих, можно вполне иметь в виду и других. С раннего детства они приучались к оружию, чтобы вырасти хорошими воинами. Многие вели себя по-рыцарски, были готовы к любым подвигам. С младенчества они закалялись под резкими перепадами погоды. Черноногие – по настоящему выразительные люди, они высокие и мускулистые, с мужественными чертами, умными выражениями лиц, с большими чёрными глазами, с пронзительным взглядом, с прямыми крупными носами, с правильными белыми зубами. У них были чёрные волосы, очень длинные и прямые.

Белые люди часто говорили, что индейцы были совершенно невозмутимы, что ничто не беспокоило их и ничто не отражалось на их лицах. На самом деле это больше показное, чем истинное. Дело в том, что на людях они старались показать, что ничто не может поколебать их, однако в кругу семьи или друзей любой индеец проявлял себя чувствительным к самым незначительным мелочам. После всех его стараний добыть что-либо на охоте или после иных забот, когда у него что-то не получалось, индеец просто говорил:

– Это воля Великого Духа.

Их основным занятием являлась охота, а не развлечения. Но и возможность охотиться у индейцев всегда была ограничена недостатком боеприпасов. Так что вся жизнь индейца, вместе со всеми её страстями и желаниями, была напряжённая.

Коренные жители всех этих земель очень любили своих детей. Они не наказывали битьём своих детей за провинность. Если надо наказать ребёнка, родители выражали ему презрение, могли высмеять, но никогда не колотили. Дети вырастали с хорошим пониманием, что такое стыд.

Один из первых белых людей, попавших на землю Черноногих, был Дэвид Томпсон. Он собирал и записывал истории из жизни Черноногих. Жил он у старого индейца по имени Саукамапи (Молодой Человек). Старик был очень высокий, широкий в плечах, с выразительными чертами, его волосы были седые и богатые, лоб высокий, нос выпуклый, на лице виднелись следы оспы. И всё же его облик казался мягким, а то и жалостным иногда. Хотя его походка отличалась твёрдостью, а на лошади он держался легко, он уже не ходил на охоту. Этим занимались его сыновья. История, рассказанная этим индейцем, относится к временам примерно 1730 года, когда Черноногие ещё не обзавелись лошадьми. Вот как звучит этот рассказ.

«Черноногие всегда были пограничным племенем, на которое беспрестанно нападало племя Змей. Сами Змеи были очень многочисленным народом, даже если выступали без своих союзников. Черноногим приходилось отправлять гонцов за помощью. Мне было около шестнадцати лет. У нас было несколько ружей, но совсем мало боеприпасов, да и те остались в наших семьях для охоты. Нашим оружием были копья, в большинстве с металлическими наконечниками, а некоторые – с каменными, луки и колчаны со стрелами. Луки изготавливались из лиственницы. Длиной, если их поставить вертикально, они достигали подбородка. В колчане было пятьдесят стрел, из которых десять имели железные наконечники, остальные – каменные. Отец носил свой нож на груди, а топор держал за поясом. Так был вооружён мой отец. Остальные индейцы имели почти такое же оружие. У меня был лук со стрелами и нож, которыми я очень гордился.

Черноногие стояли лагерем на равнине на северном берегу реки. Отряд был большой. Была воздвигнута Военная Палатка. Несколько дней прошло в разговорах, пиршествах и плясках. Вожди избрали военного вожака, и мы приготовились к выступлению. Вперёд выступили разведчики и обнаружили большой лагерь Змей на равнине близ Орлиных Холмов. Мы перебрались через реку на каноэ. Нас насчитывалось 350 воинов. Враги тоже выслали разведчиков и пошли на нас. Оба отряда были многочисленны. Мне показалось, что врагов было больше, чем нас.

Они исполнили песни и танцы, после чего устроились на земле, поставив перед собой свои большие щиты. Мы поступили так же, но у нас было меньше щитов, поэтому за некоторыми приходилось укрываться сразу двум людям. Щиты врагов касались друг друга. Их луки не были такими длинными, как наши, но из лучшего дерева, и с обратной стороны луки были обтянуты бизоньими сухожилиями, что делало их значительно эластичнее, их стрелы летели далеко и свистели над нами, как ружейные пули. Наконечники стрел были из гладкого, чёрного, острого камня (кремень), который обязательно ломался при ударе о твёрдое. Наши стрелы с железными наконечниками не пробивали вражеские щиты, но застревали в них. С обеих сторон имелись раненые, но никто не упал на землю. Ночь положила конец сражению. Никто не снял ни единого скальпа.

Великая хитрость прошлых войн, как и сегодняшних, заключалась в том, чтобы нападать и уничтожать маленькие лагеря из десяти или тридцати палаток, на которые большие стойбища дробились для ведения охоты.

Я вырос, стал взрослым мужчиной, превратился в умелого и удачливого охотника. Мои родственники подыскали мне жену. Она была молодой и симпатичной. Мы нравились друг другу. Мы провели вместе одну зиму. Затем появились гонцы от наших союзников, прося нашей поддержки.

К этому времени состояние дел обеих сторон заметно изменилось. У нас появилось много ружей и стрел с железными наконечниками. Зато у Змей и их союзников имелись лошади, на которых они мчались быстро, как олени, налетали на Черноногих и своими каменными топорами пробивали им головы. Так погибли несколько лучших воинов Черноногих. Эту новость мы не совсем поняли и забеспокоились, так как мы ещё ничего не знали о лошадях в то время и не могли понять, о чём шла речь.

Только трое из нашего племени согласились пойти на зов. Я бы тоже не пошёл, если бы наши родственники не повторяли слишком часто, что магическая сумка моего отца нуждалась в том, чтобы её украсили скальпом Змеи. Добравшись до наших друзей, мы увидели, что Военная Палатка уже стояла. Произносились речи, устраивались торжественные кушанья, проводились танцы. Когда Военный Вождь увидел, что мы пришли с ружьями и каждый имел по сорок зарядов, он решил сделать нас главной ударной силой.

После нескольких дней похода разведчики прибежали с известием, что неподалёку находился большой вражеский отряд, но они шли без лошадей, так как в те годы их табуны были малы. Встретившись, мы, как всегда, показали друг другу свою силу, оружие и щиты. Змеи во всём превосходили нас, но мы не показали им наши ружья. Мы хранили их в кожаных свёртках, и в таких упаковках они были похожи на длинные боевые палицы.

Змеи долго держали нас в ожидании. Их вождь был очень высокого роста. Он собирал отряд для нанесения удара по нашему центру. Мы готовились к схватке, как только могли. Те из нас, кто имел ружья, стояли в первом ряду и держали в зубах по две дополнительные пули, а в левой руке – рожок с порохом. Мы заметили, что враги несли множество коротких дубинок с каменными набалдашниками для близкого боя. Это считалось опасным оружием. Предприми они решительную атаку, мы бы проиграли, так как их было гораздо больше, да и вооружены они были лучше. Мы же не могли сделать больше двух выстрелов и находились на открытом пространстве, не зная, как себя вести. Каждый вождь подбадривал своих людей. Все мы следили с напряжением за высоким вождём Змей, за его движениями, которые, казалось, противоречили советам нескольких старых вождей. Всё это время мы находились друг от друга на расстоянии хорошего полёта стрелы.

Наконец, высокий вождь отступил, и Змеи заняли привычную боевую линию, выставив перед собой щиты и образовав сплошной заслон толщиной чуть ли не в три фута. Мы выстроились напротив них, и большинство из нас с нетерпением ожидало прихода ночи, чтобы незаметно отступить. Наш Военный Вождь стоял близко от нас, желая увидеть, какой эффект произведут на врага наши ружья. Мы находились ещё на слишком большом расстоянии, чтобы сделать точное попадание в цель, поэтому мы попросили его продвинуть нашу линию вперёд. Мы все прошли ярдов на шестьдесят дальше. Мы вытянулись на земле за щитами, выжидая удобного случая, когда Змеи начнут целиться из луков и откроются нам. Дождавшись нужного момента, каждый из нас выстрелил, убив или смертельно ранив врага.

Наш Военный Вождь остался доволен результатом. Змеи, обнаружив, что сразу много воинов рухнуло на землю, немедленно спрятались за свои щиты. Тогда Военный Вождь поставил нас, владеющих ружьями, через каждых двух воинов вдоль всей линии. Наши выстрелы привели Змей в ужас.

Бой начался около полудня, и солнце не прошло после этого и половины пути, а мы уже видели, как некоторые из врагов отползали от своих щитов и пускались наутёк. Обнаружив это, наш Военный Вождь обратился к младшим вождям, чтобы они приготовили людей для общего броска, как только он даст сигнал. Он вышел вперёд со своим копьём и, позвав остальных за собой, побежал на врагов. Через мгновение мы все следовали за ним. Большинство Змей побежало от нас, но некоторые стали храбро драться. С нашей стороны погибло десять человек и многие получили ранения.