Катарсис Империи - Илья Модус

Однако, во мне от психолога ровно столько же, сколько в самом Николае от заботливого государя. И, если я действительно хочу прожить здесь долгую и счастливую жизнь, не рискуя быть поднятым на штыки революционными солдатами и матросами - придется позаботиться о том, чтобы империя приняла нужны курс развития.

- О чем вы говорите, Илья Сергеевич? - Тихо, словно таясь, произнес Николай. - Вы знаете, как уберечь моего сына от рока?

Конечно знаю! Но говорить царю о том, что надо к жене присматриваться заранее, а не цепляться за юбку первой понравившейся особы, я не собирался. В конце концов - за сто с хвостиком лет, что разделяли меня и царя - в этом плане в российские мужчины недалеко ушли. Вспомнить только мою бывшую!

Ладно, все это лирика! Надо ковать железо, пока горячо. В смысле - спасать страну, пока еще не поздно.

- Ваше Величество! - Я ни разу не забыл о некоторых особенностях моего допроса, поэтому, стоило следить за тем, что я говорю царю. В конце концов - можно и сильно просчитаться. - Не буду скрывать - и в мое время не научились лечить то заболевание, которое уготовано пережить вашему сыну, - царь в раз помрачнел. Спорю на все свои зубы - он начинает думать, что я просто тяну время и мне нечего ему предложить. Ошибочка, Николай, ошибочка. - Но, смею вас заверить, за то время, что еще недавно разделяло нас с вами, ученые и врачи нашли большое количество способов облегчить жизнь больных гемофилией, сняв с них угрозу смерти от малейшей ранки. Нет, как я помню - это не излечивает от заболевания, но позволяет больному прожить долгую комфортную жизнь.

- Я не буду утаивать от вас ни малейшей крупицы информации, - заверил я царя. - Ибо, несмотря на свою молодость - я прекрасно понимаю, что такое - ждать долгожданного наследника.

- У вас есть сын? - Удивленно спросил Николай.

- Я не был удостоен этой чести - познать радость отцовства, - вступая на тонкий лед разговора "отцы и дети", я захлопнул ту самую ловушку, которую уготовил для Николая. - Но, всегда любил детей и старался найти достойную женщину, чтобы связать себя с ней узами брака.

За этой излишне приторной тирадой (уж извините меня романтики, но сокрушаться о своей судьбе на кону проигрышной войны, которая потянет за собой революцию, Первую мировую войну и вслед за ней - еще две революции и под занавес - гражданскую войну - увольте!) я неожиданно осознал, до чего же меня откровенно мутит от всех этих политических игрищ с четырнадцатым российским императором!

Вот перед ним сижу я, человек из будущего, который предлагает ему на блюдечке знания будущего (если покопаться в записях моего планшета - там можно найти много чего - от музыки двадцать первого века до чертежей боевых кораблей, самолетов и танков, с подробными описаниями механизмов, а кое-где - даже с фотографиями и чертежами!), но вместо того, чтобы поблагодарить меня за переживания о судьбе Родины, дать награду и отправить в какой-нибудь дворец на пожизненное казенное содержание - лишь бы я только поставлял информацию и писал обзорные справки о том, как оно будет и как этого избежать, кто и кого придает и по каким мотивам - я вынужден сидеть перед царем и придумывать ему сказки, лишь бы он оказал необходимое мне доверие и принял ряд решений, чтобы спасти собственную страну!

Я ощущал, как во мне подымается волна гнева и ненависти. Не просто к Николаю, но к окружающей действительности. Россия - страна талантов, но система зажравшихся чинуш, князей, министров и прочего мусора в силу своей полной здравомыслящей импотенции и желании урвать кусок побольше - давят любую продуктивную инициативу на корню.

Взять хотя бы то, что в рапорте Лаврова я особо подчеркнул, что Макарова следует направить в Артур немедленно. Что следует отозвать Фока и Стесселя, оставив гарнизон на поруки Кондратенко и Белого. Что не следует гонять туда-сюда отряд Вирениуса, а тихим сапом отправить его вокруг Японии во Владивосток, оставив в нейтральных портах чертовы номерные миноносцы. Про невзрывающиеся снаряды, ненужные мины на броненосцах и крейсерах, про японскую разведку, про дурачка-Куропаткина, про зарождающуюся Антанту... На двадцати листах мелким почерком было описано больше двух сотен пунктов, реализовав которые мы не просто победили бы Японию, но и вышли бы из войны гораздо более подготовленные к будущим бедам Первой мировой войны. Нам не пришлось бы терпеть поражение при Цусиме, при Артуре, при Мукдене, не было бы нужды оставить половину Сахалина...

Но, судя по всему, царь прочитал только первый пункт - про спасение "Боярина" и "Енисея". И теперь его вовсе не интересовала судьба страны - теперь он просто хотел спасти жизнь своего сына. И именно последнего он сейчас и желал от меня.

- Мой государь, - если мне придется еще хотя бы раз назвать его по титулу, то я точно взбеленюсь и буду нецензурно выражаться. - К моему сожалению, я не лекарь, не врач и не ученый, однако, в том устройстве, что волей Господней осталось при мне, есть несколько записей об этой болезни. Если вы соизволите уделить мне еще полчаса, то я продемонстрирую вам...

- Побойтесь Бога, Илья Сергеевич! - Воскликнул царь. - В вашем распоряжении сколько угодно времени! Но, мне нужно отдать несколько указаний.

По звонку колокольчика в кабинет явился адъютант - уже не Гейден. Николай отдал приказ позаботиться о Лаврове (уж простите Владимир Николаевич - забыл я о вас совсем), дал несколько распоряжений по дворцовым делам и попросил принести чай в кабинет.

Спустя пару минут я наслаждался прекрасным черным чаем с лимоном, поедая в прикуску отменное варенье и кондитерские вкусности.

Для меня всегда эталоном вкусного варенья служила мама. Никогда и нигде я не ел вкуснее варенья, чем у нее. Однако, теперь вынужден передать пальму первенства тому, кто приготовил это великолепие.

Первый чай прошел за молчаливым изучением Николаем рапорта Лаврова, в то время как я делал выписки из планшета с имеющейся информацией по путям лечения гемофилии. Впрочем, не принимая во внимание синтез лекарств при помощи компьютеров, в современных реалиях я мог предложить царю только один способ лечения - переливание крови. Хотя, при должном подходе - в качестве первого шага для стабилизации будущего наследника - весьма неплохо. А там, глядишь, наука сама придумает чего получше.

Выписав на бумагу список необходимого, я от себя добавил, что для комплексного решения проблем генетических заболевания необходимо создавать специализированное учебное заведение. Как я помнил - в советское время генетике уделяли не слишком много внимания, а в царской России - тем более. Что ж - сделаю первый шаг к переписыванию истории.

Исписав более трех страниц своими рекомендациями, я отложил в сторону записку. Отключив планшет, я остался молча сидеть в кресле, стараясь не отвлекать царя.