Подарочек - Салма Кальк

– фу, фигня, всю дорогу или танцевали сами с собой, или сидели и смотрели, как танцуют местные. Чужие-незнакомые приглашать не разбежались.

Ага, съели, да? Вот поэтому Ирка и не любила ходить в незнакомые компании. Стоишь там у стены, как дура, а все танцуют теми, кого знают. И очень мало кто рискнёт пригласить даму, которую видит впервые в жизни. А вдруг она ничего не умеет? А вдруг есть неприглашенная знакомая? А вдруг ещё что-то там?

Ирка написала всем подобающие случаю выражения сочувствия. О том, что сама отлично потанцевала в другом месте, рассказывать не стала. Ну их.

А потом она открыла ещё одно личное сообщение – от не самого близкого знакомого, и узрела там фотку. Из городского сообщества «подслушано».

Ресторан «Три медведя», позавчерашний вечер. Праздник-столики-танцы. И на первом плане она, Ирка Семёркина, целуется с Андреем. Исходная подпись к фотке – с кем это так весело проводит время президент фонда «Алмазный мир»?

16

Ирка вдохнула-выдохнула, потом перекинула эту фотку Оле. Вообще-то та вечеринка была не для всех, а на таких вроде просят не фотать гостей. Пусть покажет своему Паше. Стоп, там же ещё и Славка был, который Рыльце, можно и ему скинуть, пусть тоже полюбуется. А потом ещё не забыть спросить у Зинаиды, той самой знакомой, приславшей фотку – не видела ли она ещё чего с того же мероприятия? Очень уж любопытственно.

Оля отозвалась почти мгновенно – о да, ей тоже интересно, какая козлина это вытворила и для чего ему это понадобилось. И что она перекинула фотку Паше, пусть копает. Спросила ещё – какие у Ирки планы на вечер, Ирка и сказала честно – позвали на фуршет. А дальше видно будет. Наверное, опять у неё будут гости. То есть, ей бы этого хотелось.

Оля похмыкала и пожелала удачи, после чего отключилась. А у Ирки оставалось до назначенного времени ещё пять минут, и она пошла посмотреть, что такое этот фонд «Алмазный мир».

Оказалось – ничего так фонд, исследования процессов поиска и добычи алмазов. Его поддерживают какие-то уважаемые люди, не только российские, но и заграничные, и работа ведётся не только в Якутии, но и, например, в Южной Африке – тоже. И Андрей, получается, там бывал. И ещё много где, судя по официальным фоткам на странице того фонда. Надо спросить, пусть рассказывает. Обычно люди любят, когда их спрашиваешь о них самих.

А потом написал Андрей – что он может за ней зайти, а потом они вместе пошли бы дальше. Ирка сбросила ему адрес (корпус К, второй этаж) и вышла в коридор ждать. Опять же – оглядеть кафедральную доску объявлений на предмет наличия там лишнего и вредного. Объявлений о сдаче квартир и продаже машин, а также об отдаче щенков в хорошие руки. А ещё прошлой зимой паразиты-студенты заменили в слове «философии» – ну, кафедра философии, заголовок стенда – первую букву «и» на букву «а». Конечно, заметили не сразу, потому как все люди увлечённые своим делом, серьёзные и вообще, куда там на глупости оглядываться. Так и висело, пока Марья Ивановна с соседней кафедры не подкараулила заведующего Евгения Валериановича в коридоре и не ткнула, что называется, носом в полнейшее безобразие.

Евгений Валерианович впал в ступор – с ним всегда такое случалось под напором реального мира и внешних обстоятельств неодолимой силы. А потом позвал Ирку и попросил что-нибудь с этим сделать. Ирка же добыла через десятые руки кусок самоклеющейся плёнки и произвела замену.

А ещё однажды под Новый год, когда в конце семестра она убирала со стенда старое расписание, одна стеклина вывалилась из гнезда прямо Ирке на голову, и если бы не шёл мимо Александр Дмитриевич, препод с кафедры, то было бы ей очень плохо – стеклина-то тяжёлая.

В общем, всякого и разного случалось выше крыши. Но сейчас нужно было убрать всего лишь рекламу какого-то аккаунта в инстаграме, и Андрей появился как раз в тот момент, когда Ирка запирала на ключ те самые стеклянные дверцы стенда. Он широко улыбался и поцеловал её в щеку.

– Это твои владения?

– Именно они, – кивнула Ирка. – Нам куда и ко скольки?

– Можно идти уже сейчас, и если я не ошибаюсь – этот же самый корпус, третий этаж.

– А, кафе, – поняла Ирка.

Политех имел собственное производство готовой еды, и кроме столовой в подвале, столовой в отдельном здании и кафешек во всех корпусах – банкетный зал и кафе. В банкетном зале Ирка пару раз бывала на балах, которые устраивал местный православный приход, а в кафе однажды отмечали юбилей Евгения Валериановича.

Она заскочила на кафедру, распрощалась с парой пережидавших перемену преподавателей, подкрасила губы, расчесала волосы – как Оля, она сама всё равно не сделает, поэтому как есть, так и ладно – и они отправились на третий этаж.

Навстречу попалась Марья Ивановна – а ей-то чего тут делать в такое время? Она в полчетвертого всегда уходит, а уже шестой час так-то!

– Ирочка, ты же дошла до кадров? Тебе дали списки? Здравствуйте, – а это уже Андрею, с умильной улыбкой.

– Да, Марья Ивановна, спасибо, – кивнула Ирка.

И даже потянула Андрея за рукав – пошли, мол, быстрее.

– Кто это? – не понял он.

– Особа с соседней кафедры, первая местная сплетница. Сейчас пойдёт и расскажет всем, кого встретит, что я с кем-то неизвестным за ручку куда-то подалась.

– И это погубит твою репутацию? – усмехнулся он.

– Вряд ли кому-то есть дело до моей репутации, – пожала плечами Ирка. – А особенно – Марье Ивановне.

В кафе уже были накрыты столы и вокруг них бродили люди. Некоторых из них Ирка знала, кафедра же со всеми работает – «Ирина Васильевна, здравствуйте, как дела у Евгения Валериановича?» О да, надо же создавать его положительный образ, потому как на следующей неделе очередной учёный совет, где будут рассматривать вопрос о его звании. Поэтому Ирка улыбалась, говорила – что всё отлично, и что он завтра будет, у него вторая и третья пары, и к нему можно зайти и побеседовать обо всём, о чём нужно.

– Ира, а ты как тут оказалась? – вдруг услышала она от очередного стола между репликами.

– Привет, Карина, – кивнула Ирка. – Андрей пригласил.

Карина работала лаборантом на той самой