Братья-оборотни - Вадим Проскурин

— Ты прав, Реджи, — кивнул Роберт. — Извини, Артур, ляпнул, не подумав.

— Несправедливо обиженного вассала надлежит чем-нибудь одарить, — подал голос сэр Персиваль Тандерболт.

Роберт задумчиво осмотрел массивный золотой браслет на левом запястье. Артур затаил дыхание. Роберт принял величественную позу, задрал подбородок вверх и тожественно провозгласил:

— Дарую тебе, сэр Артур, наследственную привилегию невозбранно ковырять в носу в моем присутствии, а также в присутствии последующих ярлов Локлиров, как законных, так и незаконных.

Реджи и Перси переглянулись и синхронно рассмеялись. Артур сглотнул слюну, выдавил из себя жалкую улыбку и сбивчиво пробормотал нечто благодарственное. Разочаровался Артур, а зря. Не разевал бы варежку на ярловы драгоценности — не пришлось бы разочаровываться.

Сзади кто-то кашлянул. Роберт обернулся и увидел Джона Сильвера.

— Ах, да! — вспомнил Роберт. — Встань, Джон, на одно колено. За особые заслуги в подготовке и организации святой молитвы, повлекшей полное и окончательное истребление вооруженных сил злокозненного узурпатора Мелвина Кларксона, ранее именовавшегося Локлиром, а также за безупречную службу, в коей проявлены были инициатива, настойчивость, лояльность и иные благородные добродетели, жалую Джона Сильвера рыцарским званием.

Вытащил меч и аккуратно хлопнул плашмя по джонову плечу.

— Встань, сэр рыцарь, — приказал Роберт.

Новоявленный сэр рыцарь встал, и глаза у него были охуевшие от счастья. Подобрать слова для благодарственной речи он не смог, поэтому просто поклонился сеньору, но не куртуазно, а по-простонародному, в пояс. Зрители заржали.

— Разрешите осведомиться, ваше высочество, какой титул вы жалуете сэру Джону? — поинтересовался Реджи.

Роберт смутился. Титул для Джона он не только не подобрал, но даже не думал над этим.

— Вероятно, его высочество собирается огласить сей титул в более торжественной обстановке, — пришел на помощь Перси Тандерболт.

— Это точно, — с облегчением выдохнул Роберт. — Спасибо, что подсказал, Перси. Кстати, Перси, зачистку уже закончили?

— Можно сказать и так, — пожал плечами Перси. — Мы ее, по сути, и не начинали, некого там зачищать. До твердой земли только сам узурпатор дотопал, остальные прямо в трясине сгинули. Все до единого.

— Рик Эйри тоже? — спросил Реджи.

Перси кивнул. Реджи грязно выругался.

— Да, я тоже хуею, — кивнул Перси. — И чего он увязался с этими мудаками? Какой феодал был… Надо вечером помянуть как следует.

— Вечером помянем всех, — заявил Роберт. — И не только помянем, но и помолимся за упокой невинных душ. Ибо истинно виновен был среди них один лишь злокозненный Мелвин, а остальные не более чем заблудшие овечки. Сим официально объявляю: семьям узурпаторовых соратников наказаний и притеснений не чинить, узнаю — выебу! Мятеж подавлен, нет в моем лене отныне никаких мятежников, и да будет так воистину!

— Его высочество милосерден, — автоматически пробормотал Артур себе под нос.

Лишь с огромным трудом он удержался, чтобы не провозгласить эти слова во всеуслышание. Сам уже убедился, что сэр Роберт всякую лесть ненавидит, но как же трудно преодолеть въевшуюся привычку…

— Ваше высочество, разрешите узнать, как поступать с пленным? — подал голос Реджи Хеллкэт.

— С каким пленным? — не сразу понял Роберт. — Ах, с этим… А какой мудак его в плен взял?

— В течение дня выясню, — серьезно сказал Реджи.

— Не надо ничего выяснять, это был риторический вопрос, — сказал Роберт. — Взяли — значит, взяли. В самом деле, что с ним делать-то теперь?

Верные вассалы не дали ответа, но предпочли почтительно внимать ходу собственных мыслей сеньора. Мысли, однако, не торопились, их и не было, собственно, мыслей. Чего, спрашивается, стоило ебнуть Мелвина по башке чуть сильнее? А теперь хер знает, что с ним вообще делать. Как бы поступил на моем месте товарищ Горбовский? А ведь это идея!

Роберт просветлел лицом и громко сказал:

— Товарищи, какие будут предложения?

Предложений сразу не последовало. Тогда Роберт уставился на Реджи Хеллкэта многозначительным испытующим взглядом. Реджи смутился и сказал:

— Да какие тут предложения… Я вот чего думаю… Может, вашему высочеству ошибочно доложили, что этот… гм… мудак… ну, что его типа живым взяли?

— Не согласен, — подал голос Перси Тандерболт. — Я полагаю, Мелвина следует как минимум допросить. Он, я полагаю, собирался сдаться в плен добровольно.

— Ты чего, охуел? — изумился Реджи.

— Я не охуел, — возразил Перси. — Извольте видеть, ваше высочество, Мелвин шел один, тайно, далеко впереди всего остального своего сброда. Какого хера он так шел?

— Разведка? — предположил Реджи.

— Какая на хуй разведка! — возразил Перси. — Темнота, туман, собственного хера не видно, а звуки разносятся далеко. До первого часового он шел. Осознал бесперспективность и принял единственно правильное решение. А теперь, если Мелвин Кларксон добровольно признает законность титула и прав его высочества, это, полагаю, станет наилучшим выходом из кризиса. Насколько я понимаю, его величество был… гм… расстроен, так что…

— Ты прав, Перси, — согласился Роберт. — Пленный пришел в сознание?

— Так точно! — отозвался какой-то немолодой рыцарь с необычно длинными усами, Роберт запамятовал его имя. — Доставить немедленно?

Роберт кивнул, рыцарь умчался прочь, как гончая, забавно грохоча доспехами и изо всех сил демонстрируя лояльность, управляемость и прочие рыцарские добродетели.

— Долбоеб, — констатировал Перси себе под нос и тут же уточнил на всякий случай: — Это я про этого доставляльщика, как же его зовут-то…

— Если Мелвин принесет присягу, будет заебись, — сказал Реджи. — Только вашему высочеству придется что-то ему даровать. Может, старый замок на Эйвоне? Тот, который с вурдалаками?

— Я бы на его месте обиделся, — сказал Перси.

— Ты себя с Мелвином не равняй! — возмутился Реджи. — Ты свою армию в это говно не повел бы топить бездарно.

— Это точно, — согласился Перси. — Но, все равно, как-то неблагородно получается. Человек, пусть и мудак, но предлагает хороший договор, а его высочество жалует ему в благодарность руины с вурдалаками.

— В первую очередь его высочество жалует этому мудаку жизнь, — возразил Реджи. — А руины с вурдалаками жалует во вторую очередь, для отчетности перед его величеством. Чтобы не давать формальных поводов.

— Ну, как знаешь, — пробормотал Перси.

И оба они уставились на Роберта.

«Что бы сказал товарищ Горбовский?» подумал Роберт.

— В первом приближении предложение принимается, — сказал Роберт.

— Хуярит как по писаному, — уважительно произнес какой-то рыцарь. — Сразу видно, грамотный.

Реджи Хеллкэт вдруг скривился, сплюнул и сказал:

— А я все же опасаюсь, что этот мудак начнет пиздеть не по делу. Как бы его высочеству не проебать словесный спор. Мелвин — он, сука, красноречивый.

— Начнет пиздеть — мечом по шее, и пиздец, — возразил Перси. — Хули делов-то?

— А с хуя ли мечом по шее? — удивился Реджи. — Благородные права и суд пэров типа похуй? Каковы формальные основания к смертной казни?

— Например, вероотступничество, — сказал Перси.

— Какое на хуй вероотступничество? — изумился Реджи. — Хотя погоди… Так это же не он, это младший братец перед смертью отмочил…

— Чего отмочил? — заинтересовался Роберт. — Помню, он что-то вопил, но я не расслышал.

— Самое интересное пропустили, ваше высочество! — воскликнул Реджи. — Этот мудень отрекся от господа нашего Иисуса Христа и пресвятой троицы. Прямо так взял и отрекся во всеуслышание, мы все аж охуели. Так и сказал, пидарас, отрекаюсь, типа, от господа вседержителя и передаю душу свою охуевшую в руки того идолища поганого, которое меня от смерти спасет.

— И как, спас кто-то? — спросил Роберт.

— Хуяс, — неудачно срифмовал Реджи. — В смысле, никак нет, не спас. Получил стрелу в глаз и утоп. Теперь в аду жарится, мудило.

— Так о чем я говорю-то, — вмешался Перси. — Про вероотступничество Кларксона скоро всякая собака знать будет, такие слухи быстро расходятся, а какой именно Кларксон от господа отрекся — кого это ебет? Думаю, Мелвину башку срубить можно только так.

— Кстати да, — согласился Реджи. — Или даже на костер. А хули не на костер? В железо и на церковный суд, отец Бенедикт все засвидетельствует, и пиздец суслику. Так даже легитимнее, по-моему.

— Нечеловеколюбиво, — заметил Роберт.

— Зато действенно, — возразил Реджи.

Роберт задумался, что на это ответить, но ничего придумать не успел, потому что доставили Мелвина. Узурпатор выглядел помятым, но на контуженого не походил, сразу видно, что в здравом уме.