Не жалею, не зову, не плачу - Владимир Колычев

Ее звали Нинель, и, как я потом сообразил, ехала она в Сочи, чтобы торговать своим телом. Она была проституткой. И все четыре недели, что мы с родителями провели на побережье, я надеялся встретить ее и закрепить свой первый сексуальный успех. Искал ее, но так и не нашел. Да и вообще проститутки мне на глаза тогда не попадались; видимо, потому что я не знал, в каких местах они водятся и как их отличать от обычных легкомысленных женщин… Но, так или иначе, опыт у меня был. И приключение в поезде мне никогда не забыть…

– Врешь ведь, – разочарованно посмотрел на меня Олег.

– Не вру. Она проституткой была…

– А-а, ну тогда может быть, – кивнул он с видом знатока, ежедневно пользующегося услугами проституток.

– Деньги у меня тогда были…

– А сейчас?

– Ну, есть немного… Отец у меня не жадный…

– Да ты и сам не промах, – ободрительно улыбнулся он. – Слышал я, как ты алкашей на субботнике нанял… В общем-то, потому Генка и злится. У него-то денег на кармане нет…

Олег замолчал, напряженно о чем-то думая. Я тоже затих в ожидании, когда он продолжит разговор. Наконец он сказал:

– Слушай, а ведь и в Москве есть проститутки. Я даже знаю одну.

– Да ладно!

– Сонька ее зовут. Красивая. В нашем дворе живет. Говорят, на ночь под «Интурист» ходит, чисто за валюту снимается. Ну и одевается как путана… У тебя валюта есть?

– Откуда?

– Ну, валюту у нее купить можно… У нее же… Я все узнаю…

– Зачем?

– Нравится она мне… Ну, в смысле хотелось бы с ней, ну того… А ты как? – завороженно спросил Олег.

Глядя на него, я вдруг понял, что не было еще в его жизни женщины – ни проститутки, ни девушки, с которой он мог бы переспать по взаимному согласию. Подруга, может быть, и была, но так – вздохи-ахи-поцелуйчики… Если так, то хоть в чем-то я его превосходил. Ведь у меня была Нинель. И не важно, что с ней у меня все закончилось очень быстро. Главное, что было…

– Ну, если ты меня с ней познакомишь, – сказал я с видом знающего человека, не привыкшего к отказам со стороны представительниц слабого пола.

– Но она дорого стоит… Ну, я так думаю…

– Ничего, у отца возьму. Если не даст, магнитофон свой продам.

– Что за магнитофон?

– Японский «Шарп».

– Классно… Отец достал?

– Ну да.

– А перчатки он может достать, ну, боксерские, импортные? Тебе восемь унций, ну, мне десять, потому что я потяжелей… Тренироваться надо в больших, унций на двенадцать, а для соревнований хорошо бы поменьше…

– А унция – это сколько?

– Ну, что-то около тридцати граммов… Но сейчас для тебя не это важно. Сначала азам тебя научить надо, потом все остальное. Лето впереди, каникулы, самое время заниматься. Если не будешь возражать, я тобой займусь… Осенью в школу придешь, Лиза тебя и не узнает. А как узнает, так и влюбится…

Олег предлагал мне шефство, но вместе с тем, как я понимал, и дружбу. Ну, разве я мог отказаться?…

Глава 9

Лиза смотрела на меня с интересом, но сердечных чувств я в ее глазах не замечал. И узнала она меня сразу. И, судя по всему, была далека от того, чтобы влюбиться в меня, как это предрекал Олег…

– А ты возмужал, – одобрительно улыбнулась она. И, немного подумав, бросила щепотку соли в ложку меда: – Чуть-чуть…

А ведь я занимался боксом весь май месяц и почти все лето. Олег сдержал свое обещание – он взял и держал надо мной шефство. Гонял по спортзалу и стадиону до седьмого пота – бег, подтягивание, постановка и наработка ударов, бои с тенью и реальными спарринг-партнерами… Правда, весь август я прогулял. Ездил с родителями в отпуск – две недели в нашем доме на Волге и столько же в Сочи по путевке… Но в любом случае за лето я подрос, набрал вес – мышечный и вообще. И даже возмужал. Чуть -чуть…

Она тоже изменилась. И заметно. Похорошела, стала более женственной и, можно сказать, зрелой. Мне даже показалось, что в ее взгляде появилась мудрость много повидавшей на своем веку женщины… Хотелось бы мне знать, как она провела лето. Но в то же время меня пугала мысль о парнях, с которыми она могла быть.

– Джинсы у тебя клевые. И пиджак… Кожа или заменитель?

– Кожа.

Занятия начнутся только послезавтра, а сегодня в школе ознакомительный день – что изменилось, какие занятия, требования, и так далее и тому подобное. Школьная форма не обязательна, поэтому я и надел новые джинсы и кожаный пиджак из Чехословакии. День сегодня не жаркий, так что прикинут я был по погоде…

– И где такой достал? – заинтригованно спросила она.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Отец принес…

– Но он-то где-то достал. Наверное, по госцене. И сколько?

– Отец не говорил…

– Ну да, ну да… Ты у него спроси, может, он и мне поможет. Так чтобы не очень дорого. Только мне бы женский пиджачок…

– Спрошу, – уныло кивнул я.

Если ей надо, я, конечно, узнаю, где можно достать нужную ей вещь по разумной цене. Но было обидно осознавать, что Лиза видит во мне поставщика дефицитного товара…

– Ага, спроси… Ну и джинсы, если такие как у тебя. Что за фирма?

– «Леви Страус».

– Здорово…

Я бы мог поговорить с ней о шмотках, на тему, которая ее так интересовала. Но стоило Лизе увидеть своих школьных подружек, как она тут же забыла обо мне и направилась к ним. Успокаивало только одно: на Возникова она вообще не обратила внимания, хотя он стоял неподалеку. Но Гена в общении с ней не гордый, он сам подойдет к ней.

А ко мне подошел Олег.

– Ты смотри, какой у тебя пиджак… – сказал он, за благодушной улыбкой скрывая, как мне показалось, зависть.

Я пожалел о том, что надел этот чертов пиджак. Как будто без него я никто, и, кроме как о шмотках, поговорить со мной не о чем.

– Кожа хорошая.

– Тонкая, как на перчатках, – кивнул я.

– Да, я тебе деньги за перчатки должен, – вспомнил он.

– Не надо. Считай, что это подарок…

Отцу очень понравилась моя идея заняться спортом. И хотя мама отговаривала меня от этой затеи, он достал две пары настоящих штатовских перчаток для профессионального бокса – красные, с белой ударной поверхностью. Одну пару я продал Олегу, но денег от него до сих пор не получил. Впрочем, я и не требовал… Он столько для меня сделал, чтобы брать с него деньги за перчатки, о которых он так долго мечтал.

– Ну, спасибо… Кстати, сегодня тренировка. Не опаздывай.

– Хорошо, – уныло отозвался я.

– А чего так невесело? – заметил он.

– Да так…

Бокс – спорт не для слабонервных. В этом деле без выдержки никак не обойтись. Несколько раз я получал в нос, заработал пару синяков под глаз, мне до крови разбивали губы. Но я героически терпел – в надежде, что Лиза увидит во мне настоящего мужчину и влюбится, как обещал Олег… Но Лиза не желала быть моей девушкой. Если я и нужен ей, то вовсе не для любви…

– Из-за Лизки расстроился? – догадался Олег.

– Да нет…

– Да что там да нет, если да… Не оценила?

– Так а что она могла оценить. Всего три месяца занимался…

– Трезво мыслишь, значит, будет из тебя толк. За три месяца ничего не добьешься…

Сам он занимался боксом с десяти лет и вообще спорт любил – футбол, волейбол, баскетбол. Потому и фигура у него что надо, и сила, и техника… Я бы без раздумий отдал бы полжизни, чтобы стать таким атлетом, как он. Но в природе не существовало таких обменных пунктов, были только спортзалы, куда мне идти уже не хотелось. Слишком тяжело там, слишком больно бьют по голове на ринге…

– Может, и не надо ничего, – удрученно глянул я на Олега.

– Ты это брось… Вон, смотри, Лизка с Генкой болтает. Он ей больше нравится, чем ты…

– И что? – насупился я.

Как я и ожидал, Возников сам подошел к Лизе и сейчас увлеченно о чем-то с ней разговаривал. А я стоял в сторонке и, что называется, обтекал, глядя на них…

– А то, что ты должен быть круче, чем он.

– Как?

– А для чего у нас ринг в борцовском зале?… Сейчас еще рано, а к Новому году ты вызовешь его на бой и побьешь на глазах у Лизки. Это я тебе обещаю.

– Ты уже обещал, – ляпнул я.

– Что я обещал?

– Ну, что она в меня влюбится…

– Значит, плохо занимался, если не влюбилась… Короче, уговаривать тебя не буду. Не хочешь – не надо.

– Я приду.

Я был влюблен в Лизу, и мне кровь из носу нужно было добиться от нее взаимности. Именно через эту кровь я и смогу ее заполучить… Да, я еще слаб физически. Но я настырный. Рано или поздно я добьюсь своего.

– А куда ты денешься? – весело подмигнул мне Олег. И, вспомнив, сказал: – Да, тут Сонька объявилась. Все лето где-то пропадала, а вчера я ее видел… Может, в Сочи была, а?

– Не знаю.

– Как там нынче в Сочи?

– Ничего.

– Нинель свою не видел?

– Нет.

В этот раз я мог бы найти в Сочи проститутку. Я повзрослел, родители отпускали меня гулять до полуночи, с деньгами, мне ничего не стоило заглянуть в валютный бар на Черноморской улице, на «жемчужный» огонек, на который слетались ночные бабочки… Но Нинель давно меня уже не интересовала и тем более не вдохновляла. Грезить я мог только о Лизе…