Божественная охота - Юлия Фирсанова

Глава 4

Дичь не по зубам

Буквально через шесть-семь минут чутье ловчего вывело принца с узкой, петлявшей, словно пьяный сапожник, но все-таки мощенной битым камнем улочки на ее товарку пошире – прямо к коновязи у гостеприимно приоткрытых дверей трактира. Там, судя по свету, громким крикам, пению невпопад, запаху пива, дешевого вина, фасоли и жареной свинины, все еще продолжался гудеж.

«Поющий поросенок» – сообщала незатейливое название заведения жестяная вывеска с надписью и веселым хряком. Скорее, «Горланящие свиньи», – с ходу подобрал более подходящее наименование трактиру язвительный принц и спешился. Инстинкт охотника подсказывал, что цель неимоверно близко, прямо за этими дверями. Приказав жеребцу стоять смирно у коновязи, Энтиор скорым шагом, стараясь сдерживать нетерпение, взошел на низкое крылечко и толкнул дверь. Та охотно распахнулась, впуская принца в широкий и жаркий после прохлады осенней ночи зал, ярко освещенный гроздьями дешевых магических шаров, подвешенных в сетках прямо к грубым крюкам, вбитым в потолочные балки. Света и тепла добавляли два открытых очага, на которых скворчали над огнем, распространяя аппетитный аромат, жирные свиньи. Скамьи и столы были сдвинуты в одну гигантскую кривую, вокруг которой сновали, сбиваясь с ног, разрумянившиеся от жара, сдобные, как плюшки, крутобедрые подавальщицы. В углу пристроились музыканты, наяривающие на лютне, скрипке, губной гармошке и трубе что-то неопределенное, но весьма веселое. Народ гулял на полную катушку!

С трудом привыкая к спертому воздуху трактира среднего пошиба, его высочество секунду постоял в относительной тени у двери. На нового посетителя никто не соизволил обратить ни малейшего внимания, поскольку как раз в момент его появления высокий белобрысый здоровяк забрался с ногами прямо на скамью и, пьяно покачиваясь, завопил во все горло, перекрывая сразу три разные песни, которые горланили почти полсотни баб, мужиков и музыкантов:

– Всем еще по три кружки карамельного пива и по тарелке жаркого! Угощаю! – Он метнул в оперативно подставленную ладонь подавальщицы несколько серебряных монет.

Зал, прервав пение, ответил нестройным ликующим воплем, а белобрысый слез со скамьи, осушил до дна свою кружку, довольно рыгнул и наполнил кружку снова.

Хоть пьяница и стоял к Энтиору спиной, бог сразу узнал свою жертву. Те же фигура, цвет волос, даже рубашка – и та точь-в-точь такая же, как нарисованная на портрете, вот только не было в развеселом типе ничего хоть сколько-нибудь необычного. Никаких, даже скрытых резервов магической или иной силы не уловил бог. «Ну и какая, собственно, разница, это только упрощает дело!» – решил принц, все-таки слегка разочарованный бездарностью добычи.

Моментально обдумав план действий, он двинулся вперед. Старик просил, чтобы смерть дичи не была легкой, значит, следовало для начала выманить ее из трактира и доставить в один из любимых казематов. Учитывая состояние мужика, принц не думал, что это будет трудно. Не снимая плаща, неслышно ступая по плотному слою свежей соломы, настеленному на пол, ловчий приблизился к мужчине. Нагнувшись к самому уху белобрысого, он прошептал, используя божественную силу повеления:

– Встань и молча выйди со мной во двор!

– Зачем это? – с пьяной вальяжностью поинтересовалась добыча, обращая физиономию к палачу. Тут же в голубых глазах мужика сквозь пьяную муть зажегся свет узнавания, и он куда веселее прибавил: – О! Ты, эт-т-а, как тебя там, а! вспомнил, Энтиор, ты лучше сюда садись. Давай выпьем! Пива хочешь?

– Связист?! – изумленно выпалил принц, растерявшись. Бирюзовые очи бога, преследовавшие в сладострастных снах не одну высокородную даму, вытаращились самым простецким образом.

А потенциальная дичь уже совала знакомцу под нос свою еще полную кружку с пивом. Энтиор машинально принял ее и глотнул. Как ни странно, пиво оказалось весьма неплохим, во всяком случае, разборчивого аристократа не стошнило, к нему даже вернулся дар речи, казалось бы утраченный навеки в тот момент, когда в развеселых голубых глазах того, кого ему приказали убить, бог разглядел хорошо знакомую по суматошному Новогодью в Лоуленде мудрую сумасшедшинку Вольной Силы. Теперь-то вампир узнал Связиста, обожавшего принимать плотский облик и столь искусно маскировавшего свои способности, что почти никто из окружающих не мог определить, с кем на самом деле общается.

– Тсс! – отобрав кружку у Энтиора, громогласно прошептал пьяный Связист, прикладывая палец к губам. – Здесь я этот, как его, Жофри. Ты же меня не выдашь, а?

– Нет, – медленно и печально покачал головой принц и уже не приказал (Силе его приказ все равно что дракону комариный чих!), а почти умоляюще попросил: – Выйдем, пожалуйста, на воздух, надобность в беседе весьма велика.

– Ну ладно, пошли, только ты это, не забудь, я не из тех мужиков, которые тебе задницу готовы подставить. Я все больше баб люблю, – уточнил Связист-Жофри и громко заржал, радуясь собственной грубой шутке.

Энтиор скрипнул зубами и молча пошел к выходу, от всего сердца желая, чтобы бражник последовал за ним. Вампир был растерян до крайности. Он просто не знал, что делать, ибо оказался в такой ситуации, из которой не видел никакого выхода. Бог не мог убить Силу не только и не столько потому, что Связист числился закадычным приятелем его братьев. Важнее было иное: во-первых, убийство любой Силы являлось одним из самых серьезных нарушений Великого Равновесия, а в такие игры вампир не играл, и во-вторых, оно было просто не по зубам богу-вампиру, он вообще не представлял, как можно убить подобное создание. С другой же стороны, в ушах Энтиора звучал холодный голос Верховного маршала, отдающего приказ, и приказ этот не подразумевал иной трактовки: жертва должна быть уничтожена.

– Так ч-чего у т-тебя за секреты, или отлить со мной вместе захотел? Помериться, у кого струя дальше бьет? – снова хохотнул Связист, нарушая почти панический ход мыслей принца очередным пошлым экспромтом.

– Мне дали задание убить тебя, – так и не придумав ничего лучшего, открытым текстом признался Энтиор, надеясь, что смысл сказанного дойдет до Силы через затуманенные алкоголем человеческие мозги и слегка прочистит их.

– Брешешь?! – удивленно рассмеялся Связист, прислонился к коновязи, у которой стоял одинокий Мрак, и машинально ласково почесал морду злобному коню. Тот зафыркал от удовольствия.

– Нет, – покачал головой вампир и поднял руку в лоулендском знаке клятвы.

– Так чего, устроим дуэль на бутылках, кто кого перепьет? – прикололся Связист.

Энтиор молча полез в карман и, вытащив книжку-портрет, протянул его собеседнику, надеясь таким образом достучаться до трезвых участков сознания Силы и привлечь их внимание к серьезности ситуации.