Чисто русское преступление - Алина Кускова

– Ваше благородие, спасибо! – расчувствовался Туровский, не ожидавший такой оперативности.

– Действуйте, действуйте, – кивнул ему Шашкин, – а то следующие на очереди столичные музеи. А там, глядишь, возьмутся за золотой запас страны.

Он повернулся и пошел прочь, насвистывая про госпожу удачу. В ближайших кустах Туровский заметил мелькающего следом за начальником лейтенанта Ивушкина. Тот резвым зайцем, запутывающим следы, перебегал от одной стороны дороги к другой, пока не добежал до милицейского газика. Тут он опередил Шашкина и открыл перед ним дверцу, растягиваясь по швам и козыряя майору. Шашкин привычно ответил на приветствие козырянием у белой панамы и нырнул в газик. После него на место рядом с водителем сел Ивушкин. Андрей вздохнул облегченно. Ему не хотелось, чтобы лейтенант выступал в качестве личной охраны пострадавшего Бубенцова. После фантиков он относился к нему несколько предвзято.

Машина зарычала, сорвалась с места, насколько это возможно для отечественного транспорта, и, выдавая в больничный сквер клубы едкого серого дыма, понеслась к воротам.

Андрей не спешил, хотя вновь открывшиеся факты ограбления требовали его немедленной реакции. Имея на руках список местных коллекционеров, заинтересованных в том, чтобы рукописные раритеты попали в их частные коллекции, он оставался спокоен, считая, что путь к преступникам у него уже в кармане. Оставалось чисто механически проверить каждого из них. Туровский не сомневался в том, что при разговоре с ним один из них обязательно проколется и даст зацепку, ниточку, потянув за которую сыщик распутает весь этот клубок страстей. Страстей! Ведь до какого высоковольтного накала нужно дойти, чтобы травить своего знакомого изощренным ядом, надеясь на летальный исход.

Любовно поглаживая полученный список, пристроенный на колене, Туровский поглядывал на больничное крыльцо. Оттуда должна была показаться Светлана Ведрищева. Не могла же она просидеть у койки больного весь день! Безусловно, могла, если бы там уже не сидела Елена Ивановна. Две женщины у койки одного мужчины – это как две хозяйки на одной кухне, кому-то придется отступить. И Туровский знал, кому именно в этом случае.

Здесь он не ошибся.

Светлана выскочила, как ошпаренная кошка, и побежала к выходу. Андрей ее окликнул, поднявшись, и побежал навстречу. Едва успел спрятать драгоценный список в карман.

Светлана остановилась как вкопанная, заметив Туровского.

– Я так и знала! – воскликнула она, глядя на сыщика.

– Что, что знала? – встрепенулся тот, предчувствуя, что во внезапном порыве та может выдать полезную информацию.

– Вы за мной следите, – горестно изрекла девушка и принялась теребить свою русую косу. – Думаете, что это я отравила Семена!

Андрей вяло предположил, что у Светланы легкая стадия шизофрении и ей всюду кажется слежка и преследование.

– Да, – продолжала Светлана, – я приходила к нему накануне. Он позвонил в библиотеку и попросил принести ему необходимые для работы книги. Семен заболел! Тяжело заболел! Он чихал в трубку. И я принесла.

– Вы часто носите книги больным читателям? – не сдержался Туровский.

– Нет, – гордо тряхнув головой, ответила ему Светлана. – Это было сделано мною в виде исключения из общих правил.

И она вновь направилась к выходу.

Терять ценного свидетеля, пока, впрочем, неизвестно чего, было недопустимо. Андрей направился за ней. Они вышли на улицу, но разговаривать спокойно не получалось, половина фраз тонула в автомобильном шуме. Андрей предложил девушке зайти в блинную, на что та, немного подумав, согласилась.

– Если это как-то поможет Семену, – вздохнула она.

Они устроились за свободным столиком, и Светлана, не дожидаясь Туровского, заказала себе оладьи с медом. Восхищенный ее наплевательским отношением к собственной фигуре, следует заметить, довольно аппетитной, он заказал себе то же самое. Но аппетита у девушки не было, она ограничилась лишь парой оладий, отказавшись от добавки. Туровский с удовольствием умял еще парочку.

Глядя на то, как он жует, – видимо, в этот момент сыщик показался Светлане совершенно безобидным, – она рассказала ему все, что смогла. Не смогла только открыть своих внезапно нахлынувших чувств к милому молодому парню Семену Бубенцову. Впрочем, то, что он ей давно нравился, она скрывать не стала. И пошла с нужными книгами к нему домой из чисто дружеских побуждений, ни на что серьезное не рассчитывая. Что она увидела у него в квартире? Ничего особенного. Все как обычно у холостяка, за которым ухаживает вредная бабуля. Светлана бы сделала квартиру Семена более уютной! Что она заметила странного? Ничего странного не заметила. Семен был довольно милым, хоть и больным, предложил поделиться лечебным травяным отваром, но признался, что тот был довольно горьким и противным. Естественно, Светлана отказалась его пить. Она заварила ему и себе чай, очень хороший чай, который умеет заваривать только она...

Туровский кивнул, его насторожил горький травяной отвар, якобы лечебный. Он спросил Светлану, не говорил ли, случайно, Семен, кто ему этот отвар приготовил? Нет, ничего такого Семен не говорил. Какая досада! Андрей достал мобильный телефон и позвонил Елене Ивановне, прекрасно зная, что пользоваться мобильниками в больницах запрещено. Но он сам попросил ее быть на связи.

Елена Ивановна ответила. Нет, лечебных отваров внуку она не готовила.

К общей загадке добавилась еще одна загадочка, которую, как чувствовал сыщик, можно разгадать. Он похлопал себя по карману. Но не по тому, где мирно ждал своей участи список частных коллекционеров, а по тому, где лежали взятые у Бубенцовой ключи от квартиры внука. Как только оперативники закончат следственные действия, Андрей поедет к Семену на квартиру. Шашкин дал ему добро, так ничего противозаконного он не совершит.

Попасть в квартиру Бубенцова удалось только к вечеру. Туровский, не тратя времени даром, позвонил первым по списку коллекционерам и договорился о встречах. Но сначала предстояло своими глазами увидеть жилище мастера.

Оно действительно представляло собой берлогу холостяка, центральное, самое почетное место которого занимал компьютер. Рядом с ним теснился стол со всевозможными флешками, дисками, чипами, микросхемами, деталями... Андрей слабо разбирался во всем этом многообразии. Его больше всего заинтересовал стакан с отваром. Но его не было. Вернее, стаканы были, но все они стояли чистыми. Впрочем, странно было ожидать, что улику оставили бы без внимания специально для любопытствующего сыщика. Радовало то, что результаты осмотра квартиры пострадавшего он сможет получить через Шашкина. Контакты подобного рода Туровский старался всегда налаживать, как ни крути, а без нашей милиции не обойтись. Это не книгу украли, тут человека чуть не убили.

– Жаль стаканчик, жаль, – вздыхал Туровский так, словно сам собирался испробовать яду.

Он прошел на балкон. Тот был завален ненужным хламом, во главе которого высился старый маленький холодильник. Сыщик с ухмылкой оглядел лыжи, одна из которых оказалась треснутой, детский велосипед с колесами-восьмерками и облезлый, когда-то эмалированный, таз. Все довольно обычное, что привыкли хранить наши сограждане на своих балконах. Сюда, видимо, хлам стаскивала Елена Ивановна, в ее возрасте избавляться от ненужных вещей становится истинной мукой, и они перекочевывают к беспечному внуку. В старом холодильнике лежал пакет с травой. Сыщик пожал плечами и захлопнул холодильник.

Потом он зашел на кухню и полазил по кастрюлям. Ничего, кроме куриного супчика, не нашел. Ничего подозрительного. Отвар принесли, его здесь не варили. Кто принес? Нужно опросить соседей. Товарищи уже это сделали, но, возможно, соседи вспомнят что-то еще.

К примеру, что пришли двое головорезов и заставили Семена выпить отраву. Тот сопротивлялся, кричал, соседи эти крики слышали...

– Ничего не слышали, – покачали головами старушки, греющие косточки под ласковым весенним солнцем на лавочке.

– Ни малейшего крика, – сказала самая разговорчивая из них. – А приходила к нему библиотекарша, точно. В платке, из-под которого выбивалась длинная коса, и в солнечных очках. Пряталась, чего-то боялась. Бочком так прошла, с пакетом. Книги там были? Нет, не похоже на книги. Хотя зрение, милок, у нас слабовато. Может, и книги она ему несла. Елена Ивановна приходила. Кто еще? Из знакомых больше никого. Из незнакомых, может, кто и приходил в подъезд, они разве доложатся? Консьержку нужно нанимать! Взяли бы меня, все равно тут сижу целыми днями.

– Без толку сидишь-то, – встряла другая старушка. – Всех и не упомнила! Пьяный Ванька-слесарь приходил в седьмую квартиру! Меня нужно консьержкой брать.

– Бабоньки, – возразила третья, – я лучше. Я скорую помощь и милиционеров видела сегодня в квартире Сеньки Бубенцова.