Constanta - Игорь Стенин

Единственная и последняя памятная попытка Коли выйти из-под контроля случилась на предновогодней школьной дискотеке. Перед самым её концом, потеряв мальчика из виду, Вика заподозрила неладное. Выбежав в коридор, сразу же увидела его, во главе шумной и весёлой компании, собравшейся разряжать огнетушители. Она успела появиться буквально за секунду до того, как рука Коли была готова дать отмашку пенной буре.

– Коля! – крикнула она.

Встретилась с ним взглядом и, уходя, дала понять: ты – на распутье.

Коля сделал правильный выбор. Огнетушители остались целы. Буря была укрощена. Без особого принуждения и труда – в угоду ангелу.

«Интеграл» тяжело переживала своё поражение. День за днём она видела Колю в компании Виктории – отличницы, комсомолки, примерной во всех отношениях девочки. Отношения развивались. Скрепя сердце приходилось признать: у этой пары было будущее.

Прозвенел звонок. Зов на перемену услышали все, кроме учителя. Погружённый с головой в своё занятие, как заведённый, он продолжал исписывать доску формулами. Уроку, казалось, не будет конца.

Возмущённый, Коля взял учебник, тихонько отвёл руку с ним в сторону и, дождавшись удобного момента, разжал пальцы.

– Бах! – сработал закон всемирного тяготения.

– А-а-а! – взорвалась тишина на задних партах.

– У-а! – подхватил весь класс.

Оглушённый учитель отпрянул от доски, обернулся, поднёс наручные часы к глазам.

– Да, действительно пора, – растерянно заметил он. – Как время летит – прямо бедствие какое-то. – Он поднял глаза на класс. – Все свободны. И прошу вас – не забудьте про домашнее задание.

Несмотря на суету, охватившую класс, за партой Вики и Коли царил покой. Под её пристальным взглядом, прямой и неподвижный, смотря вперёд, он изображал полную безучастность.

– Хватит притворяться! – толкнула она его. – Знаю – твоя работа.

Коля пошевелился.

– Но, если по-честному, – продолжила Вика, – то для физики вполне хватит и сорока пяти минут.

Вдохновлённый её словами, Коля мигом преобразился, сжал кулаки и, потрясая ими, запел:

– В нашем смехе и в наших слезах,

И в пульсации вен – перемен!

Мы ждём перемен.

Выйдя из класса, они отправились в столовую. За обедом стояла большая очередь, терять время попусту не хотелось и они решили обойтись без первого и второго, перекусив в буфете, чем придётся. Вика заняла места за свободным столиком, Коля пошёл за едой.

Вскоре на столике появились ватрушки и компот. Разглядывая стоящий перед собой стакан, Вика поморщилась – внутри плавала большая розовая медуза.

– Компот абрикосовый, – сказал Коля, заметив её реакцию. – Это абрикос.

Вика выудила медузу из компота ложечкой и осторожно положила её на край тарелки с ватрушками.

– Хочешь – ешь, – предложила она.

Теряя воду, медуза начала расползаться.

Коля поспешил вооружиться ложечкой и принялся окучивать её, пытаясь поднять и отправить в рот. Медуза отчаянно сопротивлялась.

Наблюдая за их противостоянием, Вика внезапно ощутила беспокойство. Прилив. Волнение тайной стихии внутри. Стихии, живущей по своим законам и правилам, и проявляющейся всегда спонтанно, неожиданно, без предупреждения. Чаще, когда они оставались с Колей наедине.

Однажды всё зашло слишком далеко. У неё отчаянно забилось сердце, пошла кругом голова и она чуть было не потеряла сознание, перепугав и себя, и Колю. Тут же покончив с поцелуями, они освободились из объятий друг друга, сели порознь и долго приходили в себя. Уже потом, спустя время, дома, наедине с собой, почти позабыв про пережитое, она обнаружила их – тайные знаки большого прилива. Будь осторожна, уходя, предупреждали они, море огромно, родников, питающих его не счесть, томлению взаперти оно предпочитает волю.

Наконец, с большими ухищрениями Коле удалось победить медузу. Аккуратно и бережно он поднёс её ко рту.

Вика опустила глаза. Достигнув своего пика, волнение постепенно сходило на нет.

– Вкусно! – поделился своими впечатлениями об абрикосе Коля.

Очнувшись, Вика потянулась к ватрушке, надкусила её, пригубила компот.

– Сегодня хорошая погода, – сказала она. – Давай погуляем в парке.

– Давай, – согласился он.

Прошло три дня с прошедшей встречи. Старые розы, ведя схватку со временем, слегка увяли. Новые, заняв место рядом и словно подбадривая их, были изначально свежи и белы.

Илона улыбалась.

– Разомнёмся стряпнёй? – предложил Степан.

– Это лишнее, расслабься. Обед готов – мама постаралась перед дежурством.

Удовлетворённо кивнув, Степан подошёл и обнял её. Она не сопротивлялась.

– Тогда я начну побеждать, – заявил он, приободряясь.

– А справишься?

– Не беспокойся. Я занимался самбо, целых пять лет.

– Странно, в газетах об этом ничего не писали.

– Скромность украшает чемпионов.

– А по-моему, всё как раз наоборот, – сказала она, отступая к тахте.

Он наступал. Шаг за шагом путь сокращался, слова иссякали и, наконец, исчерпав все лимиты пространства и общения, они оба упали на тахту.

Домой он вернулся поздно. Метро уже не работало, пришлось добираться на попутках.

Утром его разбудила сестра. Больше он не уснул. Уставившись в потолок, лежал и старался прогнать мрачные мысли прочь.

Накануне он пресытился борьбой допьяна. Однако любовный омут остался взаперти.

– Санитарный день, – лукаво улыбаясь, объяснила Илона.

Глава восьмая

Вечерело. В квартире Боронка горел свет. На маленьком мягком диванчике перед ним сидела Алёна – запахнутая в домашний халат, чистая, обаятельная, тёплая. Прелюдией яркого романтического настроения струились по плечам распущенные белокурые шелковистые волосы. Велик соблазн… Но Боронку было не до того. Он ждал звонка. Ночь обещала добычу. Четыре раза в неделю без сна – он разгружал вагоны.

…Детский сад, работа воспитателем. Всё светлое время суток на ногах в суете и заботах. Вечером – пустая комната в коммуналке. Так, коротая дни, жила-была Алёна, одна-одинёшенька.

Однажды жарким летним днём она опомнилась. Пытаясь поймать свой лучик счастья из щедрой горсти солнечного дождя, разорвала замкнутый круг, взяла отгул и отправилась на озеро под Всеволожском.

Он вышел из воды с ластами подмышкой, большой, весёлый, беззаботный. Подойдя и бесцеремонно уставившись, оглядел её всю. Поймав взгляд, сказал, что если она улыбнётся ему, то он сотворит чудо из чудес – подвинет озеро.

Она усмехнулась, легла на живот и притворилась неживой, давая понять, что не верит.

Незнакомец не уходил.

– Я занята, – сказала она. И, прикрываясь полотенцем, добавила: – Мне не нужны ваши фокусы.

– Жаль, – вздохнул он. – Это мой коронный номер. Я тренировался и день, и ночь, всю жизнь.

Она сокрушённо покачала головой – болтун, каких немало, прилип, так просто не отстанет. Повернулась и улыбнулась блеском всех 32-х зубов. Сопроводила улыбку взмахом руки: спектакль окончен, иди двигай своё озеро и сам утони в нём.

Вернуться в исходное положение она не успела. События вышли из-под контроля. В один миг мощная сила подхватила и вознесла её высоко над песком, лицом к лицу с ним – бесшабашным. Он улыбнулся ей, держа на весу в своих дланях.

Долгая секунда оцепенения…

– Спасите! – прошептала она, зажмуриваясь и обхватывая руками его шею.

Он откликнулся. Сомкнул хват ещё крепче и понёс её, легко и непринуждённо, как пушинку, навстречу спасению, одним, только ему ведомым путём.

Спустя время, услышав плеск воды, она решилась открыть глаза. Они шли прямиком в озеро.

– Зачем? – еле слышно спросила она.

– Договор, – ответил он. – Я двигаю озеро.

Не в силах сопротивляться, словно сражённая гипнозом, она потеряла связь с реальностью.

Он вошёл в воду и, рассекая её, двинулся вперёд. Светлое безбрежное царство, даль глубокая, просторы великого блаженного покоя без страха, одиночества и боли открылись перед ней. Явь превращалась в сказку…

Она вышла из пучины, восседая на плечах богатыря.

У неё были с собой бутерброд, помидор, леденец и время. Всё, что она могла предложить ему взамен.

…Телефонный звонок.

Боронок снял трубку.

– Алло! Да, я. Выхожу.

В дверях он остановился. Чувствуя девичье волнение, обнял её, прижал к себе и поцеловал.

– Спи. Не заметишь как пролетит время, придёт утро и новой серенадой я разбужу тебя.

Алёна поправила ему воротник, погладила по руке.

– Не надрывайся там, Тит. Я тебя очень прошу.

Боронок вышел во двор. У телефонной будки стоял мотоцикл «Урал» с коляской. Рядом маячили напарники – братья Четниковы. Оба рыжие, плотные, крепкие, силой и физическим развитием почти не уступающие ему самому. Две половины единого целого. Близнецы Чет и Нечет. Хулиган с серьгой в ухе и миротворец.