Амалрик - Лин Картер

Маленький маг не кричал, потому что два листа залепили ему рот. Ветви стянули его руки и ноги. Он оказался совершенно беспомощен, и мог только извиваться и дергаться, но это было совершенно бесполезно.

Когда ему уже ничего не оставалось делать, кроме как молиться, плотоядное дерево начало готовиться отведать обременяющую его жертву. Именно в этот момент Амалрик прибыл на место начинающегося пиршества. Дерево еще только наполовину подняло мага к к черной путанице ветвей наверху. Там в центре ствола раскрывалась огромная черная яма, подрагивая от вожделения. Гладкая внутренняя поверхность трепещущей пасти блестела от жидкости - явно сильной органической кислоты, скапливавшейся внутри дерева-людоеда и использовавшейся в качестве желудочного сока. Гибкая волокнистая ткань "губ" дерева дрожала все сильней от предвкушения утоления голода.

Ветви приближались к стволу, и Убенидус двигался к горлу хищного растения. Волосы на голове Амалрика вздыбились еще сильнее, он открыл рот и заревел как бык. Он яростно прыгнул вперед, мощно размахнувшись бронзовым жезлом, который с огромной силой ударил о ствол. Дерево пронзительно вскрикнуло и приспустило вниз колдуна. Теперь оно напоминало борющегося человека, а Амалрик осыпал его градом ударов.

Его посох мял и крушил ствол, обнажились мокрые белые внутренние прожилки, путавшиеся увернуться от сокрушительных ударов тяжелого металлического жезла. Лопаясь, они выделяли густую и липкую, но бесцветную кровь.

Дерево дрожало от боли, судорога пробежала по стволу от корней до вершины и кончиков ветвей. Похоже, сильные удары жезла не причиняли ему наслаждения.

Внезапно ствол увернулся, дерево неописуемо изогнулось и вытянуло один за другим свои корни. Они вылезали из мягкой сырой земли с хлюпающим звуком. Когда освободился последний корень, дерево заскользило прочь от амалрика. Его движения были странны и почти незаметны для глаза.

Корни, походившие на белых червей, сворачивались кольцами и, разгибаясь, двигали дерево вперед мелкими скользящими шагами.

Амалрик закусил губу и последовал за убегающим деревом, продолжая бить его изо всех сил. Он видел, что удары жезла повредили и напугали дерево, но, увы, не нанесли серьезных повреждений.

Извивающийся мешок листвы, в котором был запеленут колдун, снова поднялся к мокрым дрожащим "губам".

Амалрик рассвирепел окончательно. Жезл стал липким от бесцветного сока и Амалрик закинул его за спину, заткнув за специальный кушак, а сам, расправив плечи, подпрыгнул, обхватил ствол шагающего дерева-хищника и начал карабкаться туда, где висел Убенидус.

Всего в нескольких дюймах от нетерпеливого влажного рта.

Когда Амалрик добрался до узла, он сильнее сжал ствол ногами и вытянувшись вверх обеими руками принялся разрывать мешок. Ветви казались резиновыми и гибкими, как змеи, они были волокнистыми и очень прочными, скользили в пальцах, и он никак не мог вырвать мага из их хватки. А другие ветви и листья хлестали по нему, пытаясь сбросить вниз. По плечам и спине шлепали жесткие листья, нанося колющие удары. Амалрик не обращал на это внимания, сосредоточившись только на листьях, связывающих Убенидуса. Отлепив кончиками пальцев край одного листа, он с силой потянул. Жесткий лист порвался, показалась часть одежды мага. Амалрик ухватил другой лист и начал его отрывать. Маг резким движением освободил левую руку, а Амалрик одним рывком сумел открыть большую часть тела Убенидуса.

Другие ветви продолжали хлестать и шлепать, напоминая бешеных змей. Они наносили мелкие порезы, листья пилили своими зазубренными краями, стараясь повредить ему достаточно сильно, чтобы он оставил попытку освободить сочную закуску хищного растения, попавшуюся в ловушку.

Дубленая кожа Амалрика безболезненно отражала большинство ударов, но все-таки на его лице и руках появилось множество мелких царапин.

Но все же через некоторое время он порвал все листья, спеленывавшие мага и освободил того.

Убенидус упал на землю, но тут же вскочил и помчался прочь от чудовища. Тяжело дышавший Амалрик неспешно спустился на траву.

Дерево же бежало, пряча свои разорванные листья, теперь на долгое время оно лишилось возможности хватать добычу. Было слышно, кaк шуршали корни, пробираясь через кусты.

Амалрик осмотрел мага. Тот не был ранен, хотя лицо его побагровело, и дышал он с трудом. Его одеяние было перепачкано липким соком листьев, разорванных при его освобождении.

- О, Пат, Понсе и Пазеделах! - с трудом произнес Убенидус, когда его дыхание почти восстановилось. - Давай покинем этот мерзкий оазис, пока нас не съели живьем другие деревья! За всю свою жизнь я не был так напуган и теперь никогда не смогу смотреть без трепета на неоллы и подходить к ним без ножа в руке... Где ты был все это время?! Наверняка ты провел его получше моего! Я был на полпути в желудок этого подлого растения, прежде чем ты начал его колотить. Я определенно не уверен, что ты не специально оставил меня на милость большой неуклюжей пальмы, которая страстно желала обновить меню! Конечно, я знаю, что ты...

Его недовольная речь продолжала размерено и без перерывов течь, но потом он начал запинаться и смолк. Он увидел, что лицо Амалрика помрачнело и проследил направление взгляда человекобога.

- О-о! - только и смог он сказать.

По темным пескам двигался отряд людей одетых в одеяния с капюшонами. Они ехали верхом прямо к ним с максимальной скоростью. Их было не меньше сорока, воинов пустыни, а их лошадьми были длинноногие пресмыкающиеся, называемые попрыгунчиками за особый ритм больших шагов.

Каждый воин сжимал в правой руке поводья своего "коня", а в левой зло и опасно выглядевший лук, с длиной стрелой, увенчанной ужасным зазубренным наконечником наготове. Стрелки пустыни скакали прямо к ним, стоявшим на краю оазиса.

Были то враги или друзья? Ни Убенидус, ни амалрик не имели об этом ни малейшего представления. Но скоро они должны были это узнать.

Очень скоро.

2.ПЫШНОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО КОЧЕВНИКОВ ПУСТЫНИ

Было ясно, что добраться до глагоцита раньше, чем их настигнет орда воинов пустыни, они не успеют, они даже и не пытались это сделать.

Амалрик неторопливо освободил свой жезл, а тощий маг сжал в кулаке остатки своих волшебных средств. Они приготовились защищаться.

Один из воинов подъехал к ним и натянул поводья, останавливая своего скакуна. Попрыгунчик завизжал, как паровой свисток, откинул голову назад на чешуйчатую спину и забил передними лапами в воздухе. Всадник соскочил на землю и подошел к ним. Это был молодой красивый человек с узкими черными глазами. Лицо его украшали великолепные шелковисто-черные усы. На нем были многослойные одежды из шелковистой пурпурной шерсти, на которых было множество толстых ниточек такой же длины, как человеческая рука. Бахрома его одежд казалась потертой.