Аллоды. Большая игра - Дмитрий Янковский

Все это Эльвин отмечал по пути, стараясь как можно больше всего запомнить, на случай непредвиденных ситуаций. Но вскоре понял, что занимается бессмысленным делом – помещения и коридоры были так перепутаны, что, без должного опыта пребывания в этом огромном подвале, площадью в несколько кварталов, удержать в голове нечто вреде схемы все равно не получится. Оставалось надеяться лишь на скорость тактического мышления, если что. Впрочем, все могло обойтись и вообще мирно.

Наконец, один из коридоров кончился тупиком, точнее, привел в небольшую квадратную комнату, в которой не было ничего, кроме массивного деревянного кресла с высокой спинкой. Канийцы и гибберлинги, держа оружие наготове, выстроились полукругом у входа.

– Садись! – приказал Эльвину один из канийцев, недвусмысленно указав на кресло.

– Кандалы с меня собираются снять? – как можно более спокойным тоном поинтересовался Эльвин.

Беззаботно в кресло сесть не получилось, а уж вольготно развалиться в нем – и подавно. Не та конструкция. Узкое пространство между подлокотниками едва давало возможность дышать, а спинка, прямая и высокая, как сторожевая башня на кромке аллода, заставляла клониться вперед и горбиться, особенно с учетом невозможности расправить крылья из-за примыкающих к спинке подлокотников.

– Про кандалы мне ответит кто-нибудь? – с большей настойчивостью спросил Эльвин. – Руки посинели. Не видите?

Руки действительно посинели и отекли, а каждый удар сердца отдавался в пальцах болезненными уколами.

Ответа на вопрос снова не последовало, но вскоре полукольцо разбойников разомкнулось, пропустив к креслу незнакомого пожилого канийца в длинном темно-синем плаще. По его спокойному взгляду Эльвин заподозрил в нем мага.

– Руки! – едва слышно произнес старик.

Эльвина не надо было упрашивать, и он охотно поднял скованные кандалами запястья. Но моментального чуда не произошло. Маг довольно долго манипулировал над кандалами, сосредотачивая магическую энергию и воплощая ее в заклинания, но разомкнуть стандартные кандалы, какими пользовались все стражники Лиги, оказалось не просто. Эльвин понял, зачем понадобился весь спектакль с его доставкой в притон. Там, у Офицерской Башни, в нападении участвовал маг, поднаторевший в боевых заклинаниях, здесь действует другой, более способный в области разрушения чужих чар. Но ни тот, ни другой не имели достаточной силы для большей универсальности.

Наконец, кандалы разомкнулись и упали у ножек кресла. Эльвин с наслаждением размял кисти рук. Однако, хоть и наступило некоторое облегчение, в голову к нему закралась нехорошая мысль. Она породила эмоции, показывать которые не следовало, поэтому Эльвин массировал пальцы чуть дольше, чем оно требовалось, сосредоточив на них все внимание окружающих.

Мысль заключалась в том, что если бы разбойники были наняты Советом Лиги, чтобы выведать утаенные эльфами подробности столкновения в астрале, им бы предоставили достаточно компетентного мага. А не такого, который будет, обливаясь потом, ковыряться с магическими крепами на кандалах. Ведь система самозатягивающихся оков была разработана магами Лиги, и любой из них, зная секрет, мог бы разомкнуть кандалы без труда.

Но этого не произошло. И это наводило на серьезные размышления. Впрочем, раздумывать было некогда, и Эльвин просто мысленно поставил себе зарубку – помнить об этом факте крепко и ждать других событий, с которыми его можно будет связать.

– Попрошу нас оставить наедине, – раздался под сводами комнаты сильный мужской голос.

Полукольцо разбойников колыхнулось, а маг почтенного возраста поменялся в лице и вытянулся по струнке, повернувшись спиной к пленнику. Уже через несколько секунд разбойники скрылись в темном проеме двери, а следом за ними, кряхтя от усердия, выскользнул из помещения и старичок в синем плаще.

«Вот и начальство», – подумал Эльвин.

И не ошибся. В комнату, чуть пригнувшись, шагнул широкоплечий высокий каниец, весь вид которого указывал на принадлежность к высшему обществу, а не к местным отбросам. На нем был шикарный темно-зеленый костюм, отороченный мехом и бархатом, а на поясе, расшитом золотыми нитями, висел массивный кинжал, скорее всего старинной работы. Да и держался мужчина с большим достоинством.

С одной стороны, это произвело на Эльвина впечатление, с другой, какая-то деталь, которую он пока не в состоянии был до конца осознать, смутила его. Подумав, Эльвин пришел к заключению, что в образе вошедшего канийца все было «слишком». Слишком богатый костюм, слишком дорогой кинжал и слишком уж, на показ, гордая осанка и поступь. В образе сквозила определенная мера театральности. Но что было причиной тому? Желание произвести на пленника впечатление? Но зачем? Эльвин и без того ощущал себя впечатленным в высшей степени всей чередой произошедших событий.

– Простите, представиться не могу, – произнес каниец отлично поставленным голосом. – По целому ряду причин. Простите меня?

Он театрально развел руками и улыбнулся.

Эльвин не ответил. Вопрос определенно носил риторический характер.

– А вы Эльвин ди Гран, капитан астрального флота, командор патрульной эскадры… – Вошедший сделал еще несколько шагов, продолжая улыбаться. – Еще раз вынужден попросить прощения за столь необычный способ, что называется, знакомства. Но мы, канийцы, в высокой степени стеснены в средствах на эльфийских аллодах. Пришлось прибегнуть к помощи, если так можно выразиться, асоциальных городских элементов. Но, так или иначе, вы теперь свободны.

– Свободен? – не скрывая иронии уточнил Эльвин, сгорбившись в неудобном кресле.

– Безусловно. Мы, как бы точнее выразиться, были обеспокоены столь несправедливым решением трибунала…

– Как вы о нем вообще узнали? – напрямую спросил Эльвин.

– Ох, ну что вы… Я же не собираюсь лишать вас жизни, а потому часть секретов должно остаться секретами. Думаю, это справедливо. А факт остается фактом. Как только мы узнали о произошедшем, я вынужден был…

– Секреты секретами, – оборвал его Эльвин. – Но вот вранья не надо. Очень вас прошу. Иначе сложно будет продолжить беседу. Вы не могли, узнав о решении трибунала, столь быстро подготовить нападение на тюремный экипаж. То есть, вы лжете.

Каниец осекся. Его нижняя челюсть зашевелилась, словно он пытался незаметно разжевать кусок пищи, которого, на самом деле, во рту у него не было.

– Кхе, – выдохнул он через пару секунд. – Да, конечно. Мы не знали о решении трибунала, но предполагали, что оно может быть таким. Поэтому спланировали нападение заранее.

– И какие же у вас были основания предполагать такое? – Эльвин даже не пытался скрыть иронии.