Моя любимая ошибка - Нора Робертс

Лицо Алекса исказилось от страха, и с перепуга он заговорил по-русски:

— Нет, Яков, не надо. Мы же двоюродные братья, а наши матери — родные сестры. Мы одной крови.

— Ты позоришь свою мать и весь род. На колени, мерзавец!

— Нет, не надо!

Второй мужчина сбил Алекса с ног и швырнул на пол.

— Умоляю, не надо! Мы же одна семья, дайте мне шанс!

— Да-да, умоляй пощадить твою никчемную жизнь. Я бы позволил Егору разорвать тебя на мелкие кусочки, но дядя просил проявить милосердие. Ради сестры.

— Ради бога, будьте великодушны!

— Вот тебе великодушие. — Короткий выхватил из-за пояса револьвер, прижал ствол ко лбу Алекса и выстрелил.

У Элизабет подкосились ноги, и она упала на колени, зажимая рот рукой, чтобы не закричать.

Короткий приставил револьвер к виску Алекса и выстрелил еще два раза.

Он совершил убийство с удивительным хладнокровием, его лицо застыло, словно маска из камня. Но неожиданно насторожился и бросил быстрый взгляд в сторону кухни.

— Ох, Алекс, мне нехорошо. Хочу прилечь, или, может, нам лучше… а вы кто такие?

— Мать твою! — выругался Короткий и дважды выстрелил в Джули. — Почему не предупредили, что у него в доме шлюха?

Спутник Короткого подошел к лежавшей на полу Джули и, покачав головой, сказал:

— Совсем молоденькая.

— Ну, старость ей не грозит.

Перед глазами Элизабет поплыл туман. Нет, это дурной сон, ночной кошмар! Из-за выпитого алкоголя и приступов рвоты. Вот сейчас она проснется, и все будет по-прежнему. Скорчившись в темном углу, она смотрела на тело Алекса. Крови почти нет. Если бы этот ужас случился на самом деле, крови было бы гораздо больше. Разве не так?

Просыпайся, просыпайся, просыпайся!

В этот момент в комнату зашел Илья, и стало еще страшнее.

Сейчас его тоже убьют. Тот ужасный тип пристрелит его, как Алекса и Джули. Надо как-то помочь Илье, надо…

— Черт побери, что вы натворили?

— Выполнили приказ.

— Вам приказали сломать ему руки и сделать это завтра вечером!

— Ситуация изменилась. Наш осведомитель сообщил, что Алексей снюхался с копами.

— Вот чертов ублюдок!

Элизабет с ужасом наблюдала, как Илья пинает ногой тело двоюродного брата.

Значит, он один из шайки. Он заодно с убийцами.

Илья остановился и, откинув со лба волосы, бросил взгляд на труп Джули.

— Мать вашу! А без этого нельзя было обойтись?

— Девчонка нас видела. Нас предупредили, что девка Алекса ушла с другим.

— Да, а этой крошке не повезло. Алекса потянуло на свеженькое. А где вторая?

— Какая еще вторая?

Прекрасные черные глаза Ильи стали ледяными.

— Их было двое. Вот эта и другая, брюнетка с короткой стрижкой, в красном платье, Егор.

Кивнув, крупный мужчина вытащил нож и направился в сторону лестницы. Илья жестом указал на кухню, и, повинуясь приказу, Короткий двинулся туда, а сам Илья прошел к двери, ведущей на террасу.

— Лиз, — тихо позвал он. — Все хорошо, не бойся. Выходи.

Он вынул из ботинка нож и, пряча его за спиной, вышел на террасу.

Заметив туфельки Элизабет, он обследовал террасу, бросился к перилам.

— Никого нет, — появившись в дверном проеме, объявил Короткий.

— Девчонка была здесь. Найди ее.

4

Элизабет бежала, не разбирая дороги. Широко раскрытые глаза словно остекленели, из легких с болью вырывался воздух вперемешку с рыданиями. Она впилась пальцами в горло, чтобы заглушить рвавшийся наружу крик. Если ее услышат, то поймают и убьют. Как Джули.

Девушке стоило большого труда побороть инстинктивное желание выбежать на дорогу. Ведь у Ильи может быть целая шайка сообщников. И как знать, возможно, машина, которую она попытается остановить, тоже принадлежит бандитам. И дверь, в которую она станет отчаянно стучать кулаками, откроет один из приятелей Ильи.

Нужно бежать со всех ног и как можно дальше, а потом найти подходящее укрытие.

Элизабет, не раздумывая, перелезала через попадавшиеся на пути заборы, продиралась сквозь густой кустарник. Израненные о камни босые ноги кровоточили и саднили, но она сдерживала крики боли и отчаяния. Стараясь укрыться от лунного света, она, словно крот, выискивала темные уголки.

Вот она пробежала по чужому двору под бешеный лай собаки.

Только бы не услышали и не догнали.

Ни в коем случае нельзя оглядываться.

Что-то вонзилось в бок. Элизабет наклонилась вперед, на секунду решив, что получила пулевое ранение. Она лежала на земле, поджав колени, а из груди вырывалось обжигающее горло дыхание.

Слава богу, это всего лишь судорога, за которой тут же последовал приступ неукротимой рвоты. Встав на четвереньки, она ловила воздух ртом: позывы рвоты вызывали острую боль в пустом желудке. Еще секунду, и ее вывернет наизнанку.

«Ничего особенного, обычное состояние шока», — убеждала себя Элизабет, стуча зубами от страха и холода. Несмотря на катившийся градом пот, все тело била дрожь, сердце бешено колотилось, а перед глазами стоял туман. Да, она находится в состоянии шока, и в данный момент необходимо взять себя в руки, остудить мозг и начать думать.

Желая согреться, Элизабет принялась энергично растирать руки и одновременно старалась выровнять дыхание. Затем она поползла по земле в поисках сумочки, оброненной при падении. Элизабет точно помнила, что сумочка была у нее в руках, а значит, она не утратила способности соображать.

Надо немедленно вызвать полицию и попросить помощи.

— Вынь телефон, — приказала себе Элизабет, пытаясь успокоиться. — нажми на кнопку и расскажи… расскажи все…

— Девять, один, один. Что у вас случилось?

— Помогите. Помогите мне.

– Что именно с вами случилось?

— Он их застрелил. — Из глаз градом хлынули слезы, заглушая голос. — Застрелил их, а я убежала.

— Мэм, вы заявляете об убийстве с помощью огнестрельного оружия?

— Он убил их. Убил Джули. А я убежала.

— Я немедленно высылаю на помощь бригаду. Сообщите, где вы находитесь.

— Не знаю. — Элизабет прикрыла рот рукой, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. — Я бежала, бежала… полагаю, сейчас нахожусь недалеко от Лейк-Шор-драйв. Подождите! Ради бога, подождите, не кладите трубку!

— Я жду. Как вас зовут?

— Элизабет. Элизабет Фитч.

— Элизабет, вы что-нибудь узнаете? Можете назвать какой-нибудь ориентир или адрес?

— Сейчас поищу. Я нахожусь за домом. Серый каменный дом с башенками. — Она захромала к дому и вышла на участок, освещаемый фонарями. — Здесь заасфальтированная подъездная дорога и большой гараж. Еще крыши… и сады.