Тайновидец. Том 4: Обратное течение - Алекс Рудин

— Да вот хотя бы в акции артефакторных мастерских. Буквально на днях его сиятельство граф Мясоедов лично объявил о выпуске дополнительных акций. Он собирается привлечь капиталы, чтобы расширить свое производство холодильных шкафов. Вы слышали об этом?

— Холодильные шкафы Мясоедова? — спросил я. — Это интересно.

— Еще как! — подхватил управляющий. — Предприятие очень надежное, не сомневайтесь. Мы и сами собираемся приобрести эти акции на внушительную сумму.

— Но сегодня я не настроен заниматься делами. Просто сопровождаю даму. Она хотела бы проверить состояние своих счетов.

На лице управляющего промелькнуло разочарование и мгновенно исчезло.

— Конечно, конечно.

Он повернулся к Елизавете Федоровне.

— Будьте любезны удостоверить вашу личность.

Следуя моему примеру, девушка положила руку на хрустальный шар.

— Елизавета Федоровна Молчанова, — четко произнесла она.

— Одну минуту.

Управляющий снова зашелестел бумагами. Когда он поднял голову, его лицо выражало сожаление.

— Ваши счета совершенно пусты. Остаток вы сняли четыре дня назад, и с тех пор платежи не поступали.

Елизавета Федоровна прикусила губу.

— А до этого платежи приходили регулярно? — поинтересовался я.

— Сожалею, Александр Васильевич, — развел руками управляющий. — Но я не вправе открывать эту информацию, даже вам. Она касается другого клиента. Может быть, Елизавета Федоровна сама ответит на ваш вопрос?

— Я разрешаю вам открыть эту информацию Александру Васильевичу, — сказала Молчанова. — Или скажите мне.

Управляющий удивленно посмотрел на девушку, потом перевел взгляд на меня.

— Ваше сиятельство, я вынужден просить объяснений. Что здесь происходит?

Моя магическая способность говорила о том, что он насторожился. Банковские служащие подозрительны, это входит в круг их профессиональных обязанностей.

Конечно, я мог бы узнать необходимую информацию через Зотова, но не хотел раньше времени дергать Никиту Михайловича по таким пустякам.

— Не берите в голову, — добродушно улыбнулся я. — Просто у девушки расходы не сошлись с доходами. Знаете, такое часто бывает. Пустяки. А что касается акций графа Мясоедова, есть там одна любопытная новость…

— Какая? — навострил уши управляющий.

— Неважно. Мы уже уходим. Не хочу тратить ваше драгоценное время, Аркадий Семенович.

— Подождите, — занервничал управляющий. — В конце концов, это просто формальность. Вы же понимаете, что у банка строгие правила. Но госпожа Молчанова подтвердила свою личность, так что все в порядке.

Он снова зашелестел бумагами.

— Ну, вот все и выяснилось. Платежи поступали каждую пятницу. В последний раз — два месяца назад.

— Откуда? — как бы между прочим поинтересовался я.

— Из редакции «Магических сплетен». Знаете, это вечерняя газета, очень популярная среди горожан. Даже я иногда читаю по вечерам.

— Наслышан о ней, — улыбнулся я. — Что ж, благодарю за помощь. Всего хорошего, господин управляющий.

— Подождите! А что за новость про акции Мясоедова?

— А я уже и забыл.

Я оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. Управляющий наклонился ко мне через стойку и вытянул шею.

— Ходят слухи, — тихо сказал я, — что скоро на рынке могут появиться холодильные шкафы совершенно новой конструкции. Но это недостоверная информация. Не думаю, что вам нужно обращать на нее внимание.

— Вы поэтому не хотите приобретать акции?

— Я стараюсь быть осторожным, — улыбнулся я. — И вкладываю деньги исключительно в предприятия нашего рода.

— Это очень разумно, — подхватил Аркадий Семенович. — Благодарю за совет, ваше сиятельство! Если я еще чем-нибудь могу быть вам полезен, вам стоит только сказать.

— Благодарю вас, больше нам ничего не нужно.

— Вот теперь точно понятно, что я нищая, — печально усмехнулась Елизавета Федоровна, когда мы вышли на улицу. — А еще меня уволили со службы. Или я сама уволилась. И поэтому перестали поступать платежи.

— Отличный логический вывод, — улыбнулся я.

— «Магические сплетни», надо же! Это ведь они печатают репортажи о магических расследованиях? Интересно, кем я там работала? Мне почему-то кажется, что я была репортером. Может быть, я даже о вас писала, Александр Васильевич?

— Может быть. Ну, что будем искать дальше? Или вы устали?

— Ну, уж нет! — тряхнула рыжей челкой Елизавета Федоровна. — Я не успокоюсь, пока не выясню о себе все.

— Вы точно были репортером, — рассмеялся я. — Можете в этом не сомневаться.

— А зачем вы в банке сказали, что скоро появятся новые модели холодильных шкафов? — с любопытством спросила девушка. — Хотели наказать Мясоедова за то, что он украл изобретение инженера Изюмова?

— Нет, — усмехнулся я. — Всего лишь беспокоился о капиталах нашего рода и крепости Империи. Они хранятся в Имперском банке — как и деньги его величества… Если банк купит акции Мясоедова, а Изюмов все же доберется до Игоря Владимировича, то банк может потерять деньги.

— А если не доберется?

— Ну, идея-то никуда не денется. Если ее можно превратить в деньги, мой дед именно так и поступит.

— А что будем делать мы? — спросила Елизавета Федоровна. — Едем в редакцию «Магических сплетен»?

Я покачал головой.

— Ни в коем случае.

— Почему? — удивилась девушка.

— В редакции «Магических сплетен» полно ваших бывших коллег. Они отлично вас помнят и очень удивятся тому, что вы их забыли. А ведь они репортеры — значит, завтра же в «Магических сплетнях» появится статья о вас.

— Что же делать?

— Есть один человек, который может нам помочь, — улыбнулся я.

Глава 8

— Кого мы ждем? — с любопытством спросила Елизавета Федоровна.

— Вашего коллегу, — улыбнулся я. — Как-то он попал в неприятную ситуацию, гоняясь за магической сенсацией, а я помог ему выпутаться.

Мы сидели в трактире неподалеку от Имперского банка. Елизавете Федоровне очень хотелось поехать в редакцию «Магических сплетен», но я ее остановил.

— Мы же можем только взглянуть на редакцию с улицы, — предложила она.

Я покачал головой.

— Не нужно, чтобы сотрудники газеты вас видели. Да и меня тоже. Предлагаю перекусить и отдохнуть.

Я выбрал столик, из-за которого было удобно наблюдать за входной дверью и заказал нам воздушный омлет с курицей и овощами. Себе взял кофе, а Елизавете Федоровне — ее любимый яблочный компот.

С самого утра у нас во рту не было ни крошки. Тем не менее, Елизавета Федоровна ела неохотно.

— Кусок