Громриловые кружки (СИ) - Ворон Дмитрий

Лето и арбалеты

Хотя некоторые (в основном эльфы) возражают против этого, гномы по сей день заявляют, что победили в Войне Отмщения. Однако война стоила обеим сторонам сотен тысяч жизней, а также навсегда потерянных городов, крепостей, сокровищ - и, наконец, могущественных союзников в лице друг друга. Ни одна из сторон конфликта больше никогда в истории не достигала прежних высот величия— Великая библиотека Альтдорфа История Старого Света

Рихард Багман изучал горный пейзаж, прикрыв глаза от сияния бледного солнца Караз Анкора рукой в латной перчатке. Переведя взгляд с заснеженной тропы на склон холма, он заметил суетливое движение — один из иноземных соглядатаев нырнул за валун.

— Вижу, наши лесные друзья все таки нас нашли, — сказал Фирд.

Рихард взглянул на рейнджера. К счастью братья были живы и Бьёри спасён. Отряд из сорока пяти воинов, рассевшиеся на скалах и в пещере у него за спиной — хороший оборот событий после засады, устроенной ходячими растениями… или эльфами? Снорс и ещё четверо храбрых гномов погибли… Пленный и его дружки ответят за смерти, которые понёс отряд.

— Дриады не отстанут, — сказал Рихард. — Они безумны и ненавидят гномов.

— Я слышал, они мучают пленников и крадут эльфийских детей, — заметил Хирд.

Это не стало для Рихарда сюрпризом. Атель-Лорен был опаснейшим местом, населенным чудовищными созданиями. Даже сильнейшие экспедиции не могли справиться с чарами и духами обитающими в этом лесу. Хотел бы он выбросить из головы воспоминания, об этом страшном месте, но память гномов надёжна словно их изобретения… Вместо этого он снова покосился на гребень холма: дриад прибавилось, причем заметно. Их движения напоминали Рихарду искаженные тела эльфов, а местами людей.

Соглядатай дриад вновь вынырнул из-за валуна и направился к основной группе.

— Я мог бы пронзить болтом затылок этой твари, — произнес Бьёри.

Рихард улыбнулся, не разжимая губ.

— Пусть идут, если пожелают. В случае нападения мы докажем, что это решение было ошибочным. В противном случае не трать драгоценные стрелы. — Он обернулся взглянув на связанного пленника. — Сейчас наша цель разобраться с их хозяевами.

Бьери отвернулся и направился к связанному Лианэлю. Погруженный в тишину Рихард снова сосредоточился на окружающем ландшафте. Эльф пленник, множество опасных луков может укрываться за любым холмом. Рихард уже видел подобное раньше.

***

Хотя с времён войны Бороды прошла не одна сотня лет, Рихард помнил всё, как будто это случилось вчера… нет, всего несколько часов назад. Воспоминания о том ужасном дне, когда он впервые увидел истинное лицо эльфов, были еще очень свежи.

Никто тогда не понял, с чем они столкнулись на самом деле. Они решили, что эльфы — лишь временная угроза, изнеженная и слабая. Сочли Ултуан просто самонадеянными предателями. Так подумали многие.

Пленный Лианэль напомнил Багману о первой встрече с эльфийским войском. Он помнил смрад благовоний Тор-Алесси так же отчётливо, как запах дубовых бочек среди складов отцовской пивоварни. Город казался слишком большим и наполненным магией, чтобы противостоять ему. Доспехи гномов сияли при приближении, точно от летнего солнца, от магии излучаемой им. Тогда маленький Рихард, повсюду следуя за отцом, увидел истинное величие гномьей армии и тех, кто вскоре приплыл на защиту своих колоний.

То была лишь одна из тысячи схваток. Во время Войны Бороды навидался ужасов: горели леса, гибли армии. Он усвоил урок: с теми, кто ищет силу в извращенной магии и предаёт дружбу не может быть компромиссов. Их надлежит искоренить, сокрушить, умертвить прежде, чем они смогут погубить невинных или обманом завладеть народными сокровищами.

Но даже Багман не знал, что стало истинной причиной войны. Как жаль, что и остальные не обладали ясностью взора: умерь они свою гордыню, и не возникло бы необходимости в вражде сейчас. Если бы Тёмных эльфов разоблачили бы сразу, как только их порочная суть проявилась впервые, удалось бы сохранить бесчисленное множество невинных жизней.

Вместо этого народы прислушались к гордыне короля Готрека и Каледора. Эти двое не уступали друг другу снова и снова, даже когда исход войны стал для всех очевиден. Победа гномов над Фениксом стала лишь отсчетом для скорого сокрушительного поражения.

Готр Гурниссон бывший гном-инженер из Восьми-Пиков-Карака говорил об этом так:

«Мы выдворили их из лесов и изгнали с земель. С кем после этого стало торговать? Торговля между нашими народами, несмотря ни на что, была источником большого богатства. Хуже того, для всего народа потери были намного большими, чем для наших торговцев. Лучшие воины трёх поколений пали в этой ожесточённой борьбе… Пока мы воевали с нашими неверными союзниками, тьма набирала силу. Мы устали от войны, когда чёрные горы извергли облака пепла. Небо было затянуто облаками, и солнце скрыло свой лик. Наши посевы погибли, а скот заболел. Наш народ вернулся в свои безопасные города, а из самого сердца нашего царства, из того места, где мы считали себя самыми сильными, вырвались скавены и зеленокожие»…

Рихард фыркнул. Конечно и до гномов со временем дошли слухи о кознях Малекита. Если верить этим россказням, гномы были всего лишь орудием колдуна. Из-за этого жалкого эльфа они потеряли тысячи храбрых воинов и свою Империю…

И ради чего?

От ярости Рихард стиснул зубы. Эльфы Ултуана тоже заслужили смерти как и их тёмные братья. Пуская времена изменились, а ярость народов поутихла и порой даже торговля между враждующими народами случается в далеких краях…

Это ничего не меняет, ничего…

Из задумчивости Рихарда вывел звук, донесшийся справа. Дриады подступали. Они прижимались к снегу, используя неровности рельефа, чтобы избежать атак магией или обстрела из арбалетов. Похоже, эти твари были умнее, чем предполагал Рихард. Впрочем, это не имело особенного значения, учитывая их численность. Он же сейчас не мог позволить себе потерять даже одного воина. Подняв руку, жестом приказал достать оставшиеся гранаты.

«Что эти проклятые неженки забыли в Караз Анкоре? Неужели думают умыкнуть корону короля Феникса»?!

В этом и заключалась проблема — понять истинные помыслы лесного Эльфа. Никто в здравом уме не сумеет постичь, что эти маньяки затеяли на самом деле. Разум предателей поселившихся в лесах настолько искажен заносчивостью и силой магии, которую они так жаждали, что логика поступков эльфов ускользала, и это было проблемой. Единственный для охотника способ гарантированно схватить добычу — понять ее.

Предатели! Все они предатели, готовые вероломно напасть на союзника и даже не выплатить виру за козни своих собратьев. Громриловые кружки не погибнут здесь, в битве с этими тварями!

— Рихард Багман! — ворвался в его размышления голос Фирда.

— В чем дело? — спросил предводитель.

— Вон там!

Палец Фирда указал направление. Последив за ним взглядом, Рихард увидел скопление дриад на склонах холмов. В очередной раз послав проклятие предателям, он покричал:

— Приготовиться к бою!

***

Рейнджеры со своим предводителем во главе заняли позиции вокруг пещеры. Рихард изучал лица воинов, отметив, взгляды устремлённые на врага с холодной и смертоносной решимостью. Сердце предводителя преисполнилось гордости. Гномы были окружены, враг превосходил их числом, но, даже столкнувшись с сотнями монстров из лесного мира, они не испугались. Некоторые уже приготовили топоры и кинжалы. Хирд и Фирд заложили оставшиеся запасы взрывчатки, чтобы встретить врага по рейнджерской традиции.

Бьёри все возится с пленным в пещере… возможно хочет его убить? Что ж… это будет даже милосердно.

Рихард прикинул шансы. Встать и принять бой означало оказаться гарантированно разбитыми — число дриад было огромно. Их явно что-то потревожило.