Разлюбившему смерть - Виолетта Якунина

И она, подмигнув подруге, пошла в кухню за минералкой – те бутылочки, которые они прихватили с собой, девушки уже выпили.

– Да я не о Пашке в частности, а о ситуации в целом! – отмахнулась Светка. – Я вот, пока себе мужа выбирала, о детях не думала, все хотела найти умного, доброго, богатого. А недавно спохватилась – а времени-то для воспроизведения потомства у меня почти и не осталось! Уже тридцать три на носу! И решила – рожу от Жорки, он красивый, здоровый, не курит, парусным спортом занимается…

– И отчего же не родила? – спросила Регина.

– Не получилось. Я здорова, он здоров, а бэбик не получается, я даже к врачу ходила, он сказал, что это, может быть, из-за несовместимости наших организмов. Ну не подходил он мне в качестве производителя!

– Ты ж говорила, что он не работал, на шее у тебя сидел! – припомнила Дашка.

– Да это не главное, я сама хорошо зарабатываю и могла бы содержать семью, даже сидя в декрете. Сейчас няню найти – не проблема. Беда в том, что я не могла получить от него то, что задумала. Я старалась, а результата – ноль. А тут еще и его воровские наклонности…

Все какое-то время молчали. Слушали, как вокруг с жужжанием носятся мушки-букашки, смотрели, как по небу плывут облака, думали над Светкиными словами.

– Ой, девочки, вы такие все серьезные, такие продуманные, все наперед просчитываете. Я рядом с вами самой себе бабочку напоминаю: порхаю, порхаю, ни о чем не думаю! – засмеялась Аленка, раздавая подругам бутылки с водой. – Увидела Лешку, влюбилась, забеременела, родила… Лешка исчез, я пострадала немного – и снова влюбилась. Но с Микаэльчиком у меня промашечка вышла: не тот мужик оказался. Другая бы в депрессию впала. А я все равно верю, что где-то меня ждет большая светлая любовь!

– Есть одна китайская пословица: «Если вы любите кого-то – отпустите его на свободу. Если он возвращается к вам – он ваш; если нет – он никогда не будет вашим», – сказала Светка. – Это отличный метод проверить, кто именно рядом с тобой находится.

– А я не думаю, что можно что-то просчитать, – сказала Дашка. – Вот я, например, за первого мужа замуж выходила, думала – отличная партия. Он инженер, работает в крупной строительной компании… Что может быть стабильнее? Кто мог предположить, что ему та командировка на Кубу подвернется? Уже и Союз давно развалился, и контракты такие ушли в прошлое. Ан нет! Нате вам командировку, нате вам американскую туристку с подружками, нате вам любовь и страсть в одном флаконе. И где мой инженер нынче? В штате Невада – вот где! Очередных близнецов воспитывает. – Дашка перевернулась с живота на спину и потянулась всем телом. – А о Витеньке я и говорить не хочу. Я стольких претендентов отфутболила, пока не нашла себе эту цацу! – Она подняла вверх ногу и покрутила стопой из стороны в сторону, словно хвасталась идеальным педикюром. – И ведь все складывалось просто сказочно, сами знаете, я не вру. Ну кто мог предположить, что он в последний момент решит семью свою сохранить?! Как это вообще можно было просчитать?!

– Да никак, – сказала Регина. – Будущего – нет. Есть только «сейчас». Не верите, спросите у моего Пашки. Я долго не понимала – как он может так со мной поступать? Ведь знает, что ни один загул я ему не спущу, и все равно при малейшей возможности пускается во все тяжкие. Я долго не могла понять, почему. Как можно из-за одной ночи терпеть неделями мои скандалы?

– Может, он мазохист? – предположила Светка. – Тогда все логично. Сначала его всю ночь напролет порет плетками девочка в черной коже, потом неделю ты его обрабатываешь. А он балдеет!

– Нет, дорогая моя, все еще проще. Пашка живет рефлексами, причем только в настоящем времени. Для него нет прошлого, которое удержит его от чего бы то ни было. И нет будущего. Есть только «здесь и сейчас». И если рядом с ним оказывается подходящая компания – он с энтузиазмом отправляется в загул; если фокусируется на девице, которая не прочь завалиться с ним в койку, то он тут же заваливается. И в тот момент его мозг даже мысли не допускает о том, что завтра его накажут за плохое поведение. Никакого «завтра» для Пашки не существует.

– Но оно же наступает, когда он приезжает домой, – сказала Аленка, – он падает спать, просыпается, а тут ты – злая, как голодная овчарка. Вот и наступило это неприглядное «завтра»!

– Нет! Он просыпается в своем очередном «сегодня», и в этом сегодня есть я – почему-то злая, как овчарка. А из-за чего? Из-за мертвого «вчера», которого больше для Пашки не существует! Он искренне не понимает, почему я на него злюсь сегодня из-за этого прошлого, которое ни изменить, ни исправить нельзя.

– Кошмар! Ему надо к мозгоправу, – сказала Аленка.

– Зачем? Он абсолютно счастлив, – ответила ей Регина.

– Невероятно завидую таким людям! – воскликнула Светка. – Как бы я хотела отключить мозги и жить в свое удовольствие, не копаться в прошлом, не строить планы на будущее… Просто жить и радоваться тому, что имею.

– Это вообще самое правильное, что только может сделать для себя человек, – сказала Дашка. – Жить сиюминутно.

– А я вот сиюминутно спать захотела, – сказала Регина. – Что делать?

– Спать! – ответила ей Дашка. – Тем более что я тоже спать хочу.

– Ой, и я, – сказала Аленка.

– И я! – засмеялась Светка. – Как хорошо, оказывается, заявить вслух о своем желании, а не мучиться из-за переизбытка хороших манер.

И они снова расползлись по спальням, договорившись, проснувшись, поехать в город, на выручку к Зайке. В таком состоянии никто из них не мог и думать о том, чтобы сесть за руль.

Глава 7

Первая жертва колдовства

Зайка рыдала в коридоре, но деликатно, чтобы не привлекать к себе чужого внимания. Ей было очень страшно. Очень! Ее терзала одна-единственная мысль: участие в коллективном колдовстве убило маму!

Зайка никогда особенно сильно не увлекалась религией. Ну иногда в церковь ходила, свечки ставила, водичку святую домой приносила, постов старалась придерживаться, особенно яблочного, на меду – а что, и вкусно, и полезно. Естественно, она чтила заповеди: не убий, не укради, не прелюбодействуй. Хотя последний пункт был ей не совсем понятен. Интересно: жить с импотентом и тираном ради материальных благ, при этом не имея даже печати в паспорте о своем замужестве, не говоря уж о таинстве венчания, – это не смертный ли грех?

В общем, Зайка была не слишком сведуща насчет всех тонкостей христианского вероучения. Но вот всякие там колдовские штучки она осуждала, в унисон с церковью. Техническая сторона проблемы ей была непонятна: что именно там сдвигается в пространстве и времени благодаря заклинаниям и ритуалам; какие сущности пробираются в наш мир и, главное, как они сюда пробираются?.. Поэтому на эту тему она даже не думала. А вот моральный аспект был ей вполне близок и ясен. Это нечестно – добиваться желаемого коварством!