Наёмник - Александр Кипчаков

– Красный Квартал… – Кесслер задумчиво провёл рукой по подбородку. – Понятно… Что ж – спасибо за сведения. Теперь ваш черёд, доктор.

Леронийка не стала ходить вокруг да около, чем несколько удивила Кесслера. Дакарец полагал, что учёные её рода деятельности больше склонны к общению с разного рода древностями, а с живыми разумными у них выходит не очень хорошо. Однако здесь он ошибался.

– Полагаю, что вы очень хорошо разбираетесь в разного рода артефактах, торговец, – холодным тоном произнесла Родан, скрещивая на груди руки и глядя на Толорна взглядом полицейского, наконец-то взявшего с поличным преступника, за которым он гонялся длительное время. – И вам не нужно будет объяснять, что такое медальон Салима Колтара.

– Медальон Колтара? – усмехнулся сарголиец. – Нет, мне не надо объяснять, что это такое. Вас он интересует?

– Всего лишь с точки зрения истории и как реликвия Братства. И путь, который он проделал перед тем, как оказаться у вас, мне вовсе не интересен.

– Стойте, а с чего взяли, что он находится здесь? – забеспокоился Толорн. Дитрих про себя отметил, что упоминание медальона Колтара непонятно почему обеспокоило торговца антиквариатом. – Откуда такая информация?

– У меня свои источники, – невозмутимо ответила Аллана. – И я очень надеюсь, что мне не придётся прибегать к помощи моего охранника, чтобы вы вспомнили, где находится медальон Колтара.

Сарголиец перевёл взгляд на Кесслера. Дакарец пожал плечами и многозначительно качнул стволом перекинутого через плечо лучемёта – дескать, можем по-разному этот вопрос решить.

– Ну… – Толорн сморгнул, – думаю, что вы попали по адресу. Медальон, о котором вы говорите, действительно привезли сюда неделю назад…

– Кто его привёз? – спросила леронийка.

– Понятия не имею. Какой-то тип, похожий на контрабандиста. По виду – человек, хотя, быть может, всего лишь похож на вас. Смуглый, лицо такое…

– Меня не интересует внешний вид того, кто привёз вам медальон, – перебила Толорна леронийка. – Меня интересует сам факт его наличия у вас.

– Да, он у меня есть, – подтвердил торговец. – Но вещь, как вы понимаете, очень дорогая… – он снова окинул внимательным взглядом Родан, покосившись при этом на стоявшего чуть поодаль Кесслера.

– Сколько вы за него хотите? – прямо спросила Аллана.

– Ну, учитывая то обстоятельство, что данный артефакт может заинтересовать представителей Братства…

– Толорн – я историк и археолог Леронийского Университета, следовательно, имею прямое отношение к Братству. И я не за тем медальон собираюсь купить, чтобы он пылился в какой-нибудь частной коллекции у какого-нибудь богатенького придурка. Это – одна из великих реликвий Братства и её место вовсе не в лавке торговца антиквариатом и не в коллекции какого-нибудь дебила. Поэтому вопрос о цене считаю в данном случае излишним.

Дитрих про себя подумал, услыхав слова Алланы о всякого рода коллекционерах, что, видать, у леронийки имелся некий опыт общения с подобными типами и, скорее всего, не самый удачный. Однако личные проблемы доктора Родан его не касались.

– Что ж – в таком случае, полагаю, что цена в тридцать тысяч золотых кофов не будет для вас чересчур обременительной! – сверкнул улыбкой сарголиец, демонстрируя свои острые бежевого цвета зубы.

Аллана при этих словах Толорна икнула и оглянулась на Кесслера, словно спрашивая у дакарца совета, как ей поступить. Дитрих понятия не имел, насколько на самом деле может быть ценным этот медальон, но сумма в тридцать тысяч кофов показалась ему, мягко говоря, слегка завышенной. За такие деньги на Арале можно было купить подержанный карго класса «Меркурий» грузоподъёмностью до трёхсот тонн, причём не такой уж и старый. А тут – за какую-то безделушку просят такие деньги, даром что она представляет собой большую ценность в глазах последователей Божественных Братьев. Ну, если честно, те и самую простую деревяшку с борта древнего виндиканского дредноута будут носить на руках вокруг Великой Пирамиды, распевая свои гимны. К религии Братства Кесслер относился нейтрально, справедливо полагая, что каждый народ волен верить в то, во что ему кажется наиболее удобным верить. И не любил, когда где-либо на последователей какой-нибудь религии начинались гонения.

– Вне всякого сомнения, любой торговец обязан следить за тем, чтобы его дела шли успешно, – неторопливо проговорил Дитрих, снимая с плеча лучемёт и небрежным движением пальца активируя питание катушки энергонакопителя. – Я это очень хорошо понимаю. Но я также очень хорошо понимаю и тех, кто приходит в ужас, услыхав нереальную цену на тот или иной товар или услугу. Тот факт, что медальон Колтара является древней хреновиной и стоит, вне сомнений, немало, я не отрицаю. Но зачем же драть за него три шкуры? В Аральском Консорциуме за такие деньги звездолёт купить можно, между прочим!

– Я не знаю, что можно купить за такие деньги в Аральском Консорциуме, – надо отдать должное, Дувнар Толорн вовсе не был трусом, как большинство торговцев, – но и отдавать за бесценок столь редкую вещицу я не собираюсь. Предлагаете торг? Что ж – в разумных пределах, да, согласен…

– Если ты полагаешь, что мы будем торговаться до посинения, сарголиец, – усмехнулся Дитрих, – то ты ошибаешься. Пятнадцать тысяч – наша окончательная цена. И то с поправкой на его древность.

– Но…

– Я неясно изъясняюсь? – перешёл дакарец на родной язык Толорна, чем вызвал удивлённое движение бровей доктора Родан. – Словосочетание «окончательная цена» тебе, быть может, будет более понятно на твоём родном языке?

– Э-э… – было видно, что напористость Кесслера сбила Толорна с толку. – Но эта цена далека от реальной…

– Сарголиец – у тебя небогатый выбор, – спокойно произнёс Дитрих, наведя лучемёт точно в голову ксеноса. – Либо ты принимаешь наши условия – либо я стреляю. Долготерпение не входит в число моих добродетелей, так что ты уж не обессудь…

На лице Дувнара Толорна отобразилась целая гамма чувств – страх, жадность, недовольство. Сарголиец нисколько не сомневался, что наёмник вполне способен воплотить свою угрозу в реальность. За свою жизнь Толорн повидал немало разумных, промышлявших тем, чем промышлял спутник доктора Родан, и он прекрасно понимал, что шуткой здесь и не пахнет.

– Только лишь из уважения к Братству! – Толорн, тяжко вздохнув, повернулся спиной к посетителям и, наклонившись куда-то под прилавок, что-то там открыл – раздался звук отпираемого пневмозамка – и вытащил на всеобщее обозрение резной деревянный футляр прямоугольной формы, изготовленный из чёрного дерева, произраставшего на Виндикане. – Исключительно ради науки я уступаю вам эту древнюю реликвию за каких-то жалких пятнадцать тысяч! Видит Космос – в убыток себе продаю!

– Ага, в убыток! – усмехнулся Кесслер, возвращая оружие на прежнюю позицию. – Посмотрите, док – это то, за чем вы сюда прилетели?

Аллана, открыв футляр, заглянула внутрь и, довольно кивнув сама себе, полезла в дорожную сумку за деньгами. Толорн же захлопнул крышку и нехотя подвинул футляр по направлению к леронийке. Однако от Кесслера не укрылось промелькнувшее на лице инопланетянина выражение удовольствия. Скорее всего, сарголиец пытался просто содрать с доверчивых инопланетян куда большую сумму, нежели на самом деле.

Внезапно Дитриху стало не до доктора Родан, не до торговца антиквариатом и не до медальона, что покоился в деревянном футляре. Чутьё на опасность, которое было у дакарца развито очень сильно, сработало, как часовой взрыватель. Однако времени должным образом среагировать у Дитриха уже не оставалось.

– Все остаются на своих местах и никто не пострадает! – раздался за спиной Кесслера грубый голос, говорящий на галактическом стандартном. Вслед за этим дакарец услышал топот, по меньше мере, шести пар ног, явно обутых в нечто наподобие тяжёлых армейских ботинок или полусапог. – Ты, с лучемётом на плече – очень медленно положи свою пушку на пол и отфутболь его как можно дальше! И бластер с ножом тоже брось! Живо-живо, если не хочешь лишнюю дырку заработать! А ты, красотка, убери свои ручки от шкатулки! Шевелитесь, чего застыли, как вкопанные!

Кесслер сердито нахмурился, но всё-таки медленно и аккуратно положил на пол свой лучемёт. Конечно, можно было попытаться взбрыкнуть, но, судя по настрою ввалившихся в лавку Толорна боевиков, дело, скорее всего, кончилось бы энергозарядом в спину. И это не было похоже на простой налёт с целью ограбления – похоже было, что боевики прекрасно знали, что находится в магазине торговца антиквариатом. Но если так, то дело принимало весьма странный и неприятный оборот. Получалось, что медальон Колтара интересовал не только историка Леронийского Университета. Но тогда выходило, что он не является собственно медальоном. То есть, он выглядит, как медальон, но на деле являет собой совсем другое.