Развод! Хочу счастья на Новый год! - Елена Казанцева

можно забыть, я их в тот самый момент застала, - тихо говорила Маша. Ей хотелось выговориться, рассказать все подругам, чтобы скинуть с души столь тяжелую ношу. – Выследила его, а потом зашла, а они прямо на рабочем месте. Он просто юбку ей забрал и ширинку расстегнул. Как так можно, не стыда, не совести.

- Маш, ты с ним после этого говорила?

- Нет, - Маша замерла, держа в руках вазу с фруктами, затем поставила её на стол и села. – Он не пришёл ночевать, остался у шлюхи. Представляете.

- Вот скотина, - возмутилась Оля.

- Но хуже всего, что он выбросил меня в мусорный контейнер, - Маша сидела и водила по столу руками, словно приглаживая скатерть.

- Как в контейнер? – от возмущения Лиза даже рот открыла.

- Вот так. Я на них орать начала. А он взял меня на руки. Вынес из помещения и выкинул в мусорный контейнер.

- Это даже хуже, чем скотство, - возмутилась Оля.

- Это гнусность.

- Я никогда ему простить этого не смогу, - Маша уставилась пустым взглядом в пространство, она сидела так несколько минут, а подруги её боялись потревожить. А потом Ольга её обняла, и Маша зарыдала навзрыд.

- Скотина он бесчеловечная, это надо же! Он меня свою жену, в мусорный контейнер кинул! Скотина, сволочь! Я же с ним с низов поднималась, сама весь бизнес ему построила, кем бы он был без меня!

- Тихо, тихо, Машенька, мы этому сучаре ещё отомстим, - гладила её по спине Оля. – Мы этому скоту ещё покажем.

- Оль, я не знаю, как мне жить дальше? – плакала Маша. – Мы же всю жизнь вместе, а тут такое. Ладно бы пришёл и повинился, он же демонстративно кинул меня в контейнер и уехал с любовницей. А теперь она приходит и права качает…

- Козлина рогатая, - возмутилась Лиза. – Ну, ладно мой. Хоть честно поставил в известность, что расходимся. Но тут ни в какие ворота не лезет, как можно так поступить.

- И не говори, сволочь, мудила, - возмущалась Оля.

И тут щелкнул замок, дверь хлопнула, зашуршала одежда. И в кухне в вразвалочку вошёл тот, кому в данный момент перемывали кости подруги.

- У нас слет престарелых ведьм? – с усмешкой спросил он, а подруги даже зависли на миг от такой наглости.

Паша был зол. Мало того, что чувствовал себя хреново, не знал, что сказать в свое оправдание, так ещё и налоговая с утра налетела, а Маша отказалась ехать на работу. Конечно, её зам справилась с ситуацией, но неповиновение Маши его сильно напрягло.

Лане он дал приказ не отсвечивать, прислал в магазин бухгалтера из центрального офиса. А любовнице закинул денежку на карту, чтобы заткнулась. Теперь надо было выяснить, как себя чувствует жена. И тут его ждал сюрприз. К ней слетелись подружки, а это означало только одно: что наступила *опа, что вляпался он по самую «не балуй», потому как эти ведьмы просто так на горизонте не появляются.

Да, он ляпнул не то, только через минуту догадался, что опять попал. Теперь её подружки-ведьмы ему это высказывание не простят, припомнят, и месть их будет страшной. Пашка выругался про себя. Не смог сдержать язык за зубами, теперь получай по полной.

- А к нам на огонек пожаловал старый потаскун, у тебя там ничего ещё не отсохла, - язвительно начала Оленька. – А то смотри, престарелые ведьмы злопамятны, могут плеснуть в стаканчик чем-нибудь, и твоя пипирка отвалится, не с чем потом будет по шалавам таскаться.

- Оленька, тебе не идет быть язвой, - оскалился Паша.

- А тебе не идет быть потаскуном, плешь уже на затылке, песок сыпется, старость не за горами, - моментально прилетел ответ.

Паша только тяжело вздохнул, трудно будет говорить с женой, её уже эти ведьмы накрутили.

- Девочки, валили бы вы по домам, нам с моей супругой поговорить надо, - спокойно начал он, гася внутри разгорающееся пламя ненависти.

- Су-пру-га? Да ты что? А вот только что твоя любовница утверждала, что вы будете вместе жить, а законная супруга должна уйти в закат, - всплеснула руками Лиза.

Паша вздохнул, да будет трудно, как он и предполагал, его жену уже успели накрутить.

- Какая любовница, у меня нет любовниц, - холодно бросил он.

- Так ты со своими женщинами разберись, а то шалава твоя явилась…

- Нет у меня шалав, - взорвался Паша.

- Твоя шлендра только что была тут, Паш, - вдруг подала голос Маша. – Хотела меня выселить, так как вам нужно вместе жить, бебиков вы там с ней планируете, а я старая мешаю, предлагала мне уйти в закат.

- Что ты несешь, ну что ты несешь? Лана бы не за что…

- Лана? – голос Маши стал на полтона выше. – У шлёндры и имя есть. Так вот твоя …Срана… утверждала, что ты живешь со мной из-за жалости, что я тебе давно не нужна.

- Она бы не за что сюда не пришла.

- То есть у нас у четверых были глюки? – возмутилась Лиза. – Мы её втроем с соседкой сверху за патлы таскали по подъезду. У нас коллективный психоз?

Паша побледнел. У него судорожно сжались кулаки и разжались.

- Что значит, за патлы таскали?

- Да за патлы оттаскали, шубу и платье порвали, чтобы неповадно было к жене приходить.

Пашка дернулся, выхватил телефон из кармана и выбежал из квартиры.

- Побежал своей профурсетке звонить, - кивнула головой Маша. – Все девочки, это полный трешь, теперь только развод.

Подруги уставились на неё.

- Ты серьезно с ним хочешь развестись? – Оля погладила Машу по руке.

- Разбитую чашку не склеить, я не смогу это забыть и простить, не из тех, кто прощает, надо искать хорошего адвоката.

- У меня есть один только он больше по уголовным делам, но может подсказать хорошего адвоката по бракоразводным процессам, - вставила Лиза.

- Телефон мне кинь, - покачала головой Маша.

- Маш, у вас бизнес, как делить будете? – Оля смотрела на Машу с жалостью. Все так и происходила, как того боялась Маша.

- Ничего, поделим, только я с этим старым потаскуном больше жить не могу, даже видеть его не хочу.

И тут вновь ворвался Паша.

- Вы что наделали,