Зачарованный город - Дорофея Ларичева

– Прогуляемся? – спросил я Анюту. Та кивнула. Валентин давно решил – здесь ему делать нечего и свалил раньше всех.

– Не понравилось? – удивлённо нагнал нас Лёнька. Он-то откуда? – Ты же вроде фантастику любишь?

– А здесь она есть? – удивился я.

– Лучше это, чем ничего, – резонно возразил Лёня.

Я помахал ему на прощание, подбежал к Эле и предупредил – мы будем ждать её в кафе напротив остановки. Но не больше трёх часов. Фантастика тут, ага… У меня фантастика в комнате которую ночь у компа просиживает, тросточку, легко превращающуюся в джедайский меч, носит. Что сказали бы ролевики в ответ на такую фантастику?

В кафе, ясное дело, мы сразу не пошли. В этом районе находился большой торговый центр, по которому два часа я таскался вслед за Анютой, помогая выбирать ей осенние сапожки, потом сумочку (за ними мы по официальной версии и направились). Потом я долго рылся в книжном. И только потом пришла очередь кафешки. За столиками на улице не было ни единого посетителя. Солнце отражалась в лужах на столах и сиденьях пластиковых стульев. Зато внутри как раз освободилось место у широкого окна.

Анюта листала модный журнал, я вчитывался в пролог фантастического романа и силился понять – за что я не люблю переводную литературу? И сюжет вроде лихой, и герои симпатичные. А язык не тот. Не получается у меня «срастись» с описываемым миром, точно рассматриваю плоские старинные комиксы. Сколько раз зарекался не брать иностранного и вот снова попался на красивую обложку и на напичканную спецэффектами экранизацию. По старинному русскому обычаю считаю – книга должна быть в разы лучше сляпанного по ней фильма. А тут наоборот получается. Даже скучно. Ладно, не пропадёт. Подарю кому-нибудь на день рождения. Есть у меня всеядные приятели.

Нисколько не устыдившись подобных мыслей, я спрятал книгу в пакет, а когда поднял глаза – увидел приближающегося к нам седого джентльмена. Иначе этого человека никак нельзя было охарактеризовать. Невысокий, плотный, с глубокими залысинами над высоким лбом, с умным круглым лицом, украшенным очками.

Джентльмен бесцеремонно отодвинул стул, заставив зачитавшуюся Анюту вздрогнуть, и уселся напротив нас. Установилась непродолжительная пауза, во время которой мы внимательно изучали друг друга. Затем незнакомец пододвинул к себе пепельницу, но не закурил, а принялся гонять её из стороны в сторону, подталкивая большими пальцами крупных ухоженных рук.

– Не понимаю, зачем вам это надо? – тягучим голосом изрёк он. – Человеческие дети, а такие настырные. Может, оттого настырные, что человеческие?

– Кто вы и о чём? – строго спросила Анюта.

– О вашем интересе к… не нарушая традиций, назовём их эльфами, – джентльмен проигнорировал первую часть вопроса. – Вам всё равно не повлиять на ситуацию.

– Это потому, что у нас недостаточно сведений, – набралась смелости Анютка.

О, как она может! А посмотришь – мышка мышкой.

– Вот расскажите поподробней, сразу придумаем, – продолжала она. – Сами знаете – свежий взгляд на ситуацию порой жизненно необходим.

– Быть может, быть может, – щурясь, пробормотал джентльмен. – Хотите узнать о городских эльфах, дети, приглашаю в четверг до шести вечера на Партизанскую улицу. Фотоателье за старой зубной поликлиникой знаете?

Поликлинику мы знаем. Ателье отыщем. Незнакомец, не дождавшись нашего отказа или согласия, встал и вышел, не оборачиваясь. Мы молчали. А о чём говорить, если и так ясно – нами заинтересовались. К худу или к добру – сразу не скажешь. Но Эльке интересно, а мы за компанию поглазеем.

Поданный нам чай в жёлтых широких чашках пах лугом. На пакетиках с сахаром синело нечто похожее на морские волны. Мне совсем не хотелось осени. Особенно из-за школы. Моя дружба с Элькой злила ребят. Отчего им так не нравятся новенькие? С первого же дня невзлюбили! Ну поумничала на географии, с кем не бывает? Она же не знала местных порядков, все мои предупреждения сводила к шутке. И как жить дальше, если против неё даже Кущина и Шелег подружились – невиданное дело.

Вон идёт, главная новость сентября! Идёт на пару с Валентином – довольные оба. Этот товарищ меня удивляет даже сильнее Эльки. Таскается следом – не отвяжешься. Сам не признаётся, как его отпустить, наглым образом поселился в моей комнате. Спасибо, что на коврик к Мисти не выгнал, креслом довольствуется. Спасу нет от защитника. Даже подшучивать над своим хозяином (то есть мной, любимым) пробует. Анюта глазки ему строит, а он – скала. За Анюту я ему… А что я сделаю против его джедайского меча?

Я аж привстал на стуле, высматривая – что зажато у защитника под мышкой? Обалдеть! Доска на колёсиках… Скейт!

Вошли. Я пододвинулся к Анютке, освобождая место за столиком.

– С каких пор ты заинтересовался экстремальными видами спорта? – удивился я, непроизвольно протягивая руки к доске. Надо же, с десяти лет мечтал, а так и не купил, хотя мог. И мать ничего бы не смогла поделать. Главное – бабушке не показывать…

– Интересно попробовать, – честно признался Флейтист из Гаммельна. – Троллейбус ждать надо, а это – вжик – и на месте.

– В смысле – лучше плохо ехать, чем хорошо идти, так? – Эля тоже не поняла шутки со скейтом.

– Увидите, – многозначительно ответил Валентин и потянул к себе листик с меню. Быстро же он освоился, рыцарь доисторический.

Анюта уже вовсю жаловалась на настырного джентльмена, назначившего нам свидание.

– Пойдём! – ещё не дослушав до конца, разошлась Элька. – Обязательно! Они поняли, что мы не отстанем.

– А разве вы приставали? – брови Валентина чёрными птицами взметнулись вверх. – Вы просто аккуратно интересовались.

– Уважаемый защитник, – не выдержал я. Раз он такой сегодня самостоятельный, пусть поделится информацией. – Объясни нам один волнующий вопрос. Сам ты кто? Эльф?

– Защитник. Сейчас защитник, – не стал загружать он нас откровениями.

– Бонд. Джеймс Бонд, – передразнил его я. – Конкретно отвечай. Я такой-то, родился там-то…

Ухмылка Валентина показалась мне недоброй. Ох, зря я эту тему трогаю. Но иначе нельзя – сестрица моя от него жидким мёдом плывёт.

– Дух. Демон. Тварь Запредельного, как больше нравится. – Он встал и поклонился.

– Это что, Запредельное твоё? Что за пункт населённый? – продолжил я выяснять.

– Безвременье. Небытиё. Место, откуда все чародеи черпают силы и куда некоторые из них попадают после смерти.

– Ад, что ли? – ужаснулся я.

– Ничего общего, – успокоил защитник. – Я говорю об источнике бесконечной силы. О месте, откуда приходят страхи и сны, и, конечно, вдохновение. О месте обитания духов. Духов вызывают чародеи, чтобы те сотворили то, что самим чародеям недоступно. Мы наёмные работники, гастарбайтеры.

Я понял, что мало что понял. Ладно, подойдём с другой стороны, уважаемый гость неведомо откуда.

– А когда закончится срок действия заклинания вызова, что бывает?

– Мы возвращаемся обратно, если нам дано нестабильное тело. С таким телом, как сейчас, я способен прожить долгую жизнь обычного человека, пока не умру от старости. Но обычно мне не дают возможности это сделать.

Он развёл руками. Только сейчас я разглядел блеснувший тёмно-лиловый перстень на левой руке. Он ещё и украшаться любит…

– Валентин, – попыталась задать вопрос Анюта.

Но защитник, пресекая наше любопытство, встал из-за стола и направился заказывать поздний обед. Или ранний ужин.

Мы выбрались из кафе уже в половине седьмого, когда мама позвонила трижды. Поток машин на почти пустой в полдень дороге удивил даже меня. Ну да, народ разъезжается с работы и учёбы по домам. В подошедший троллейбус мы даже не стали пытаться протиснуться. Народ на остановке брал его штурмом.

– Пройдём три квартала, там ещё автобус ходит, – предложила сестра.

Валентин поманил нас на пустующую сейчас площадку разворота троллейбусов, заговорщически улыбнулся в ответ и предложил:

– Опробуем доску?

– И кто на ней поедет? – хмыкнула Эля.

– Все, – с детской наивностью выпалил защитник.

Эх ты, мамонт доледниковый! Взрослый же дядька, а такие вещи говоришь.

Но Валентин постучал волшебной тростью по скейту, сиротливо примостившемуся на краешке проезжей части. И скейт вырос. Чем угодно могу поклясться, вытянулся в длину и ширину так, что взберись на него мы все вчетвером – ещё и место останется.

– Прошу, – галантно взмахнул рукой защитник.

– А кто толкать будет? – засомневалась Аня. – Может, лучше на тротуар?

– Прошу, – упорствовал наш невероятный друг.

Ладно, хочешь подурачиться – получи. Я первым встал на середину доски. Хихикнув, Элька пристроилась сзади. Аня тоже взобралась к нам.

– Толкай, – предложила она Валентину.

Тот и не подумал слушаться. Он сам запрыгнул впереди нас, оттолкнулся ногой и… И, подняв вверх удлинившуюся трость, зацепился ею за троллейбусные провода.