Любовь на оливковом масле - Мария Барская

— Тонкая в каком смысле: физически или морально?

— Женька, не пытайся казаться хуже, чем ты есть. Или ты мне завидуешь?

— Ну да. Всю жизнь мечтала о балерине.

— О балерине, надеюсь, нет, но о балеруне — возможно, — отомстил ей Илларион.

— Не герои моего романа балеруны. Лет-то твоей балерине сколько?

— Тридцать! — сообщил Ларик.

— Хороший возраст. Она как, на пенсию уже вышла? — подпустила еще одну шпильку Евгения.

— Какая пенсия! — возразил Илларион. — Танцует вовсю! У нее даже ребенок есть!

Женя, не выдержав, прыснула:

— С ребенком, что ли, танцует?

— Если ты и дальше издеваться намерена, я сейчас положу трубку, — еще сильнее обиделся он.

— Стой, стой, стой! — прокричала Евгения. — Ларик, я за тебя очень рада. Но мне необходимо с тобой посоветоваться.

— Темка что-нибудь натворил? — радость в Лариковом голосе смолкла, уступив место тревоге.

— С ним полный порядок, — поторопилась успокоить его Евгения. — Это скорее я натворила.

— В долги залезла? Сколько нужно?

За это Женя и любила Иллариона, прощая ему любое занудство. Всегда первым бросался на помощь. Ни разу за долгое время дружбы она от него не услышала: «Не могу».

— Нисколько. С финансами тоже порядок.

— Тогда вообще теряюсь в догадках. Работу потеряла? Тогда ты балда. Хорошее место.

— Балда не я, а ты, и теряешься в догадках, потому что не даешь мне слова сказать. — Женя на мгновение осеклась, подбирая слова, а потом без обиняков объявила: — Дело в том, что не только ты влюбился, но и я тоже.

— Бог ты мой! От тебя ли я это слышу, Евгения! — проорал он в трубку. — Я уже утратил надежду! Быстрей сообщи мне, кто он, твой счастливый избранник!

— Сбавь пафос! Ты не Шекспир!

— Как не Шекспир? Напротив, я ликую и готов прямо сейчас писать про вас «Ромео и Джульетту»! — продолжал изгаляться Ларик. — Слушай, он у тебя под балконом ночью стоял? Серенады пел?

— Предупреждаю, Воловой, сейчас обижусь я.

Женя испытывала запоздалое сожаление, что брякнула так вот, сразу, то, в чем и сама еще до конца не была уверена:

— Я не так чтобы очень влюблена, скорее, очень познакомилась.

— Не особенно тебя понял, ну да ладно. Самый существенный вопрос — с кем познакомилась? Я его знаю?

— Понятия не имею. Об этом я тебя, в частности, тоже хотела спросить.

— Так как его зовут.

— Русаков.

— Оригинальная фамилия! Особенно среди австралийских аборигенов.

— Евгений Сергеевич Русаков, — быстро добавила Женя. — Из «Гранит-Гаранта».

«Гранит-Гарант», — задумчиво повторил Илларион. — Что-то знакомое. Насколько помню, фиома небольшая, но с крепкими учредителями.

— Ты умеешь слушать кого-нибудь, кроме себя? — перебила Женя. — Я ведь не о конторе спрашиваю, а о человеке.

— Ой, — спохватился он. — Извини. Просто так непривычно, что ты в этой плоскости мыслишь.

— Не одному же тебе. Короче, про Русакова Евгения Сергеевича ничего не знаешь?

— Про него вроде нет. Но не исключаю, что знаком. Могу поспрашивать. Где ты его подцепила?

— Почему так уничижительно?

Ларик вздохнул:

— К словам придираешься. Ну ладно. Начнем сначала. Где познакомилась?

— Не поверишь. В магазине.

— В таком случае я был прав. Именно подцепила. Мадам, уж от вас я столь экстремальных поступков не ожидал. В вашем положении для знакомств существуют более приличные места. Ты вообще-то уверена, что он из «Гранит-Гаранта»? Может, наврал? На визитке любое нарисовать можно.

— На визитке «Гарант» как раз и не фигурировал.

— Точно, аферист. На ходу придумал?

— Ларик, у тебя появилась отвратительная манера не дослушивать до конца.

— Вот! А говорят еще, что любовь возвышает. У тебя, подруга, явная склочность в характере наметилась. Давай. Договаривай. Я как раз сегодня очень добрый и возвышенный.

— На визитке ничего про место работы не было, — продолжила Женя. — Но через несколько дней после знакомства мы провели совместное мероприятие.

— Теперь это, значит, так называется! Но все же, пожалуйста, переведи мне, отставшему от жизни. Совместное мероприятие — это как? В ресторан вместе сходили или сразу переспали?

— Кто о чем, а Воловой вечно о сексе. Так вот, возвращаюсь к вышесказанному. Мы провели совместное мероприятие, а именно: презентацию трехтомника воспоминаний, Ильи Ковригина. Помнишь, я тебе говорила, что «Оптимал» издание книги спонсировал.

— Но при чем тут твоя любовь? — явно вконец запутался Илларион.

— «Гранит-Гарант» фильм о Ковригине оплатил, так что мы объединили усилия. И заодно поближе познакомились с Русаковым. Он никакой не мошенник. И на дружеской ноге с главой «Гранита».

— Если ты и так все знаешь, что тебе от меня нужно. Досье, что ли, на него собрать?

— Примитивный ты, Ларик, как все мужики! — начала сердиться Евгения.

— Чего же тогда со мной советоваться. У тебя Лизка есть. Ей и звони.

— Мне мужской совет нужен.

— Так ведь я же примитивный!

— Именно поэтому, — не растерялась она. — Мне нужен именно примитивный совет от примитивного существа.

— Крайне польщен твоей оценкой, но тем не менее внимательно слушаю. Постараюсь оценить ситуацию с точки зрения инфузории-туфельки.

— Только не смейся, пожалуйста, — взмолилась Женя.

— Да ну. Разве я не понимаю. Сам в таком состоянии, — уже совсем другим тоном произнес Ларик.

Она рассказала ему о происшествии в магазине, о вечере, о приглашении в ресторан, стараясь не упустить ни единой детали.

— А какие у тебя после этого вопросы? — удивился Лари к. — Совершенно не понимаю. Вроде ваши отношения идут как по маслу. По оливковому, — хихикнул он.

— Нет, тебе правда кажется, что я ему понравилась? — допытывалась Евгения.

— Совсем, что ли, веру в себя за последние годы потеряла? Мужик клюнул! Сто процентов гарантии даю! Он тебе нравится?

— Да проблема не в этом. Я вдруг подумала: вдруг он хочет общаться со мной не как с женщиной, а как с сотрудником дружественной организации. Так сказать, поддерживает полезнее знакомство.

— Ну женщины! У вас точно башни не в ту сторону повернуты. Такого себе навоображаете!

— По-моему, это лучше, чем оказаться в роли тетки, которой мужик улыбнулся, а она уже замуж за него собралась, хотя он ни сном ни духом.

Успокойся. Ты к этой категории определенно не относишься. Но не надо впадать и в другую крайность. Или тебе Лизка голову задурила? — вдруг сообразил он.

— Лизка есть Лизка. Я в данном случае с тобой советуюсь, — ушла от прямого ответа Женя.

Ларик и так постоянно подтрунивал над ее подругой. Может, и справедливо, но порой очень зло, и Жене это было неприятно.