Легенда (СИ) - Верещагина Валентина

— Беглянка? — тихий звук потонул в затхлой пелене, заполнившей подземелье, но кошка откликнулась.

С успокаивающим мурлыканием она коснулась подола платья хозяйки и настойчиво потерлась о ноги, требуя поторопиться. Мирель пошла вперед, держась одной рукой за влажную, выщербленную стену. Чтобы не позволить воображению разыграться, чтобы не прислушиваться к странным, порой жутким шорохам за спиной, королева напевала легкомысленную песенку, довольно известную на другой стороне Разлома. Поэтому она не сразу расслышала тихую мольбу:

— Пожалуйста, что мне сделать, чтобы ты услышал? — в голосе Тэйны звучало глубокое отчаяние.

— Ничего, я остаюсь, — твердо ответил ей голос, который Мирель не ожидала услышать в этом мрачном подземелье.

— Почему же ты такой упрямый? — всхлипнула Тэйна, а Мира замерла, сердце в ее груди замедлило свой бег.

Королева сделала натужный вдох, теперь ей стало предельно ясно, что волновало подругу все прошедшие недели. А лорд? Хорош! Голова Мирель закружилась, вынуждая прислониться к стене. Беглянка скрылась за поворотом, а вот ее хозяйка не могла заставить себя сдвинуться даже на шаг. Она стояла и слушала.

— Какой есть, — с насмешкой ответил Тэйне Дарейс, и Мирель против воли удивилась. Ей всегда казалось, что капитану королевской гвардии Ар-де-Мея чуждо любое проявление эмоций. А сейчас… пойди-ка разберись в хитросплетениях человеческой души. Оказывается, королеве ничего неизвестно о брате Алина.

— Знаешь, — похоже, Тэйна начала злиться, — я даю тебе последний шанс! Или ты выходишь, или я…

— Что ты сделаешь, милая? — эти слова были произнесены ласковым тоном, и Мирель, изумляясь сильнее, шагнула за поворот, чтобы своими глазами убедиться, что Тэйна беседует с ледяным Дарейсом.

Видимая картина заставила Миру оторопело моргать, щурясь от резкого света факелов. Дарейс эрт Баралис выглядел изрядно потрепанным, но бодрым и относительно здоровым. Раны были аккуратно перевязаны, сразу видно — кто-то позаботился о пленнике. Он стоял на пороге, крепко вцепившись в железные прутья темницы, а Тэйна, соединив ладони в молитвенном жесте, преклонила перед ним колени.

— Я умоляю тебя, — выдохнула она, отчаянно сражаясь с подступающими слезами, но Дарейс упрямо покачал головой и произнес:

— Не рискуй собой ради меня. Поверь, я не достоин, — нахмурился, замечая, как Тэйна поджала губы, будучи уверенным, что она не отступит, и решил действовать грубо. — Знаешь, скольких твоих соотечественников я убил? Уверен, что среди них находились те, которых ты любила! — он хотел причинить ей боль, но от чего-то боль пронзила его грудь. Невольно он покачнулся и вскинул руку, удивляясь, но понимая, что это раскололся в груди лед, сковывающий его сердце.

Мирель, верно угадав, что произошло с эрт Баралисом, вскрикнула и сделала несколько шагов в его сторону. Но Тэйна опередила ее, а затем, как и Дарейс, повернулась к Мире.

Королева замерла на половине пути, немую сцену нарушил эрт Баралис.

— Рад приветствовать вас, моя госпожа, — и склонился.

Тэйна решила действовать, надеясь обрести союзницу. Она подлетела к Мирель и бросилась ей в ноги.

— Помоги!

Дарейс не собирался, но переступил порог темницы. Он подошел к своей королеве и произнес:

— Уйти должны вы, госпожа! — одарил долгим, настойчивым взглядом. — Эрт Маэли встретит вас у «темной тропы». — Следующие его слова были обращены к Тэйне: — А ты, милая, прости, но я останусь…

Тэйна с негодованием поднялась.

— Как ты…

Мирель прервала ее, не позволяя спору разгореться. У королевы было готово решение.

— Дарейс, — она назвала капитана по имени, — пойми, ты должен уйти! Это приказ! — постаралась придать голосу твердость.

Эрт Баралис прищурил синие, холодные очи. Мире пришлось извиниться перед подругой и, бесцеремонно ухватив мужчину под локоть, потянуть несговорчивого капитана в сторонку. Потом она придет в ужас от своего поведения, а сейчас важно действовать.

— Меня ведет Некрита, — шепнула Мирель Дарейсу, и его лоб прорезала глубокая морщина. Кажется, он был не рад услышать новость. — Пойми, так нужно, — королева настаивала.

Капитан королевской гвардии Ар-де-Мея задумался. Происходящее ему больше и больше не нравилось. Дарейс был готов к смерти. Но потерять Мирель, женщину, которую выбрал его брат, которую капитан королевской гвардии поклялся защищать до последней капли крови? Нет!

— Не забывай о непредсказуемой, — вполголоса сказала ему Мира.

Дарейс стиснул челюсти с такой силой, что скрипнули зубы. О Хранительнице он не посмел забыть, как не мог забыть о своей королеве. Последняя была хрупкой, почти воздушной, беззащитной девочкой, которой сама судьба велела быть сильной. А он обещал быть рядом, оберегать, подсказывать. Тэйна… Эта девушка была другой, именно поэтому он обратил внимание на сестру врага. Сильная, храбрая до безрассудства, самостоятельная. Не смог не заметить, не откликнуться на ее внезапно вспыхнувшее чувство. Вот только принесет ли им радость эта нечаянная любовь? Эрт Баралис горько усмехнулся — он в чудеса не верил…

— Уходи! — Мирель прервала его размышления, ворвалась в его мысли, смешала их, вернула в реальность.

— У вас выработана стратегия? — прежнее хладнокровие вернулось к нему.

— Не сомневайся! — убежденно кивнула Мира, пряча безумную и одновременно печальную усмешку.

Дарейс посчитал своим долгом сообщить ей:

— В Нордуэлл привезли двенадцать ар-де-мейцев. Все строители. С ними семьи.

Мирель вскинула брови, задавая немой вопрос, задаваясь желанием узнать, зачем лорду маги-строители. Дарейс повел плечами и быстрым взглядом указал на застывшую в напряжении Тэйну, давая понять, от кого получил известие. Мира кивнула и посмотрела на подругу.

— Выводи его, а я позабочусь о Риане.

— Зачем? — Тэйну нельзя считать глупышкой.

— Он нравится мне, в отличие от другого твоего брата, — Мирель слукавила, но Тэйна приняла ответ.

— Хорошо, — перевела взор на Дарейса. — Теперь у тебя нет шанса отказаться!

Он шутливо склонил голову:

— Слушаюсь и повинуюсь!

Мире снова пришлось изумиться — оказываться эрт Баралис умеет шутить! А еще… Королева поспешно отвернулась, когда он, пробормотав:

— На удачу! Ретт любит отчаянных, — подошел и прильнул к губам Тэйны в страстном поцелуе.

Мирель смущенно покашляла, намекая, что время идет и ради них свой бег не остановит.

— Мы дождемся вас, госпожа, — кинул ей на прощание Дарейс, а Тэйна попросила:

— Не дай Риану умереть, — и бегом отправилась к потайному выходу, предлагая остальным проследовать за ней.

— Да, — прошептала Мирель, больше себе, и хмуро ухмыльнулась: «Стратегия? О да, Дарейс часто говорит о ней! Но лишь сегодня я задумалась! А, впрочем, стоит ли?..»

Риан атаковал слишком предсказуемо, и Гурдину не составило труда уйти с линии атаки, а затем быстрым ударом плашмя ударить выскочку клинком по щеке. Мальчишка зашипел, но потом его губы изогнула кривая, нахальная насмешка. Гурдин снисходительно улыбнулся в ответ, отвел новый удар Риана и снова ударил по щеке, на этот раз по второй. Мальчишка строптиво сверкнул серыми глазами, дерзко оскалился и бросился в новую атаку, действуя с наскоку, не думая. Ретт любит смелых, но не дураков! Два из трех нанесенных ударов Гурдин с легкостью отвел в сторону, последний принял на свой клинок и, чуть отклонив его, ударил рукоятью по челюсти противника. Толпа зашлась громогласным хохотом. Риан отступил, держась за ушибленную челюсть.

— Сдаешься? — древний в широкой ухмылке показал ровные, белые зубы.

— Нет! — мальчишка издевательски отсалютовал ему своим убогим мечом.

— Тогда ты скоро воочию увидишь Врата Хранителя смерти, — Гурдин пугал, нагнетал обстановку.

Не отвечая, Риан кинулся на Гурдина, но древний без особых проблем ушел от удара. Сражаться с младшим из близнецов было скучно до зубовного скрежета. Парнишка схватился за порез на щеке, но пошутил: