Мы Бреннаны - Трейси Лендж

было войти и убедиться, что с ней все в порядке. Но он не был уверен, что владеет собственными чувствами, да и Вивьен с Люком уже заждались его дома. Кейл отошел от двери, подхватил свой пиджак и направился к машине.

Он всегда понимал: однажды наступит день, когда им с Санди придется видеться и общаться снова. И вот наконец этот день настал. И теперь десятки вопросов, копившиеся столько лет после ее отъезда, пробивались на поверхность, расталкивая друг друга локтями.

Кейл сделал все, что в его силах, чтобы запрятать вопросы обратно, подальше в глубину своего сознания, и отправился домой к своей семье. Ведь теперь ни все эти вопросы, ни даже ответы, которые могла дать Санди, больше не имели значения.

* * *

На следующее утро, после того как Вивьен с Люком ушли, он отправился на работу не тем путем, которым ходил обычно.

С рождения он жил в четырех кварталах от Бреннанов, кроме нескольких лет, когда он делил комнату в общежитии, а потом и съемную квартирку с Денни. Его дом находился дальше от городского центра, там, где здания все еще сохраняли классический стиль, но были чуть поменьше. Его обычный путь в паб проходил мимо дома Бреннанов, куда чаще всего он заходил поутру, дожидаясь Денни. Он пил кофе с Микки, беседовал с ним о том, как сыграли «Янки», поднимался на третий этаж к Шейну в комнату, чтобы посмотреть на его последние сооружения из «Лего», или болтал с Джеки, если тот оказывался дома. И если Молли была рядом, она обязательно просила Кейла показать ей карточный фокус. Год назад он показал ей единственные два, которые знал (простенькая ловкость рук), и девочка заставляла его проделывать их за разом раз. Пришлось приобрести книгу «101 карточный фокус для начинающих», попавшуюся ему в Интернете.

Но после того, как он снова увидел Санди, он обошел их улицу стороной.

Ночью он почти не спал. Он крутился и вертелся, словно делал гимнастику. Двадцать четыре часа назад он лелеял мысль о возвращении к домашнему покою. Но все перевернулось вчера вечером в то мгновение, когда он увидел ее.

Когда Кейл дошел до паба, Денни был уже там.

– Прости, дружище, – смутился Денни. Он налил две чашки свежего кофе и пододвинул одну по барной стойке. – Я хотел рассказать тебе, когда ты вернешься, чтобы не испортить тебе поездку.

– Ну да. И на том спасибо. – Кейл стянул пиджак и бросил его на стул. – Так что случилось?

Денни навалился грудью на стойку.

– Она напилась и попала в аварию.

– Господи! – Та Санди, которую он знал, никогда бы такого не сделала.

– Я слетал туда, чтобы ее проведать. И попросил вернуться домой.

– Она приехала насовсем?

– Надеюсь, что так. – Денни выпрямился и скрестил руки на груди. – Слушай, я понимаю, что тебе все это кажется странным. Но ведь хорошо, что она вернулась. Теперь папа и Джеки все время улыбаются. Ты бы видел Шейна: он отходит от нее только тогда, когда у него начинается смена. И наконец-то она познакомилась с Молли.

Кейл пропустил столько связанных с Санди событий. И сейчас ему казалось, что она заняла его место в семье Бреннанов. Но это глупость, ведь они – ее семья.

– Она действительно бухгалтерией занимается? – спросил Кейл.

– Просто помогает разобраться, пока я бухгалтера не найду. – Денни пожал плечами. – Ты же знаешь, что она хорошо работает.

Кейл кивнул, но в душе не знал, как к этому отнестись. Дела приведут ее в паб, вынудят их работать вместе. От этой мысли его бросало в жар и охватывала паника.

– Ты рассказал Вивьен? – спросил Денни.

– Не успел, но собираюсь.

– Ей не о чем волноваться. Все это было очень давно.

Но Кейлу казалось, что все не так просто. Он уже чувствовал, будто сделал что-то не так. Он испытывал вину за то, как отреагировал на приезд Санди, и за то, что всю ночь старался не думать о ней. Не говоря уж о том, что он не рассказал Вивьен про возвращение Санди потому, что ему самому нужно было переварить эту новость.

Глубоко вздохнув, он обратился к Денни, стараясь, чтобы в голосе не звучало ноток пессимизма:

– Расскажи, как у нас дела с Мамаронеком.

– Подожди тут. Я тебе кое-что покажу. – Денни пошел в конторку. Может, он просто тянул время. Двадцать пять лет они были как родные братья, но Мамаронек может внести раскол в их дружбу, если они не будут действовать осторожно.

Идея нового заведения принадлежала Денни. Он с самого начала вел это дело, лихо отмахиваясь от всех опасений, высказанных Кейлом. Мамаронек обходился слишком дорого, здание нуждалось в ремонте, но у Денни на все был готов ответ:

«Это привлечет совершенно новую клиентуру.

Риска никакого. Место будет обследовано до того, как мы подпишем бумаги. Есть у меня один малый.

Я когда-нибудь ошибался и заводил нас не туда?»

Так что они выкупили двадцать процентов здания и получили крупную ссуду на остальную долю. Затем вложили остаток своей наличности в полную реконструкцию. Та была в шаге от завершения, когда городские власти уведомили, что под зданием нашли обширную протечку. Больше шести месяцев прошло, а новое заведение все еще не было открыто. Оплаченный объект стоял на заложенной земле, обрастая пылью и счетами.

Денни вышел из конторки и положил на стойку перед Кейлом газетный лист. На странице напечатали большую рекламу, обещавшую грандиозное открытие заведения Бреннанов в Мамаронеке в следующем месяце. Объявление сопровождалось копией меню, в котором значились двенадцать сортов разливного пива.

Кейл взглянул на Денни:

– Ты серьезно?

– Городской инспектор придет на следующей неделе и подтвердит, что тема фундамента закрыта. Я нанял кое-какой персонал, назначил им дату начала работы. – Денни вскинул руки. – Я же говорил, что у меня все под контролем.

Денни запустил рекламу и нанял персонал, полагаясь на успех инспекции. Пока же она дважды кончалась неудачей.

– Нам неизвестно, пройдет ли здание инспекцию, – заметил Кейл. – А даже если и пройдет, нам все равно придется готовиться к открытию.

– На этой неделе я съезжу осмотрю здание, чтоб убедиться в его готовности. Власти намерены дать добро.

Как когда-то говаривал о Денни его отец (и Микки ничуть не осуждал сына): «Кейлен, этот малый способен уговорить тебя отрезать себе руку и убедить, что ты сам этого захотел». Денни считал, что действовать надо сейчас, а извиняться потом. Он так и поступил, когда подписал первое предложение по новой недвижимости, хотя было ясно, что цена на нее